Позже, уже в Бразилии, я встретил американца по имени Билл, которого кинули в Кукуте на 2000$. Обнаружил он это в автобусе на Боготу. Прибыв в столицу, он пошел в МВД и предъявил выданную «квитанцию».
— А, это кукутская группировка, — сказали ему, — ее дело ведет полковник Гонсалес. Зайдите в 730-й кабинет.
— Да, да, мы в курсе, — обрадовался полковник. — Собираемся их брать со дня на день. Они вам вернули хотя бы часть денег? На них могут быть отпечатки пальцев преступников.
Билл протянул полковнику оставшиеся деньги и «расписку».
— К сожалению, деньги фальшивые, — ледяным тоном вдруг произнес полковник, опуская все это в карман. — Ваши документы!
Американец дал ему паспорт.
— А где виза?
— У нас сюда безвизовый въезд, — сказал Билл (кстати, у нас тоже).
— А где въездной штамп?
— Вот, — несчастный парень показал на маленький синий квадратик.
— Штамп поддельный! — рявкнул полковник, ставя в паспорт огромную красную печать. — Ты должен покинуть страну в 24 часа, или сядешь на десять лет. И учти, что с этой печатью ни в одну испаноязычную страну тебя не пустят, так что катись-ка в свои Штаты, шпион!
К счастью, у бедняги оставались деньги в чеках. Он вылетел в Летисию (единственный колумбийский порт на Амазонке) и оттуда уплыл в португалоязычную Бразилию, где и провел остаток отпуска.
Справедливости ради надо отметить, что больше нигде в Колумбии мы не попадали в хоть сколько-нибудь «нештатные» ситуации, а народ в целом относится к туристам так же тепло, как и в других странах.
В автобусах Колумбии, невероятно комфортабельных, реже крутят музыку. В основном тут показывают фильмы по видео (мы посмотрели первую серию «Войны и мира» с Одри Хэпберн, «Терминатора-2» и трижды — гнусную мексиканскую музкомедию). Проблема здесь в дорогах.
Большинство городов страны разбросано по пяти параллельным хребтам, разделенным глубокими долинами. Чтобы откуда-то куда-то доехать, нужно долгие часы петлять по бесконечным серпантинам, преодолевая многочисленные перевалы. Из-за постоянных аварий для автобусов установлены жесткие ограничения скорости, так что даже по хорошей дороге они ползут, как черепахи.
Поэтому выдержать многодневное пересечение Колумбии очень трудно, несмотря на красоту пейзажей и частые остановки для перекусывания. К тому же у нас резко обострилась реакция на местные песни из-за того, что мы понемногу начали понимать слова. Сначала обратила на себя внимание настойчиво повторяемая рифма «американа — марихуана» (стиль песен здесь несколько приблатненный). Потом мы заметили, что абсолютно в каждой песне встречается слово «corazon» (сердце), как будто вся страна населена людьми с сердечно-сосудистыми заболеваниями. И наконец нам стали понятны все тексты, которые оказались практически одинаковыми.
Вот так мы ехали вглубь ночной Колумбии, усталые, но предвкушающие новые приключения.
Dime, Por que tu no me queres?
(обобщенный перевод всех латиноамериканских песен).
Ты почему меня не любишь?
Зачем с другим гуляешь ты?
Скажи, когда моей ты будешь?
Лишь о тебе мои мечты.
Другой мне женщины не надо,
В моем ты сердце навсегда,
Ты даже слаще шоколада,
Желанней, чем в жару вода.
Возьму мешок марихуаны,
К богатым гринго поплыву,
Там серебром набью карманы —
Моей ты станешь наяву !
Глава третья. Праздник Нептуна
В холоде согреет, в голоде накормит, в горе утешит, в страхе успокоит, в любви окрылит, в тоску развеселит, в пути не бросит, в беде не предаст.
Загадка индейцев чибча
Отгадка
Следующие два дня мы провели в дороге, перебираясь из одного городка в другой.
Некоторые из них сохранились практически нетронутыми со времен Конкисты — в Памплоне и Тунхе можно увидеть дома, построенные самими конкистадорами. Горы здесь давным-давно освоены человеком, лишь на самых вершинах остались сырые альпийские луга-парамос и кусочки облачных лесов с великолепными раскидистыми древовидными папоротниками (Cyatea). Ниже все расчерчено квадратиками изумрудных полей и садов, а в глубоких сухих ущельях желтеют поросшие кактусами пастбища.
Хотя автобусы в Колумбии стоят очень дорого, остальные цены низкие, так что многие венесуэльцы приезжают сюда за покупками. Сейчас как раз были очередные праздники (в странах Латинской Америки их вообще очень много), и отели северо-восточной части страны были забиты «челноками». Но, несмотря на активную торговлю, поменять деньги здесь крайне сложно, не говоря уже о чеках.
Когда мы уезжали из Москвы, долларов разрешалось вывозить не более 500 на нос.
Поэтому, а также в целях безопасности, мы взяли почти все деньги в чеках American Express, которые тогда еще не контролировались. В большинстве стран их легко обменять, но кое-где много теряешь на комиссии. А в Колумбии даже наличные доллары считаются подозрительными, так как основной их источник — наркоторговля.
В общем, мы здорово намучились с обменом.
В последнем и самом симпатичном из городков, Бийя де Лейве (Villa de Leiva) мы отдохнули денек в райском отельчике. Узкие улочки были заполнены праздничной толпой, а обязанности регулировщиков исполняли маленькие детишки в полицейской форме. Народ здесь, как и в российской глубинке, очень любит уменьшительные суффиксы. Мы заходили в уютные кафе, и хозяева непременно спрашивали нас:
— Tecito o cafecito? Чайку или кофейку?
Я больше люблю кофе, а Юлька — чай. Плохо зная испанский, мы пытались заказать по чашечке того и другого и в результате однажды получили две порции чая, смешанного с кофе.
Близ Бийи находится маленький высокогорный заповедник Iguaque. Это почти единственное место в Центральной Колумбии, где еще можно отдохнуть «на природе», поэтому в выходные здесь полно туристов, приезжающих из самой Боготы. Хотя в отеле заповедника нет горячей воды, стоит он очень дорого. Мы попросили хозяйку отеля, чтобы нам разрешили спать на одной кровати и платить, как за одного человека.
— Я не могу брать на себя ответственность и самостоятельно решать такие важные вопросы, — ответила она. Связавшись по радио с управлением заповедника, она долго обсуждала возникшую проблему с каким-то доном Эрнандо (видимо, начальником), а мы еле сдерживались, чтоб не расхохотаться. Наконец согласие руководства было получено, и мы, оставив рюкзаки, устремились по тропе в гору.
Облачный лес здесь состоит в основном из мелколистных дубов и единственного в Колумбии местного хвойного дерева — Podocarpus, похожего на тис. Все ветки снизу доверху обросли густым мхом, поверх которого, словно корзины с цветами, торчали пышные бромелии. Я читал, что в основаниях листьев этих эпифитов, где всегда скапливается вода, обитают особые виды растений и животных. Теперь представилась возможность это проверить. Я сорвал несколько бромелий и ободрал их листок за листком, но улов был довольно скромен: один маленький серебряный лягушонок, сороконожки, мхи, нитчатые водоросли, пара улиток, палочники и множество кузнечиков. Позже выяснилось, что по-настоящему богатая фауна скрывается в бромелиях тропического леса, но там они растут в основном на большой высоте.
