а вот Димка возвышался над незнакомцем, хоть тот и был его куда шире. – Вот ответ на твой вопрос, человек. Это земли нашего королевства, и, если человеки живут здесь, они должны бояться нас и радоваться, когда мы берем немного фруктов, пшеницы или зверья.
– Это как? – обалдел Димка, да и Тедди вместе с ним.
Она уже привыкла к мысли, что они встретили какое-то особенное чудо, а что это скорее они тут уникальны, ей в голову даже не приходило. Впрочем, птиц был, похоже, и рад поговорить с необычными людьми, тут им повезло.
Из рассказа Сола, а именно так звали птичьего принца – о принадлежности нового знакомого к королевской семье они узнали тут же, и это было еще повторено множество раз, птиц оказался тем еще хвастуном! – стало известно следующее: вся эта огромная долина, окруженная лесами и кольцом гор, за которые никто не залетал, принадлежала племени летунов. Среди этих существ были как хищные птицы, так и питающиеся зерном и плодами и даже трупоеды. Последние заменяли им врачей и могильщиков одновременно, но большого уважения не находили. Королевская династия почти всегда принадлежала к хищному племени, и Сол чрезвычайно оскорбился, когда Тедди напомнила ему о яблоке.
Как оказалось, хищники тоже не брезговали иногда фруктами, особенно молодые. Такие, как Сол и его сестры. В королевской семье было трое птенцов. Старшая сестра Сола уже завела собственное гнездо, а вот его одногнездовая сестра с того же сезона лишь позорила семью, предпочитая фрукты всем остальным яствам. Он совсем не понял вопроса Тедди о том, что если это их земли, то и люди, живущие на них, их подданные, и летуны должны им помогать, а не обирать.
– Их никто сюда не звал, – отрезал на это Сол. – Они захватчики. Пусть радуются, что мы их не убиваем. То есть почти никто не убивает.
Так ребятам пришлось узнать, что среди птичьего племени нет согласия и король правит только благодаря силе и поддержке близких семей. Некоторые птицы нападали на людей или могли утащить чужого птенца и сожрать, другие, напротив, подкидывали своих птенцов в семьи поудачливее и посильнее.
– Я до сих пор думаю, что моя одногнездовая Тина – подкидыш, – закончил это обсуждение Сол. – А что до человеков… Пусть уходят, мы и без них обойдемся. Это дерево будет родить и без них, на то нам дана магия. Разве нет?
– Ты жестокий и глупый мальчишка, а еще принц! – не выдержала Тедди.
Димка немедленно встал перед ней, поднимая фонарик чуть выше, чтобы ударить или ослепить Сола, если тот решит броситься.
Но тот не собирался нападать, лишь распушил хвост так, что он стал напоминать широкую юбку, обрезанную спереди.
– Это наша страна и наши законы, – прощелкал он. – Вот вас я тоже не звал. И отец мой не звал. Так что вы тут делаете?
Тедди замялась. Говорить не хотелось, но принц пусть и оказался дураком и злюкой, много рассказал им о странном месте, куда они попали.
– Мы почти по приглашению, – наконец произнесла она. – Отец отправил нас на все лето к бабушке Маре.
Она подпрыгнула от неожиданности, когда Сол вдруг встопорщил перья, становясь разом выше Димки и шире его теперь раза в три. А еще принц щелкал клювом так быстро, что теперь совсем было непонятно, что он говорит. Глаза его из желтых стали почти оранжевыми. На всякий случай Тедди снова спряталась за Димку, который направил фонарик прямо в глаза взбесившегося птица. Это помогло. Принц успокоился.
– Так ты внучка Мары? – уточнил он, и в его голосе не было больше снисходительного тепла, только злость, и Тедди понять не могла, в чем дело.
– Видимо, да, – растерянно ответила девочка и оглянулась на Димку с немой просьбой. Надо было все-таки ее назвать по фамилии – Мусовой. Может, тут и впрямь какая-то путаница и ее бабушка не имеет ничего общего с той, кого знают даже такие перьевые чудища.
– Ее отец сказал, что мы едем к бабушке Маре, – пришел на выручку тот. – Генетического теста не проводили, если ты об этом.
От непонятных слов Сол просто отмахнулся, принимаясь ходить вокруг ребят и придирчиво их оглядывая.
– А ты что же, ее брат? – наконец спросил он. – Не похож на А́лисо, а она вот как две капли. Отвлекли меня, я даже не разглядел толком!
Он недовольно защелкал клювом и встопорщил перья. Кажется, он сам себя накрутил достаточно, чтобы посчитать их шпионами, посланными специально к нему, и Димка поспешил объясниться:
– Я ее сводный брат. Не родной.
Это почему-то опечалило Сола. Странно, ему так не нравилась внучка неизвестной пока ребятам бабушки Мары, а вот чтобы их было двое, его устраивало.
Он снова пощелкал клювом и покачал головой, поворачивая ее так сильно при этом, что у человека давно бы хрустнули позвонки.
– А говорила, что человечка… – горестно вздохнул он. – Врала. Стоило догадаться. С такой-то бабушкой…
– Да что не так с ее бабушкой? – не выдержал Димка.
Птиц снова встопорщил перья, но уже больше для острастки, и быстро успокоился.
– Все с ней так, – ответил он уклончиво. – Мы друг другу не нравимся просто. А вот тебе бы я посоветовал сделать так, чтобы она тебя как родного внука приняла. Признала внуком, короче. Мать твоя ведь вьет гнездо с ее отцом? Вот тебе и помощь. И всем сплошная польза от этого, особенно тебе.
Ушастый принц темнил, но Тедди поняла, что совет он Димке дал искренне. Словно знал что-то действительно важное. Но вот что?
– А ты можешь рассказать побольше о моей бабушке? – попросила она. – Пожалуйста. Я тебе нигде не соврала. Я ничего о ней не знаю. Мне папа даже о том, что у меня есть бабушка, пару недель назад сказал.
– Она не врет, – подтвердил Димка.
Принц прикрыл глаза. Теперь, когда он стоял рядом, Тедди поняла, что он закрывал их не как люди, а на глаз словно набегало третье молочно-белое веко. Жутковатое зрелище, как и весь Сол в целом. А еще девочка осознала, что, где бы они сейчас ни находились, они вовсе не в своем мире, и здесь множество огромных птиц, и некоторые из них не прочь подзакусить человечиной. Читать такое бывало забавно, но представлять себя такой вот «человечиной» было страшно просто до визгу.
– Нет, – наконец произнес Сол и открыл глаза, в упор посмотрев на Тедди так, что она снова вздрогнула. – И на всякий случай, если тебе удастся добраться до Мары живой. Ты мне не нравишься. Совсем. Ты
