Наступила тишина.
— Могу только молиться, — наконец произнес сэр Джеймс, — что со временем кто-нибудь из вас — ты, Ранульф, или, возможно, Наталия — изменит свое мнение.
— В таком случае ваши молитвы не будут услышаны, — холодно заявил лорд Колуолл.
— Тогда мне остается попрощаться, — заключил сэр Джеймс. — Свадьба была организована просто великолепно, и еще долгие годы наше графство будет судачить об этом событии. Льщу себя надеждой, что хотя бы это доставило тебе удовольствие.
— Совершенно верно, — весело согласился лорд Колуолл. — Мне всегда нравилось, когда все задуманное мною проходило в полном соответствии с планом. До свидания, сэр Джеймс, спасибо за поддержку.
Слушавшая их разговор Наталия словно окаменела. С того самого мгновения, как до нее донеслись слова мужа, она стояла не двигаясь. Такой ее и увидел лорд Колуолл, когда открыл дверь. Лицо девушки покрывала мертвенная бледность, и он всполошился, решив, что произошло нечто ужасное.
— В чем дело? — спросил он. — Что случилось?
Наталия не смогла ответить, потому что голос не повиновался ей. Ей казалось, что горло онемело, лишив ее возможности дышать.
Но вдруг лорд Колуолл сообразил, что оставил дверь в Серебряный зал открытой и Наталия слышала их разговор.
— Мы тут беседовали с сэром Джеймсом, — с некоторой неуверенностью произнес он.
— Я... слышала, — с неимоверным трудом выдавила из себя девушка.
К ней вернулась способность двигаться, и она прижала руку к груди.
— Этот разговор не предназначался для твоих ушей, — заявил лорд Колуолл, проходя в комнату. — Надеюсь, ты понимаешь, что все, сказанное мною сэру Джеймсу, никак не повлияет на мое уважение к тебе.
— У-уважение? — еле слышно переспросила Наталия. Лорд Колуолл подошел к ней и встал спиной к камину.
— Должен похвалить тебя за то, как ты великолепно держалась, когда вчера принимала моих служащих, а сегодня — моих друзей. Я прекрасно понимаю, что это тяжелое испытание для выросшей в глухой деревне девушки. Но позволь отметить, что ты вышла из него с честью!
Лорд Колуолл очень тщательно подбирал слова, но, взглянув на Наталию, догадался, что все сказанное не достигло ее сознания.
— Я не... понимала, — слабым голосом произнесла она.
— Что ты не понимала? — осведомился он.
— Что от вашей жены... требуется... родить вам наследника.
Лорд Колуолл нетерпеливо взмахнул рукой.
— А разве это не очевидно? Я предполагал, что твоя мать объяснила тебе, какие преимущества дает нам обоим этот брак.
— Вы действительно думаете... — спустя несколько секунд проговорила Наталия, — что я вышла за вас только... ради титула и положения в свете?
— А почему же еще? — удивленно спросил он. — Ведь мы чужие друг другу.
— Вовсе нет! — с горячностью запротестовала девушка.
— Вы приезжали в Пули-Бридж, вы видели меня. После того дня вся моя жизнь резко изменилась. Вы занялись моим образованием, подарили мне Крестоносца, а мама ежемесячно писала вам письма, в которых рассказывала о моих успехах. Она сама мне говорила.
— Это была инициатива твоей матери, — заявил лорд Колуолл. — Но неужели ты предполагаешь, что столь непродолжительное знакомство могло хоть как-то повлиять на мои чувства к тебе?
Наталия подняла на него глаза, и он увидел, что они потемнели от боли.
— Я считала... вы любите меня.
На мгновение ей показалось, что ее слова ошеломили лорда Колуолла. Но он отвел взгляд и хрипло проговорил:
— Как ты только могла придумать такую глупость? Это же смешно. Когда я приезжал к вам, ты была еще ребенком.
— Я была достаточно взрослой... чтобы полюбить, — возразила Наталия. — Мое чувство зародилось в тот момент, когда я увидела, как вы появились из тумана, окутывавшего озеро. Вы выглядели так... как я представляла... — Она замолчала.
— Что представляла? — с любопытством спросил лорд Колуолл.
— Мне трудно... объяснить, — ответила девушка. — Однажды папа сказал мне, что вместо ангела... у каждого из нас есть Рыцарь... подобный рыцарям Мальтийского ордена... который защищает и оберегает нас... от зла. В моих мечтах этот Рыцарь... был похож на вас!
Ее признание, произнесенное дрожащим голосом, звучало чрезвычайно трогательно.
— Я не предполагал подобного поворота событий, — со вздохом сказал лорд Колуолл. — Думаю, Наталия, будет гораздо лучше, если мы сядем и спокойно все обсудим.
Покорно, словно щенок, обязанный слушаться своего хозяина, Наталия опустилась на краешек дивана. Сложив руки на коленях и устремив взгляд на мужа, она казалась маленькой и хрупкой — брошенным на произвол судьбы ребенком, а не сияющей и счастливой новобрачной, только недавно радостно направлявшейся к алтарю.
— Я не знаю, что тебе известно о моей первой женитьбе, — заговорил лорд Колуолл. — Вообще-то тебе незачем вникать во все подробности. Будет достаточно, если скажу, что события тех дней заставили меня навсегда отказаться от так называемой любви, которая несет с собой только страдания и разочарования.
— И все же... вы решили жениться... еще раз? — робко спросила Наталия.
— Я женился для того, чтобы иметь детей, — ответил лорд Колуолл. — Ты знаешь историю моей семьи. Знаешь, что в течение долгих веков замок переходил от отца к сыну. Мне нужен наследник, Наталия, и для этого я выбрал тебя.
— Любая... подошла бы на эту... роль, — заметила девушка.
— Отнюдь, — возразил лорд Колуолл. — Я должен гордиться той, кого назову своей женой. Она должна быть хорошей матерью для моих детей. Ты отвечаешь этим требованиям.
— Но ведь это никак не связано с личностными качествами, — проговорила Наталия. — Это... не влияет на мои... чувства. Я бы никогда не вышла замуж за... человека, которого не люблю.
— Очень грустно, что этот разговор состоялся после свадьбы, — признался лорд Колуолл. — Но мне даже в голову не приходило, что девушка, видевшая меня всего один раз три года назад, решит, что любит меня, и будет надеяться на ответное чувство, — с вызовом добавил он.
— Теперь я понимаю... что это было... глупо, — пробормотала Наталия.
— Раз мне удалось убедить тебя, — с воодушевлением заключил лорд Колуолл, — значит, нам лучше забыть об этом. Я сожалею, что ты слышала наш разговор с сэром Джеймсом. Итак, Наталия, ты моя жена, и я буду относиться к тебе со всем возможным уважением. Уверен, у тебя не будет повода в чем-либо упрекнуть меня. — Помолчав немного, он, тщательно подбирая слова, добавил: — У меня есть то, что наверняка сделает твою жизнь приятной. Фамильные драгоценности Колуоллов не имеют себе равных. У тебя никогда не будет причин назвать меня неблагодарным супругом. А наши дети восполнят тебе недостаток общения со мной!
