Читаем без скачивания Полвойны - Джо Аберкромби

– Мне передали, ты хорошо сражался.

– Он всегда хорош в битве, принцесса. – Рэкки с ухмылкой стукнул брата по руке. – Первым вбежал в ворота! Без него мы бы, поди, до сих пор сидели снаружи.

Рэйт пожал плечами:

– Когда любишь сражаться, бой – дело нетрудное.

– И тем не менее. Мой дед постоянно говорил, что те, за кого воюют, должны, не скупясь, платить воинам. – И Скара сняла с запястья одно из серебряных наручных колец, подарков от Лайтлин, и протянула ему.

Рэкки и Рэйт дружно выпучили глаза. Браслет изрядно искромсали ножом, в прошлом не раз проверяя подлинность серебра, но Скара хорошо знала цену вещам. Она давно заметила, что ни один из братьев не носил колец-гривен, и понимала – для них это не безделушка. Рэйт сглотнул, потянувшись к подарку, но Скара не разжимала ладонь.

– Ведь ты воевал – за меня?

Их глаза встретились, пальцы едва не соприкоснулись. От волнения нервы зазвенели, как струны. Потом он кивнул:

– Я сражался за вас.

Он неотесан и груб, однако ж не пойми отчего в ее голову забежала мысль: каково это, целовать его? Сзади прочистила горло сестра Ауд. Скара почувствовала, как вспыхнули щеки, и быстро отдала браслет.

Рэйт втиснул в него руку, такую толстую, что концы обручья едва сходились. Награда за хорошую службу. И вместе с тем отличительный знак того, что ныне он в услужении, и метка, чей он слуга.

– Нужно было прийти к вам после битвы…

– Ты был мне нужен в бою. – Скара отбросила мысли о поцелуях и подпустила в голос немного железа. – А сейчас тебе нужно пойти со мной.

Она пронаблюдала, как Рэйт обнял на прощанье брата, встал, блеснув ее серебром на запястье, и отправился вслед за ней. Быть может, он не ее человек, но теперь становилось понятно, для чего королевам Избранный Щит. Ничто так не вселяет уверенность, как проверенный в деле убийца у твоего плеча.

Когда ребенком Скара играла в главном чертоге Мыса Бейла, зал был необозримо велик. Нынче же он оказался узким, тусклым и пропах гнилью. Протекала крыша, и на стенах скапливалась сырость, из окна, смотревшего на серую Матерь Море, на пол падали три луча – копья пыльного света. Грандиозное изображение Ашенлир в облике королевы-воительницы, что покрывало целую стену, вздулось и покоробилось; на кольчуге девы взошла плесень, а лица сотни боготворивших ее стражников выцвели в мутные кляксы. Подходящий образ к незавидной участи Тровенланда.

Однако Бейлов престол все стоял на помосте, сделан из светлого дуба, вырубленного из корабельного киля. Переплетенные волокна отшлифованной за многие годы древесины сиденья лоснились до блеска. Некогда здесь восседали короли. До тех пор пока прадед дедушки Скары не посчитал кресло чересчур узким для своей задницы, а зал чересчур узким, чтобы вместить все его тщаславие. Тогда он велел соорудить в Ялетофте новый престол, а вкруг него возвести новый чертог, будущее чудо света. На постройку Леса ушло двадцать восемь лет, к ее завершению он уже умер и его сын успел постареть.

А потом Яркий Йиллинг спалил Лес в одну ночь.

– Похоже, бой еще не окончен, – проворчал Рэйт. Горм с Атилем испепеляли друг друга взглядами по бокам от Бейлова престола, вокруг каждого ершились служители и взбудораженные воины. Боевое братство не продержалось дольше жизни последнего из врагов.

– Надо тянуть жребий… – скрежетал король Атиль.

– Вы получили сатисфакцию, убив Дунверка, – сказал Горм. – Сиденье должно принадлежать мне.

Отец Ярви растер висок костяшками сухой руки.

– Боги, смилуйтесь, это всего лишь кресло. Мой ученик смастерит вам еще одно.

– Это не какое-нибудь кресло. – Скара сглотнула ком, шагнув на помост. – Во дни былые здесь сидел Бейл Строитель. – Король Атиль и его служитель недовольно повернулись к ней слева. Горм и его служительница – справа. Она – планка весов между ними. Должна ею быть.

– Сколько кораблей мы захватили?

– Шестьдесяь шесть, – ответила мать Скейр. – Среди них позолоченное чудище о тридцати парах весел – говорят, личная ладья Яркого Йиллинга.

Отец Ярви одобрительно кивнул.

– Ваш замысел оказался превосходным, принцесса.

– Я лишь посеяла семена, – молвила Скара, низко кланяясь двум королям. – Урожай сняла ваша храбрость.

– Матерь Война сопутствовала нам, и доброе оружие не подвело в бою. – Горм повращал одно из яблок мечей на своей цепи. – Но в этой твердыне отнюдь не безопасно. Праматери Вексен хорошо известна ее значимость: и для военных целей, и символическая.

– Это щепка, воткнутая в ее плоть, – сказал Атиль. – И не пройдет много времени, как она постарается выдернуть занозу. Вам следует вернуться в Торлбю, принцесса, вместе с моей женой. Там вас не коснется опасность.

– Мое почтение к вам не имеет границ, государь Атиль, но вы ошибаетесь. Отец мой также прекрасно знал о важности этой крепости. Знал настолько крепко, что погиб, защищая ее, и был похоронен здесь, в могильнике возле матери. – До боли ровно выпрямив спину, как учила мать Кире, Скара опустилась в кресло, где некогда сидели ее предки. Ей надо быть сильной, несмотря ни на что, пусть в животе и крутит, как в маслобойке. Надо вести выживших за собой. Больше некому.

– Здесь земля Тровенская. Моя земля. То самое место, где мне следует быть.

Отец Ярви устало улыбнулся.

– Принцесса…

– Неверно. Я – королева.

Повисла тишина. А потом на ступени взобралась сестра Ауд.

– Королева Скара полностью в своем праве. Она садится на Бейлов престол, как единственный живой потомок короля Финна. Незамужние женщины занимают это кресло единолично – так гласят решения прошлых веков. – Ее голосок мелко затрепетал под убойным взором матери Скейр, но совсем не умолк. – В конце концов, и королева Ашенлир была не замужем, когда одержала победу над инглингами.

– Ну и кто среди нас новая Ашенлир? – недобро ухмыльнулась мать Скейр.

Сестра Ауд встала по левую руку от Скары на причитающееся служителю место и решительно скрестила предплечья.

– Это нам предстоит выяснить.

– Королева вы там иль принцесса, Йиллингу Яркому наплевать, – грохнул Горм, и при этом имени Скару накрыло знакомым страхом. – Он не склонится ни пред одной женщиной, кроме лишь самой Смерти.

– Он наверняка уже выступил в путь, – добавил Атиль. – И он горит местью.

Ты одолеешь страх, лишь выйдя ему навстречу. Спрячешься от него, и он одолеет тебя. Скара дала им минуту выждать, взяв передышку, чтобы приглушить сердцебиение перед ответом:

– Что ж. На это я и рассчитываю.

Часть II

Мы – меч

14. Юная любовь

Ладонь она запустила ему в волосы, притянула ниже, к себе. На щеках тепло ее учащенного дыхания, они прижались лоб ко лбу – крепко-крепко друг к другу. И долго лежали, переплетясь, скинув на пол меховые одеяла. В молчании.

Ни слова не было сказано, с тех пор как Колл пожелал до свидания Колючке на пристани и, будто вор за тугим кошельком, крадучись двинулся через темнеющий город. В молчании Рин отперла дверь и завела гостя в свой дом. В свои объятия. В свою постель.

Колл обожал слова, но, став подмастерьем служителя, в них утопал. В словах истинных и лживых, написанных, произнесенных – и невысказанных. Сейчас его устраивало молчание. В тишине можно на время забыть как о долге перед отцом Ярви и долге перед Рин, так и о том, что не существует способа расплатиться с обоими. Какие б слова он ни отыскал, чувствовал себя едино обманщиком.

Рин прислонила к его щеке загрубелую ладонь и выскользнула из-под него, поцеловав напоследок. Он влюбленно рассматривал подвижные тени по ее бокам, пока она выуживала с пола и натягивала на себя его рубаху. Он сердцем любил, когда она надевала его одежду – без спроса, безо всякой необходимости спрашивать. От этого они становились еще ближе друг к другу. А еще подол рубахи ниспадал только до половины ее ягодиц – и это он тоже любил без ума.

Она присела на корточки, ключ от замков ее дома свесился на цепочке. Подбросила в очаг полено. Вверх поплыли искры, и огонь озарил ей лицо. За этот вечер не было произнесено ни единого слова, но, как все хорошее, тишина не могла длиться вечно.

– Итак, ты вернулся, – проговорила она.

– Только на одну ночь. – Колл слегка надавил на переносицу, до конца не зажившую после бурной встречи с Рэйтовым лбом. – В Ройсток прибыл калейвский князь. Королева Лайтлин плывет на встречу с ним, и ей под рукой надобен служитель. Отец Ярви весь в делах – пытается удержать на плаву наши просевшие союзы, поэтому…

– …Колл Сильномогучий приходит на помощь! Сбывается твоя мечта управлять судьбами мира. – Рин поплотнее запахнула рубаху, в уголках глаз отразилось пламя. – Уже в служителях у Золотой Королевы – и даже не проходя испытания!