сознание…
Когда он открыл глаза, на него смотрели двое. Горилла и "незначительный". И Незначительный начал говорить своим уравновешенным голосом, словами благовоспитанного человека:
— Мы сожалеем, что нам пришлось это сделать с вами. По крайней мере, ты не выйдешь изувеченным… Хм! Вы со временем поняли. Упорствуя, вы наверняка рискуете сойти с ума…
— Развяжите меня, — умолял Юбер.
— Нет. Вы сначала ответите на наши вопросы. У нас нет времени тратить его зря, и было бы пустой тратой времени снова прикреплять вас… Как вас зовут?
Юбер закрыл глаза. Он собирался вспомнить? Ему просто нужно было не торопиться. То, через что он только что прошел, объясняло его колебания. Он громко вздохнул и ответил:
— Георгий Крест.
— Национальность?
— Американец.
— СОЕДИНЕННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ.?
— Да.
Он открыл глаза и увидел, что Незначительный что-то делает.
— Дата и место рождения?
— 20 января 1916 года в Сан-Франциско.
— Имена и имена ваших отца и матери?
Допрос по порядку. Юбер приложил немало усилий, чтобы восстановить свободную игру памяти и интеллекта.
— Питер Кросс и Джин Моррис.
— Твоя работа?
Юбер заколебался. Человечек повторил более высоким тоном:
— Я… у меня пока нет.
— Как давно вы в Александрии?
— Думаю, четыре дня.
Приходилось играть наугад. Верил ли Незначительный в его историю или нет, значило очень мало. Детали, интонации голоса…
— Откуда ты прибыл?
— Из Марселя. Я путешествовал на Квантаре, на «Хедивиальных почтовых линиях».
— Остановка в Неаполе?
— В Генуе.
— Почему вы уехали из Франции?
— Я… я дезертировал.
— Вы были в армии. Где?
— В отряде передовой секции в Вердене. Казармы Мажино.
— Звание?
— Капитан.
Незначительный резко заговорил по-американски.
— Почему ты дезертировал?
Юбер скривился, сглотнул слюну, избегал невыразительного взгляда маленького человечка и ответил на своем родном языке:
— Неужели нужно, чтобы…
— Совершенно необходимо.
— Меня собирались арестовать. M.P… ищет меня.
— Почему?
— Я… Я занимался обслуживанием автомобильной техники. Я… я сделал подделки, чтобы получить запчасти со склада казарм Грибоуаль. Меня спросили… Мне нужны были деньги. Грузовик с украденными деталями был остановлен на рейнской переправе. Водитель заговорил… Я узнал об этом достаточно скоро, чтобы спастись. Я поехал в Марсель, где смог получить паспорт, который вы знаете, и…
— Почему вы приехали в Александрию?
— Я не знаю. Стечение обстоятельств. Парень из Марселя сделал мне немецкий паспорт, потому что я говорил на этом языке без акцента, и он сказал мне, что в Египте к немцам хорошо относятся. Итак, здесь или где-то еще…
Тишина. Юбер много отдал бы, чтобы прочитать мысли своего оппонента. Он был так напряжен, что забыл о своем положении. Он не должен. Он умолял:
— Хоть сними те очки, которые скручивают мне виски.
Незначительный сделал знак своему товарищу, который отвинтил гайки и повернул деревянные бруски, чтобы освободить голову Хьюберта, который сразу же зашевелился от удовольствия.
— Мы, конечно, проверим все ваши заявления…
Юбер в этом не сомневался. Как он не сомневался, что Баг предоставил ему убедительную историю.
— Теперь ты расскажешь мне о своих отношениях с фрау Мариацелль…
Этого следовало ожидать. Юбер очень быстро задумался. У этих людей не было причин интересоваться им, пока они не увидели его с рыжеволосой красавицей. Так что, вероятно, его не повернули на пути к «организованному спасению» Веры. Последняя, с другой стороны, у которой больше не было никаких сомнений в том, что она занималась тайной деятельностью, должна была принять меры предосторожности, чтобы пойти на полуночное собрание. Если предположить, что Вере затем придется встретиться с кем-то из команды Незначительного, маловероятно, что они опознали бы Хьюберта в темноте. Вывод: «они» не заметили его, пока он не вернулся с этой прогулки, когда он вернулся в отель с австрийцем.
На следующее утро за ним следили, но перед тем, как отправиться к греку, он запутал своего последователя по базарам мечети. В тот день он ничего не сделал для обеспечения тайны своего свидания с указанной леди.
Незначительный настаивал:
— Слушаю вас… фрау Мариацелль.
Юбер облизнул губы. По его шее текла струйка воды, щекоча его. Это помогло ему улыбнуться.
«Очень красивая женщина», — сказал он. Я встретил его во вторник вечером. Я возвращался из экскурсии по городу на арендованной машине… Я только что выехал с бульвара Султан je ne sais quoi, который проходит вдоль залива Анфучи, чтобы добраться до Променада де ла Рейне Назли, чтобы присоединиться к Сесилу, когда Я увидел женщину, которая бежала как сумасшедшая… Ну, знаете, форт в конце, старый маяк…
— Кайбай.
— Думаю, все. Я остановился, она, затаив дыхание, забралась рядом со мной и сказала, что на нее только что напала банда арабов. В остальной части разговора мы обнаружили, что были соседями по комнате в «Сесил». Любопытное совпадение…
— Да, действительно любопытно…
— Мы… поладили, — продолжил Юбер тем же тоном. Она действительно очень… привлекательна. Я безуспешно попытал счастья. Вчера днем мы вместе пошли гулять в Медине.
— Кто предложил эту прогулку?
Юбер сделал вид, что смотрит.
— Эээ… я не знаю… я думаю, это она. Да, это она… Я хотел встретиться на следующий день, прежде чем уехать от нее в первую ночь, и она сказала мне, что хочет на следующий день поехать в арабский город, но она не решилась идти без сопровождения. После того, что с ним случилось, это было понятно…
— Вчера вечером, вы вышли. Куда ты ушел?
Юбер посмотрел Незначительному прямо в глаза.
«В бордель», — прямо ответил он. Это не давало мне уснуть.
Тишина. Тяжелые шаги. Лицо Гориллы промелькнуло в поле зрения Юбера, повернувшись к нему спиной. Длинный пурпурный шрам пересекал толстую шею: это был тот, кто следил за Юбером накануне утром в Медине.
— Каковы были ваши намерения в отношении фрау Мариацелль?
Юбер криво улыбнулся.
— Переспать с ней, если можно, а потом…
Он сделал вид, что взял себя в руки, и поджал губы.
Незначительный настаивал:
— А потом…
Юбер вздохнул. Вид человека, который уже отдал слишком много себя, чтобы внезапно скупиться на детали.
— У меня почти закончились деньги. Я должен думать о будущем… Может, эта женщина могла… Понимаете?
Незначительное оставалось равнодушным.
— Я очень хорошо понимаю. Почему вы вынули этот конверт из-под его двери?
Юбер подавил короткую ухмылку:
— Судя по тому, что я вам только что сказал, вы должны это понять, верно? Меня интересовала эта девушка, это было нормально, что я пытался узнать, кто может посылать ей письма в два часа ночи, верно?
Незначительный не ответил. Он сделал несколько шагов по комнате, затем вернулся, поглаживая подбородок.
— Мы дадим вам время, чтобы проверить ваши заявления. В зависимости от того, подтвердятся они
