посмотрела на нее.
— Не думаешь же ты, что я тебя отпущу с незнакомцем бог весть куда? — проговорила она важно и пошла менять халат на более пригодную для улицы одежду. В итоге пока я обувала кроссовки, мама успела и переодеться и волосы причесать.
Федор остался в доме, а мы вышли из квартиры, причем я чувствовал себя ну очень не по себе. Представляю, что подумает куратор Северский, когда я выйду из подъезда вместе с мамой. Даже неловко стало. А все потому, что я не чувствовала опасности для себя в этом человеке. Мне казалось, что он искренне желает устроить меня в хваленую академию магии.
Мы спустились вниз по лестнице. Лифт был кем-то занят, а ждать не хотелось.
Демитр уже стоял у подъезда, важно заложив руки за спину.
Мама подошла к нему ближе. Смерила взглядом так, как это умеют только мамы.
— Доброе утро, Марина Александровна, — спокойно поздоровался блондин.
— Доброе утро. Вы, значит, Дмитрий? — мама прищурила глаза.
— Демитр, если быть точным, — усмехнулся куратор.
На несколько секунд воцарилась пауза. Я встала рядом с мамой, но отвлеклась на мопса Витюню, который шумно облаял каких-то первоклашек, проходивших мимо. Детвора шарахнулась в сторону, не ожидая такой подлости от мелкой псины, а дядя Коля натянул поводок и привычно заголосил:
— Не бойтесь, он не кусается!
Мопс продолжил тявкать, а детвора припустила прочь, явно не веря в добрые намерения собаки.
— Мне бы хотелось увидеть ваш паспорт, — попросила мама, глядя блондинистому куратору в глаза.
Демитр хмыкнул.
— Не проблема, — проговорил он, поднял руку и шевельнул пальцами. Я моргнуть не успела, когда в его руке оказался документ, причем без обложки, все как есть: синяя книжечка с гербом нашей родины. — Вот, изучайте, — Северский почти мило улыбнулся. — Но сразу хочу сказать, что не имею никаких дурных намерений в отношении вашей дочери.
Мама немного удивилась фокусу, но паспорт взяла. Изучила и вернула владельцу, предварительно с его же молчаливого согласия, запечатлев в телефон разворот, где было имя владельца документа.
— Я удалю все это, когда Лада вернется домой, — заявила она тоном криминального авторитета.
Демитр уже искренне улыбнулся и наконец взглянул на меня.
— Вы готовы, Лада?
— Что, опять через портал пойдем? — уточнила я.
— Да. Это отлично экономит время и попасть в академию иным способом просто нельзя.
— А можно ли мне с вами? — мама никак не могла успокоиться, но блондин отрицательно покачал головой.
— Увы. Родственники и друзья могут посещать учебное заведение только по особым дням.
— Мам, — не удержалась я. — Не волнуйся. Все будет в порядке. Если бы мне грозила опасность, Федор бы меня не отпустил одну.
— Это да, — неохотно признала мама. — Он мне много чего интересного рассказал ночью, но не волноваться не могу.
— Я верну Ладу уже через час, или немного больше, — пообещал удивительно тактичный Северский и посмотрел на меня, спросив: — Идемте?
— Идемте, — кивнула с неохотой.
Демитр шагнул вперед. Я за ним следом. И так мы дошли до угла дома, который не просматривался из окон. Я специально повертела головой, проверяя тихое место, когда блондин сделал пас рукой и стена пошла рябью.
— О! Платформа девять и три четверти, — пошутила я.
Демитр хмыкнул и сделал приглашающий жест рукой. Я же, собравшись с силами, нырнула в марево портала и вышла уже на подстриженной лужайке перед высоким зданием презентабельного вида.
— Так вот ты какой, Хогвартс! — сорвалось невольное с губ, когда, вскинув голову, посмотрела на строение с колонами, видневшееся в полумиле от места, где нас выпустил портал. Здание поражало своими масштабами и казалось очень старым и крепким.
— А вы юмористка, — проговорил Северский, встав рядом.
— Есть немного, — призналась невольно и поправила рюкзак на спине. В подобных ситуациях меня именно юмор всегда и спасает. Но не говорить же об этом куратору?
— Тогда идемте, нас уже ждут. А потом, если пожелаете, вам покажут академию.
Куратор первым ступил на тропинку, ведущую к зданию академии, я поспешила за ним, не переставая удивляться чудесам, которые, оказывается, всегда были рядом.
— Конечно, пожелаю, — проговорила, слушая, как шуршит под ногами яркий мелкий гравий. Подобный я наблюдала в парках на юге. И теперь вот здесь.
Удивительное дело, пока мы шли, вокруг не наблюдалось ни одной живой души.
Прямо перед зданием академии росли несколько высоченных вековых дубов. На одном, когда мы подошли ближе, я увидела здоровенную цепь. Она словно опутывала дерево, внизу свисая с высоких нижних ветвей наподобие качелей. Зрелище удивительное и навевающее определенные мысли и фантазии.
— У Лукоморья дуб зеленый, златая цепь на дубе том, — продекламировала себе под нос, а затем уже громче, спросила у куратора, — а почему здесь так тихо и пусто?
— Сейчас в академии занятия, — спокойно ответил Демитр.
Я кивнула, а сама снова бросила взгляд на приглянувшееся дерево. Оценила цепь, попыталась разглядеть на ветвях хотя бы одну русалку, или, на крайний случай, кота, но не найдя никого из сказки господина Пушкина, со вздохом поспешила догонять Северского.
Он шел не оглядываясь. Уверенный в том, что следую за ним.
Догнав мужчину, спросила:
— А жить я где буду, если поступлю?
— Все студенты академии живут здесь в общежитии. По выходным есть свободное время для посещения дома. Также, студенты могут уезжать на каникулы, — он произнес это настолько будничным тоном, что у меня закралось невольное подозрение.
— А вы что, тоже здесь преподаете?
— Да. Так что мы будем встречаться на занятиях, — обрадовал меня мужчина.
Но вот мы и подошли к зданию. Запрокинув голову, я посмотрела наверх, туда, где развивался острым
