— Теперь уже где-то в сорока пяти ярдах, пятнадцать градусов по правому борту.
— За тем заснеженным холмом?
— Правильно.
— Рулевой, осторожней! Подойдите как можно ближе, но при этом не потопите нас, — скомандовал Уэс.
— Есть, есть, сэр!
«Альгамбра» постепенно продвигалась вперед. Потрескивание льда, который ломался под ее корпусом, перешло в стон, а потом судно со скрежетом остановилось. Рулевой отвел рычаги назад, заглушил двигатели и выжидающе посмотрел на Холла.
— Что говорит этот твой дорогостоящий хлам? — спросил тот у Сэма.
— Что мы примерно в пятидесяти футах от того — неведомо чего, — что он засек.
— Может, это затонувший самолет? — вновь выдвинула предположение Реми. — Или что-нибудь, оставшееся после Второй мировой войны?
— Все может быть, но, похоже, это находится глубоко во льду. Что бы там ни было, оно попало туда вовсе не недавно, — заявил ее супруг.
Некоторое время он молчал, а потом снова подал голос:
— Но это действительно странно! Если я не ошибся в расшифровке показаний, это «нечто» не в глубине. Оно находится на поверхности.
— Я ничего не вижу, — сказала миссис Фарго.
— Потому что толщина льда вдоль всего побережья увеличивается. Наверное, лед достигает толщины в двадцать футов к тому времени, как под ним появляется настоящая скала, — объяснил Сэм, разглядывая через иллюминатор место, которое они засекли.
— Ну и что теперь? — спросил Холл.
Фарго бросил последний взгляд на экраны и встал:
— Сдается мне, пришло время прогуляться.
Вскоре Уэс, супруги Фарго и трое членов экипажа осторожно двинулись через скользкое, припорошенное снегом пространство. Когда они приблизились к загадочной цели, Сэм заметил, что лед постепенно понижается, и прикинул, что к тому времени, как их группа окажется на вершине холма, они будут на высоте в пятнадцать футов над уровнем моря. Когда он провел металлоискателем над легким подъемом, тот завопил, как насмерть перепуганная чайка.
Фарго осторожно продвигался вперед, шаркая ногами, чтобы набросать грубый контур там, где показания прерывались. Когда он закончил, контур оказался примерно тридцати ярдов в длину.
— Можно прислать сюда еще людей? — спросил Сэм. — С инструментами для раскопок? Надеюсь, у вас на борту есть…
— Несколько кирок, лопат и пара ломов, — сказал Холл, глядя на нарисованные им контуры.
Прошло два часа с тех пор, как команда спустилась на лед, и тут рулевой закричал. Супруги Фарго поспешили к нему.
Сэм опустился на колени и осмотрел откопанный коричневый материал, после чего встал и снова взглянул на контуры.
— Это дерево, — сказал рулевой.
— Вижу. Вопрос в том, почему его регистрирует наш прибор, — отозвался исследователь.
— Потому что там не только дерево. Наверняка железо и ряд других металлов, — предположил моряк.
Реми не спускала с мужа глаз.
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросила она.
— Я не хочу пока слишком взбудораживаться или приходить к скоропалительным выводам, — осторожно ответил Фарго.
С этими словами он повернулся к людям, которые остановились поблизости, оценивая лед:
— Будьте осторожны. Копайте снаружи дерева. Вы видите, где оно исчезает подо льдом. Держитесь с внешней стороны этой штуки.
По приказу Ральфа Виллбэнкса подошли другие моряки, и вскоре они уже разбивали корку льда всем, что смогли найти, — лопатами, кирками, монтировками, молотками… К исходу дня основная часть похороненной во льду конструкции оказалась на виду, и всем стало предельно ясно, что это такое.
— Корабль викингов, — произнесла Реми полным благоговения тоном.
Сэм кивнул:
— Действительно. Первый, обнаруженный на Баффиновой Земле. Несколько таких судов было найдено в Гренландии, но здесь — никогда. Это потрясающе! И он в идеальном состоянии. Лед все сохранил.
— Что там такое? Ты можешь разглядеть? — окликнула его жена, стоя у середины длинного судна.
— О чем ты? — спросил Сэм, присоединившись к ней.
Реми, прищурившись, вгляделась в лед внутри корабля:
— Я что-то вижу.
Фарго прикрыл глаза руками справа и слева и вгляделся во мрак, но потом покачал головой:
— Свет угасает. Не могу рассмотреть.
Он окликнул через плечо:
— У кого-нибудь есть фонарик?
Две минуты спустя Виллбэнкс появился с длинным черно-алюминиевым фонариком, включил его и передал Сэму.
— Спасибо, — сказал тот и направил луч на лед, местами совершенно непрозрачный. Свет как будто исчез, пронзив молочно-белые участки льда, а потом осветил предмет, который привлек внимание Реми. Женщина отпрыгнула назад. Сэм же продолжал пристально всматриваться в лед.
Невидящие голубые глаза мужчины уставились в вечность из мерзлой тюрьмы — на лице его было недоуменное, мирное выражение. Он вцепился в то, что осталось от изорванного паруса, и всем была ясно видна его взъерошенная светлая борода. Много веков назад он укрылся тяжелым плащом из шкуры какого-то животного в тщетной попытке предотвратить неизбежное.
8
После ужина Сэм и Реми сидели в рулевой рубке с Холлом и Виллбэнксом, наблюдая, как ночная вахта продолжает трудиться над судном викингов, пытаясь извлечь тысячелетний корабль из холодных объятий природы. Место работы освещали мощные портативные фонари, и главный прожектор «Альгамбры» был направлен на корму древнего судна, которое постепенно, по частям, появлялось изо льда.
— Это изумительная находка. Я имею в виду — воистину изумительная. Аутентичный драккар викингов в безупречном состоянии, и его команда идеально сохранилась. Никогда не слышала ни о чем даже отдаленно похожем! — сказала Реми, произнеся вслух то, о чем думал каждый из присутствующих.
— Действительно. Одна только его научная ценность неизмерима, — добавил Сэм.
Уэс посмотрел на обоих супругов:
— Скольких вы насчитали? Пока — десять на судне? Но ведь такой корабль, как этот, имел команду в восемьдесят-девяносто человек?
— Нет никакой возможности узнать наверняка, но если бы мне пришлось строить догадки, я бы сказал, что корабль укрылся здесь от непогоды, — ответил Фарго. — Может, остальные люди отправились на поиски другого прохода к морю или ушли в поисках пищи. Возможно, мы получим какие-нибудь ответы на свои вопросы, когда откопаем судно получше.
Реми невольно содрогнулась:
— Воображаю, каково пришлось этим последним выжившим. Умирать голодной смертью, замерзать, зная, что они никогда больше не увидят родную землю и свою семью, погибать в этих заброшенных местах…
