Наконец он выпрямился в общей комнате, чуть было не стукнувшись головой о низкие стропила. Напротив него находились двери, ведущие в задние комнаты и спальни. Слева помещалась стойка; хозяин таверны наливал в небольшую бутыль рисовое пиво. Он поставил на поднос две кружки, и девушка отнесла его к столу в другом углу комнаты.
Двое сидящих за столом внимательно разглядывали Моравена. Более рослого из них вполне можно было бы назвать близнецом гиганта, встреченного по дороге к Морианду, только он носил повязку на левом глазу. Второй была женщина — тоненькая как тростинка, с длинными черными волосами, убранными в косу с вплетенной алой лентой. Она бросила на Моравена взгляд, мгновенно осмотрев его с головы до пят, и коротко кивнула. Моравен слегка поклонился в их сторону — по обычаю ксидантцу, встретившего путешествующих товарищей, а затем с улыбкой повернулся к человеку, сидевшему за столом возле лестницы.
— Спасибо Девяти Богам, ты выглядишь прекрасно, Эрон. — Моравен поклонился и замер. Тот, к кому он обращался, встал и ответил на поклон. — Это, должно быть, твои ребята внизу?
— Достойнейший серриан Ятан должен это решить.
— Тогда во дворе я миновал лучших воинов в мире, и среди них твой сын — не последний.
Эрон, казавшийся чуть старше Моравена из-за седой пряди в волосах, улыбнулся.
— Они лучшие только в моих мечтах.
— Ты слишком строг к своим ученикам.
— А ты всегда умаляешь свои собственные умения.
— А вот это я буду с любезным видом выслушивать от твоего деда, но не от тебя! — Моравен подошел ближе и обменялся с Эроном рукопожатием. — У нас есть время побеседовать, или Учитель ждет?
Эрон взглянул на ведущие вверх ступени лестницы.
— И то, и другое. Дед ждет тебя, но я присоединюсь к вашей беседе. Поднимайся поживее; тебе стоит это увидеть.
Ощущая любопытство, Моравен поднялся по лестнице. На верхней ступеньке он посторонился, пропуская Эрона, а затем склонился перед Фойном Ятаном. Учитель сидел за столом возле окна и смотрел на двор. Моравен наклонился ниже и не поднимал головы, пока не раздался хриплый кашель Ятана.
Моравен улыбнулся и вытащил из рукава маленькую бутыль с вирлу.
— Честь для меня снова видеть тебя, джесейсерр Фойн Ятан.
Фойн устроился поудобнее в большом кресле, переложив подушки.
— Я вижу, ты времени даром не терял, Моравен. Тоже из Эрумвирина?
— Мне сказали, что это — из Церискорона, хотя на бутылке метка гончара из Грии. — Моравен бросил взгляд на стол, где стояли три пустых кубка. — Вижу, ты предугадал мое появление.
— Мудр ученик, угадывающий желания учителя.
Эрон уселся напротив Ятана.
— Прошлую ночь дед спал очень крепко, — заметил он. — И сказал моей жене, что дело тут в магической настойке, которую он достал у бхоткаи. Если бы не Празднество, она ни за что бы ему не поверила.
Моравен занял место за столом, сев лицом к окну, и поровну налил в кубки.
— Радостного Празднества вам обоим.
— И тебе тоже.
Они выпили вирлу, и Моравен заново наполнил сосуды. На этот раз сидящие за столом не торопились их осушить.
— Я не предполагал, что ты снова призовешь меня.
Ятан медленно кивнул.
— Я собирался послать за тобой на пятый день, однако у серрианцев кое-что произошло. Возможно, мне придется возложить на тебя еще одну ношу, Моравен.
Воин положил свою ладонь на спрятанную в широком рукаве руку старика и удивился, какой тонкой и легкой она оказалась.
— Как говорил тебе твой Учитель — «Ношей становится вызов, если ты его не принял. Только глупец взваливает на себя ношу».
Фойн взглянул на Эрона.
— Видишь, он помнит даже старые уроки, — проговорил старик.
— Он всегда был твоим лучшим учеником, дед…
Моравен нахмурился.
— Ну, и кто сейчас преуменьшает собственные достоинства, Эрон? Не думаю, что…
Старик поднял руку, жестом призывая Моравена не продолжать.
— Хорошо, что кто-то помнит старые уроки, потому что я больше не учу. Эрон — дисейсерр серриана Ятана. Джейас продолжит наше дело. Они — хорошие учителя, и были бы счастливы, если бы им попался ученик, столь же талантливый, как ты.
Моравен, пожалуй, возразил бы, но взгляд Фойна заставил его замолчать. Фойн Ятан был учителем искусства сражения на мечах дольше, чем существовал Наленир. В его жилах текла истинная кровь, поэтому он был долгожителем — так же, как Моравен или Эрон, однако так долго его хранило магическое мастерство владения мечом. При взгляде на Фойна с Эроном можно было предположить, что это дед и внук, — или, возможно, правнук, — но Моравен сильно удивился бы, окажись, что их разделяет меньше девяти поколений.
Во двор вошел молодой человек в белоснежном шелковом костюме и такой же накидке. Их украшал карминовый орнамент. Поверх был повязан красный кушак, удерживающий ножны алого цвета. Обувь также была белой с красными и желтыми языками пламени. Вышивка на рукавах повторяла этот рисунок. Хорошо сложенный юноша с аристократическими чертами остановился в воротах и уперся руками в бока.
Ученики Эрона поспешно собрались вместе. У всех за поясами имелись деревянные учебные мечи. Молодой человек кивнул, затем устремил взгляд на распахнутое окно.
— Я снова вижу учеников, в то время как пришел к учителю. — Его ноздри затрепетали, затем он убрал руки с пояса и отвесил поклон — не слишком глубокий и не слишком долгий. — Мое имя — Кирас Дейот. Я приехал из Тирата, от серриана Фоахина. Я научился всему, чему могли научить, и меня отправили в Морианд тренироваться у мастера.
Моравен сдвинул брови.
— Отправили странствовать и искать другого учителя?
Ятан пожал плечами.
— Возможно, там, в Тирате, такие странные обычаи. Понятия не имею.
Эрон встал и высунулся в окно.
— Сегодня утром ты оскорбил моих учеников. Ты отказался сразиться с ними.
— Ты выставил против меня детей.
— Они не дети, — он хлопнул в ладоши. — Добил, давай.
Один из самых маленьких учеников вышел вперед, мгновенно выхватив деревянный меч и принимая первую стойку Кобры. Он взмахнул оружием и сделал ложный выпад, целясь словно бы в глаза противнику, а затем нанес косой удар, который должен был прийтись на левое плечо Кираса.
Кирас развернулся, уходя от угрозы, а затем, пригнувшись, шагнул к ученику. Левый локоть чужака взлетел с невероятной скоростью и врезался в переносицу Добила. Раздался внятный треск, заставивший Эрона вздрогнуть и сморщиться, словно от боли. Брызнула кровь, по рукаву растеклись красные пятна. Добил на мгновение замер, а затем опустился на землю, закрыв руками лицо.
Кирас забрал у него деревянное оружие и ринулся в атаку. Он уклонился от очередного выпада, а затем ударил бойца по лицу рукоятью учебного меча. Вертясь на месте, он подпрыгнул, пропуская подсечку снизу, и без малейших усилий избавился от очередного атакующего, нанеся удар по голове. К нему ринулась девушка, переходя от Тигра к Дракону, но Скорпион Кираса оказался быстрее; удар пришелся на локоть, и девушка, вскрикнув от боли, выронила меч из онемевших пальцев.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
