пульнуть в очаг, но ошибся.
— Теперь создай из него блин, с ручкой в виде щита и прикройся им, при этом концентрируя фаербол в правой руке, — сказал Радомир, наблюдая за мной на безопасном расстоянии.
И постепенно я заставил сформироваться воду в виде щита, хотя, я видел не столько воду в своих руках, сколько энергию водной стихии, но визуально это был водяной щит. Небольшой, около полуметра в диаметре, но и он уже позволял отразить небольшую атаку магией огня.
— А теперь попробуй сделать водяной щит в руке более холодным, заморозь его и создай ледяной щит.
На формирование ледяного щита у меня ушло около двадцати минут, отчего фаербол в моей правой руке начал уменьшаться в размере и постепенно затухать, так как мой главный источник был опустошён, да и второй уже на две трети был пуст.
— Молодец, всё заканчивай. Вот такую тренировку и делай каждый раз, когда будешь тренироваться. Стихия воды даст тебе защиту, а магия огня — оружие нападения, а пока давай сделаем перерыв. Буря уже началась и давит на меня, не молод я уже, нужно полежать, отдохнуть, ну а ты можешь лечь и, положив руку на стену дома, попробовать наполнить свой источник маной, а если получится, то второй источник, магией воды. Я же пока вздремну, сильная буря, до костей пронимает, — сказал мой учитель и направился к своему лежаку.
Глава 8. Магическая буря.
Пока старик спал, я качал энергию и непросто качал, а собирал её из окружающего мира, точнее говоря, из той бури, которая разыгралась за стенами нашего дома. А стены, как оказалось, не только аккумулировали магию, но и, при желании, являлись неплохим проводником. Накачивать маной свой источник и опустошать мне стало скучно уже через час, поэтому я начал пробовать брать разные виды энергии и закачивать их поочерёдно в свой источник, после чего выпускать их наружу, но не в больших объёмах, а примерно по полчаса на каждый вид энергии, до которого я смог дотянутся. Вода, огонь, земля и энергия жизни, ну и немного ветра, но вот использовать их я не решился, так как при первой же попытке в доме поднялся сильный ветер, и мне пришлось использовать её в огненном фаерболе, переработав. В месте на стене, где я стал возвращать энергию жизни, неожиданно появился зелёный росток, который очень быстро оформился в молодой побег, а вот забрать эту энергию обратно у меня уже не получилось. При попытке забрать жизненную энергию, меня сильно скрючило, а от отвращения и появившегося запаха тлена, меня чуть не вырвало, но зато новый побег сморщился и моментально высох, хотя саму жизненную энергию впитать не удалось, она прошла мимо меня и растворилась в окружающем мире, став какой-то другой. Почти всю ночь я не спал, пробуя разные варианты и раскачивая энергию в своём теле, ну и каналы заодно, а под утро решил вздремнуть, хотя подпитка жизненной энергией и помогала убирать желание сна из организма.
— И долго ты будешь спать? — проговорил ворчливый голос старика.
— Да я на полчасика прилёг только, — ответил я старику, просыпаясь.
— Уже обед, да и буря только что закончилась, пойдём, научу тебя, как надо лечить, — сказал Радомир, стоя рядом с моим лежаком.
Поднялся я с трудом, так как всё тело у меня болело, создавалось ощущение, что я вчера весь день и всю ночь разгружал вагоны. На столе стояла миска с кашей и стакан воды, сверху которого лежал кусок хлеба. Рядом лежала старая одежда, рубаха навыпуск с орнаментом понизу и шаровары, а на них лежал широкий кушак. Примерно так же был одет и старик, поэтому я очень быстро переоделся, а вот своей старой одежды я не нашёл.
Быстро перекусив и умывшись, мы вышли из дома. Картина, представшая передо мной, была очень необычной. Всё пространство вокруг, было пропитано большим количеством разноцветных линий, а местами витали разноцветные сгустки.
— Иди сюда, тут как раз есть на ком потренироваться, — сказал Радомир, махнув мне рукой.
Подойдя, я увидел лежащего у основания большой ели бельчонка. Видимых повреждений у него не было, но его тело сотрясала дрожь.
— Это последствия магического шторма. В мире существуют магические животные и животные, имеющие магический дар, последние встречаются довольно часто. Они более беззащитны перед магической бурей, чем люди, и часто, не успев спрятаться, погибают. Этот совсем маленький, молодой ещё, и, если ему не помочь, он погибнет. Они часто приходят ко мне, чтобы я им помог, и я никогда не отказываю в помощи, но тебе потребуется помощник в этом мире и, возможно, не один. Прежде, чем перейти к обучению, ты должен ответить на мой вопрос, готов ли ты поклясться, что сделаешь всё возможное, чтобы оба мои внука получили дворянство и стали аристократами? — спросил Радомир, внимательно посмотрев на меня.
— Клянусь, что сделаю всё возможное и что в моих силах, если я стану аристократом и подтвержу свой статус официально, то помогу вашим внукам получить дворянство, — ответил я, смотря ему прямо в глаза.
— Хорошо, то, что я тебе сейчас покажу, называется магией крови, и за её использование грозит смертная казнь, но на самом деле её часто используют и доказать её применение, если тебя не поймали на месте, очень трудно. Даже если потребуют показаний с помощью шара правды, ты скажешь, что спасал чужую жизнь, и будешь, по сути, прав. Но учти, что злоупотреблять этим не нужно, чем меньше людей знают об использовании магии крови, тем меньше ты привлечёшь внимания к себе, тем более, пока ты не стал аристократом. А сейчас делай всё в точности, как я тебе говорю.
Для начала собери на правой ладони энергию жизни. Теперь уплотни её и насыть ещё большим количеством, — попросил мой учитель.
Я повторил его просьбу и сформировал небольшой шарик сантиметров двадцать, а затем уплотнил его в четыре раза. Тут Радомир протянул мне небольшой нож.
— Дай мне левую руку, я сделаю надрез на ладони и постарайся не пролить ни капли своей крови, — сказал он.
Я выполнил, что он просит, и после небольшого надреза кровь стала стекать в центр ладони. Я стоял рядом с умирающим бельчонком, вытянув две руки перед собой, а Радомир начал медленно плести заклинание. Обычная звезда, насыщенная смешанной силой разных стихий магии, которые он назвал маной. Звезда, а проще говоря, рисунок пентаграммы, повисла в воздухе перед ним.
— Когда я наложу пентаграмму, капни своей кровью прямо в рот бельчонку, а сразу за этим начинай
