шаг.
Но его напарник упрямо замотал головой:
— Нет, нет, нельзя останавливаться. Нельзя! Сема нас ждет, он ждет информацию. Когда рассветет, он уйдет обратно в город, и мы не сможем связаться с агентами. Еще немного, уже скоро.
Каждое слово давалось с трудом, грудную клетку разрывало от тяжелого дыхания. Шубин уже и сам услышал, что за деревьями гудят двигатели и звучит немецкая речь. Он приказал:
— На землю!
Они снова растянулись на земле среди обломков веток, опавших листьев и по-пластунски двинулись вперед. Все ближе и ближе была дорога к городу, где выстроилась целая вереница грузовиков. Кричали офицеры, бряцали автоматы у рядовых, сизый дымок вился вверх среди ночных сумерек.
Шубин прошептал на ухо напарнику:
— Уходим вправо, за обозом через дорогу бегом.
Они начали сдавать все дальше от суматохи у пропускного пункта, Шубин решил не задерживать свое внимание на этом блокпосте. Слишком много людей, вооруженной охраны, здесь нет никаких шансов проникнуть в город незаметно. Лучше сосредоточиться на более безлюдных участках городских границ. Минут через пятнадцать передвижения разведчикам удалось увидеть конец колонны. Глеб дождался, когда грузовик медленно тронулся вперед за остальной частью колонны, и в несколько прыжков перебежал через дорогу. На другой стороне он кинулся напролом в колючие кусты, не обращая внимания, что дикая малина разодрала ему лицо и руки в кровь. Рядом зашумел Громов, и ему пришлось ринуться прямо в кустарник с шипами. Это их и спасло. Крайний охранник, который сидел на борту, неожиданно выкрикнул:
— Стой! — И с силой грохнул рукой по кабине.
Машина послушно замерла, немец спрыгнул с борта и кинулся к кустам. Он явно успел заметить, как две тени скользнули прямо на его глазах через дорогу. Охранник ринулся было в кусты, но как только острые колючки впились в кожу, он, зашипев от боли, сразу отступил назад.
Шубин навалился на парня и вжал его в землю. Над головой просвистели пули, немец выпустил автоматную очередь прямо по кустам, где притаились разведчики. Смерть была близко, очень близко, она взвизгнула над ухом вражескими пулями и пролетела мимо. Немец недовольно пробурчал что-то себе под нос, несколько секунд потоптался у колючего малинника, а потом махнул рукой и взгромоздился обратно на борт грузовика. Машина рванула догонять колонну. Шубин с облегчением выдохнул:
— Сергей, тебя не задело?
Паренек быстро поднялся, покрутил головой — нет, но не произнес ни слова в смущении, что голос выдаст тот ужас, от которого все дрожало внутри. Шубин же мгновенно пришел в себя, будто и не смотрело только что ему в лицо дуло автомата. Разведчик привык во время вылазок отодвигать в сторону страх и боль, они плохие советчики, приведут только к верной гибели. Глеб мягким движением остановил заторопившегося вперед Громова:
— Нет, ко второму посту сейчас не пойдем. Опасно, немцы могут поднять тревогу и начать обыскивать лес у дороги. План меняется. Сейчас к тайнику, где ждет связной, потом в укрытие. Убедимся, что нет шумихи, и тогда выдвинемся. Нет времени обходить весь город, надо сразу найти место для прохода внутрь. Подумай, Сергей, вспомни, где нет важных объектов, мало людей. Такое место, чтобы для фрицев интереса не представляло. А как пройти через минное поле или миновать колючую проволоку, я решу, не впервой. Инструменты с собой возьмем, разминировать проход я смогу. Надо выбрать конкретный участок, так чтобы по нему успели пройти за полчаса незаметно до пяти человек. Основной вариант и запасной.
Напарник кивнул, теперь он и сам понял, как опасна их разведка, настолько, что каждый шаг нужно хорошенько обдумывать. Паренек шел привычным путем, пробирался через заросли из веток, завалы старых древесных обломков, но мысли его были далеко — он вспоминал каждый уголок родного города, где успел побывать во время своего детства. Вспомнил здание старой метеостанции, где они резвились на деревянной вышке; пустырь с огромным котлованом, вырытым под строительство нового Дома пионеров прямо перед началом войны. От воспоминаний Сережа Громов содрогнулся, ему будет стоить огромных усилий возвращение к этой яме, наполненной до середины дождевой водой. Там он провел несколько дней среди трупов, когда немцы сбросили и мертвых, и умирающих после расстрела прямо в мутную зеленоватую жижу. Терял сознание, потом снова ненадолго приходил в себя. Слышал стоны и крики тех, кто долго и мучительно умирал от ран, видел, как люди скользили по глиняным влажным стенам в надежде выбраться из смертельного котлована. Оттуда его ночью с помощью бечевки вытащила горстка ополченцев, они в темноте пробрались к этой гигантской братской могиле, чтобы хотя бы засыпать землей гниющие тела. Услышали слабый стон и вытащили еще живого мальчишку, у которого вместо лица была кровавая каша. С тех пор Сергей там не бывал, только во снах возвращался в черную смрадную яму, где вперемешку лежали живые и мертвые люди. Он со вздохом предложил капитану:
— Недалеко от тайника есть братская могила, котлован. Там должны были строить Дом пионеров, поселок наш, когда сделали районом города, то провели к нему дорогу, заложили новые здания. Вместо бараков должны были построить рабочим дома. Там… там есть могильник, туда немцы не суются, побаиваются. Подойдет такое место?
Шубин кивнул и прошептал:
— Как оттуда до центра города добраться? Долго?
Громов растерялся, зачем разведчику в центр города?
— Я на автобусе всегда ездил. Четыре остановки. Пешком это километров восемь, за пару часов можно дойти. Бабушка с дедом возили туда на телеге мебель на продажу. Там дома свои, избы, а потом завод. Раньше поселок был, потом вот хотели город дальше застраивать, для рабочих условия улучшать.
Сергей замолчал, снова злясь на свою беспомощность, что не может построить маршрут в центр. Только как ребенок лепечет о том, каким был город раньше, вспоминает прошлую жизнь. Шубин же молчал, обдумывая информацию: «В избах и домах сейчас разместился офицерский состав, а значит, каждый день немцы добираются туда и обратно из центра, где кипит основная жизнь немецкой части. Навряд ли офицеры топают на своих двоих в солнцепек или непогоду по дороге — в германской армии наличие чина гарантирует особые условия. А значит, их возят утром и вечером машины, то есть по самой дороге ходит в основном транспорт, а вот случайных пешеходов совсем мало. Можно пробраться через могильник на окраину, дальше вдоль дороги к центру. Для этого хватит ночного времени, когда город спит и по улицам ходят только наряды из патрульных. Но вот что дальше? Где переждать день и подготовить снаряды для взрыва бункера?»
Неожиданно Глеб опустился вниз
