было поверить, но депутат вдруг стал чуть ли не героем в глазах народа. И сейчас все просто одуревали от происходящего. Ибо подобного исхода никто даже не просчитывал. Но это был не самый главный сюрприз. В той клокочущей суматохе с самого верха пришло неожиданное назначение, с призывом уже разобраться, прекратить всю эту политическую грязь и навести должный порядок. Как гром среди ясного неба. Заходя в свой новый кабинет Александр Викторович ещё до конца не осознавал, что всё это происходит с ним наяву. Он был готов распрощаться с карьерой и остаться у разбитого корыта. Будучи за решеткой, его жизнь успела пронестись перед глазами. Но теперь… он был не на самом дне, а в дамках, причём не прилагая к этому никаких усилий. Жизнь сделала этот ход конем сама. Теперь уже не рядовой депутат городской думы. А назначенный губернатор области. Ему было немного страшно. Всё перевернулось с ног на голову. Радость победы была оглушающей. Боялся дышать. Даже слегка пощипал себя, в надежде проснуться. Уж слишком неожиданно всё развернулось. Мила стояла у мужчины за спиной, и сдерживала улыбку. Триумф. К этому жизнь их не успела подготовить. С новой должностью жизнь лихо закрутилась со скоростью звука. Всё происходило стремительно, и закручивалось в тугой ком. Теперь же Сокольский был самодовольно спокоен и счастлив. Сила, власть и деньги, которыми наделили его сверху мягко дурманили его. Закончился адский бег. Теперь все встало на свои места. Он не желал подобной высоты даже в потаенных уголках сознания. Но взлетел вверх столь молниеносно, что голова кружилась от навалившегося счастья.
Он вспомнит о девушке, спасшей его от тюрьмы и повлиявшей на его судьбу таким неожиданным образом, спустя внушительный промежуток времени. Закрутившийся в делах и заботах. Анна узнала обо всем из сети, когда выписалась из больницы. Ей было тепло на душе от того, что случилось с Сокольским. Понимала, что она, как и раньше не вписывается в уклад его жизни. Только теперь он был абсолютно недосягаем. Роман с Астаховым отвлёк ее от мыслей о депутате. Она уже и не вспоминала о нем, о том, что между ними было. Всё выветрилось. Только кошмарные сны изредка мучали. Новоиспечённый губернатор, уже освоившись в должности, мало-мальски разгребал насущные дела, мотаясь по всей области. Его назначение сулило ему хорошую поддержку. И важно было держать марку, не ударив в грязь лицом. Но и всё это постепенно устаканилось. Появился четкий ритм жизни. Новый. С обширными перспективами, практически с безграничной властью.
Анна собиралась поехать после работы к Сергею. Решила поймать такси. Увидев Александра спустя столько времени. Оцепенела. Хлопая квадратными глазами. Его появление вообще никак не вписывалось в её реальность. Как назло, вокруг стало безлюдно. Будто в огромном мегаполисе никто не существовал, кроме них двоих. Машинально отрицательно замотала головой. Ей не хотелось возвращаться к исходной. Она только смогла освободиться от груза воспоминаний. А теперь жизнь одним пинком отопнула ее назад. Это было, как минимум, нечестно, так считала Аня. Он не спускал с неё глаз. И когда она в отчаянии рванулась прочь, мужчине ничего не оставалось, как броситься за ней. Погоня была недолгой. С силой развернул ее к себе.
— Послушай…
— Не хочу! — Оборвала она на полуслове, уже смелее взглянув в его голубые глаза. — Не хочу! Все закончилось! Завершилось! Зачем Вы снова здесь…
— Я поступил подло.
Александр был непоколебим. От него за версту несло спокойствием и уверенностью. Это был самый лучший мужской парфюм. И он продолжал.
— Но это не значит, что всё закончилось. Меня так лихо крутануло, что я едва удержался на ногах. Но это не значит, что я забыл о тебе, забыл о том, что между нами было, забыл о суде и о том, что ты пережила из-за меня. О том, что я заставил тебя пережить… Я не бросаю слов на ветер, мои чувства к тебе столь же сильны. Я упустил много времени. Но я здесь. Сейчас. И навсегда. Я уже не пропаду. Не исчезну. Клянусь. Ничего не закончилось.
Аня почувствовала, как где-то внутри что-то больно прострелило. Он видел, как дрогнули ее губы. Но она мгновенно взяла себя в руки. Они смотрели друг на друга. Ветер играл ее волосами. Старалась прикинуть, сколько они не виделись. Эта встреча была своеобразным наваждением, взбудоражившим их память. Заставляя вспомнить не только приятные и нежные события, но и весь негатив. Огляделась по сторонам, собираясь с мыслями.
— Поздравляю Вас. С назначением. — Начала она, стараясь говорить пободрее. — У Вас теперь совершенно новая жизнь. Думаю, Вы счастливы. Губернатор… удивительно, а я вот так запросто с Вами разговариваю… — В этих словах он услышал огорчение. Но не перебивал. — Я не жалею о том, что было. Между нами. На суде. И после него. Я никогда ни в чем Вас не обвиняла. И не собираюсь. Но всё закончилось. Я не ошиблась в своих словах. Вот здесь… — Прикоснулась она пальцами к своей груди. — Всё перегорело. Всё кончилось. Всё. Я просто живу дальше. И дело не в суде, и не в том, что было после… просто перегорело. Всё. Простите…
И она пошла дальше. Поймав такси, села в машину. А сердце так предательски вырывалось наружу. Колотилось со страшной силой. Запуталась. В себе. В собственных хитросплетениях души. Сокольский стоял в руках со знаком вопроса. Старался понять, насколько правдиво было услышанное. Звучало весьма убедительно. Но так просто принять и сдаться, он был не готов.
Первое время после неожиданной встречи вздрагивала от каждого резкого звука. Но ничего не происходило. Жизнь медленно текла своим чередом. Тогда она наивно предположила, что Сокольский оставил ее.
Максим
Астахов боролся с собой. Его карьера по-прежнему рвала немыслимые высоты. Головокружительный успех. Его дела громкие. Клиенты богатые. Фирма успешная. Любимец женщин и девушек. Не отказывал себе ни в чем. И теперь никак не мог понять, почему он постоянно возвращается к одной. Боролся с собой. Это было не в его стиле. Но все равно хотел и брал её. Ее открытость и естественность, умение получать удовольствие, кайфовать, а не прикидываться. Анализировал себя. Их отношения были далеки от серьезных. Это был плюс. Но она ни на чем не настаивала, ее тоже всё устраивало. Это тоже должен был быть плюс, но почему-то скорее походил на минус. И эта мысль все чаще не давала успешному адвокату покоя. В его идеальной жизни никак не укладывалось, что некая особа использует его
