темнеющие глаза. Мучительная пауза. И сказанное жестким, злым голосом: — Ты лишилась свободы, когда рискнула собственной жизнью, совершенно безоружная накинувшись на опаснейшую из тварей Мертвых Земель!
Я стрельнула в него глаза, как мне кажется, пытаясь убить. Старательно кидала в мужчину все известные мне проклятия, а тому было все равно.
— Вы могли бы сказать спасибо!
— Скажу, — яростно прохрипел он. — Когда ты выполнишь все пункты плана, которые я озвучил. Сидеть, не высовываясь, читать книжечки и вязать носочки! Ты поняла меня, малышка?
Я упрямо молчала, не собираясь поддаваться на эти провокации. Пускай маг там решает себе, что хочет, но даже он не заставит меня бросить задуманное. Все это не имеет никакого значения, когда на кону стоит столько всего важного для меня самой. Я умела быть смиренной, даже умела держать язык за зубами. Не всегда правда, но в особо важные случаи — умела.
— Молчишь? — восхищенно выдохнул мужчина мне в лицо. Я прикрыла глаза, чтобы не видеть яростного огня, который во всю полыхал в его глазах и вот-вот готов был спалить все вокруг дотла. — И теперь, когда мы поняли, что ты умеешь промолчать в нужный момент, мы мирно решим все вопросы, которые тебя мучают. Я сделаю, все что ты захочешь. Абсолютно все. А затем ты отправишься в Шаттергард, это, разумеется, обсуждению не подлежит.
— И надолго вы хотите меня туда выслать? — тихо уточнила я, мрачнея.
— Ты пробудешь в Грин-Оссе столько, сколько потребуется.
Я взглянула на мага и чуть не утонула в бездне, которая зияла совсем близко.
— Я возненавижу вас, если вы это сделаете. И никогда больше не заговорю. Даже не посмотрю на вас! Вы поняли меня, Киллиан?
Мужчина неожиданно улыбнулся. А потом склонился еще ниже и прошептал мне в губы:
— Ты думаешь меня это волнует? — Во мне что-то умерло. Екнуло так больно, что я чуть не задохнулась, когда втягивала воздух в легкие. А потом разбилась на тысячи осколков, когда он тихо продолжил: — Только бы ты была в безопасности и подальше отсюда. Ненавидь меня, злись, ругайся, мне все равно. Если ценой будет твоя жизнь, я не задумываясь пойду на что угодно.
Маг выпрямился во весь свой немалый рост и, отвернувшись, двинулся на выход, решив за нас обоих, что разговор окончен. И приговор обжалованию не подлежит.
Только вот я не собиралась сдаваться.
Вскочив с кресла, я громко и судорожно начала перечислять:
— Бронтон, Юри, Кайдзен, Тернер, Ортегана.
Мужчина медленно обернулся и, прищурившись, как-то не по-хорошему ласково спросил:
— Что?
Я прочистила горло:
— Бронтон, Юри, Кайдзен, Тернер, Ортегана. И так по кругу, пока цикл не замкнется. Книга, которую вы мне дали, не подумав. Я разгадала головоломку.
Маг замер, а потом расхохотался. И от его смеха мне стало действительно страшно.
— Я передам прокурору, что несовершеннолетняя девочка обошла целый отдел интеллектуальных расследований. Мое восхищение, Ария. — Его лицо превратилось в ледяную маску: — Что еще ты разгадала, моя на редкость умная и смышленая звездочка?
— Я знаю, что кто-то желает смерти всех аристократов, начиная от этих родов и заканчивая всеми остальными. Но зачем, я понятия не имею. И по всей видимости, после смерти Джонатана Кайдзена, они займутся… мной. Но Джонатан Кайдзен не умер, верно? Вы каким-то немыслимым образом нашли противоядие от яда Тримеры, иначе вы бы не ограничились Империей.
Скорее всего Киллиан бы отправил меня так далеко, как только возможно. Туда, где бы я вряд ли была счастливой, но по-крайней мере была бы живой. Вот только я знаю, что даже такой сильный и умнейший маг не способен остановить надвигающуюся катастрофу… Либо же он сам был ее катализатором.
— Я обещаю быть послушной и сделаю все из вашего списка. Уеду в Шаттергард. Даже прочитаю ваши отвратительные романы и носки свяжу. Но только, если Джонатан Кайдзен умрет. А вы сделаете все возможное, чтобы это никогда не произошло, верно?
Киллиан усмехнулся и потер пальцем губу.
— И после этого ты, дорогая моя, надеешься, что я отпущу тебя домой?
— Да. Ведь я попрошу вас об этом.
Я подошла к магу, вскинула голову, заглядывая в удивительные белесые глаза:
— Пожалуйста, Киллиан. Это важно для меня.
Мужчина был серьезен. От его насмешек не осталось и следа.
— Важно выйти замуж за герцога Блеймонда?
Я глубоко вздохнула и ответила:
— Да.
— Почему?
— Я… — мой голос осип. — Я не могу сказать.
Он молчал. Не говорил ни слова, пока я стояла напряженная до предела.
— Киллиан?
— Даю тебе время подумать до утра, Ария, — наконец произнес маг. Я поежилась от холода в его голосе. — И если причина будет весомой, ты вернешься домой… до поры до времени. Надеюсь по возвращении увидеть, что чашка опустела, — маг кивнул головой в сторону эликсира и, зачитав заклинание, исчез.
Оставшись одна в кабинете, я устало упала в кресло и спрятала лицо в ладонях, повторяя и повторяя лишь один вопрос, который крутился у меня в голове последнее время:
“Что же мне делать?”
Глава 12 — Ты хочешь приготовить мне завтрак?
Этой ночью я спала очень плохо. Сначала мне снилось, как эрцгерцог Тернер подводил меня к алтарю, где стоял довольный господин Монтегю и неподалеку — не менее довольная мачеха с Патрисией. Затем мне приснилось, что в Гоэль прорвались Тримеры. Я носилась по поместью с головокружительной скоростью, пытаясь уклониться от острых когтей монстров, и тут из неоткуда появились две высокие фигуры — кронпринц Себастьян Киллиан Кайдзен и герцог Равеллиан Блеймонд, которые протягивали ко мне свои руки. Я не могла решить, к кому именно мне стоит бежать, и в какой-то момент меня больно толкнула Тримера, я упала на пол и проснулась.
Прошло несколько секунд, прежде чем я поняла, что нахожусь в Межлесье, что я спокойно лежу на мягкой кровати и что мне, слава богам, не надо выбирать между двумя магами. Я почувствовала, что мое горло совершенно пересохло, а ткань ночной рубашки неприятно прилегала к взмокшему телу. Я тихо встала, налила себе воды из серебряного кувшина и подошла к окну, чтобы впустить в комнату немного свежего зимнего воздуха.
Снаружи было шумно и неспокойно. Ветер завывал так сильно, что заснеженные верхушки высоких деревьев шатались из стороны в стороны, будто вот-вот сломаются. Похоже, погода заметно ухудшилась.
Я допила воду, поставила фарфоровую чашку на подоконник и уже собиралась отвернуться от окна, как вдруг что-то привлекло мое внимание. По белоснежному снегу крался какой-то зверь. Я прильнула к стеклу и где-то через минуту
