желала обычной жизни. Насмотрелась на людей и думала, как было бы здорово прожить их простую жизнь. Короткую, но такую насыщенную. Знаешь, некоторые из них так гонятся за долголетием, что и не понимают настоящей прелести небольшого отведенного срока.
— И что же случилось с вашем желанием? Почему вы не стали жить с людьми?
Матушка Сыра-Земля внимательно посмотрела в янтарно-голубые глаза девочки и аккуратно погладила по голове.
— Ох, Мара. Тебе еще так много предстоит понять…
Тем временем Страх медленно обходил девушку вокруг. Сейчас та впала в воспоминания. И как только она увидит то, чего боится больше всего на свете, то отдаст все силы Мавке. Страх не смогла перетянуть Арбитра на свою сторону, и не могла прикончить ее. А значит нужно было погрузить Мару в долгий глубокий сон.
Сон, наполненный первозданным ужасом.
Глава 140. Cтрах Арбитра, Вина Валькирии
Мать Сыра-Земля мечтательно вздохнула. Ей было очень много лет. Пожалуй, даже больше, чем нынешним богам. Она знала тех, кто был до них, и знала очень хорошо. Арбитр Яви помнила так много, что совершенно ничему не удивлялась, в том числе и тому, что Древу предречена гибель. Случись это на несколько десятков тысячелетий ранее, и она, не раздумывая бросила бы все силы, чтобы что-то изменить. Но не сейчас. Матушка была старой и уставшей, пусть и выглядела невообразимо красивой тридцатилетней женщиной. К тому же, даже она не могла знать, к чему приведут все те безумные события, что люди окрестили Потерянной Эрой.
— В молодости многие Арбитры еще имеют свою волю. Она мала и непритязательна, там нет желаний, нет места мечтам, а потому, в скором времени, эта воля заменяется волей ветви. Так было и у меня. Едва появившись на свет, я увидела свою ветвь. О, каким дивным оказался этот мир. Раскидистые поля и потрясающий изумруд лесов заставлял меня трепетать. Животные, что жили в тех лесах — потрясали своим разнообразием, а еще люди. Столь разнообразные, интересные, непохожие друг на друга. Веками я наблюдала за ними. Как они любили, жили, умирали, получали силу от богов и бросали вызов их законам. И закону Мирового Древа. Тогда, помнится, понравился мне очень юноша. Ветлан. Сильный парень, а как любил он землю. Уважительно относился, бережно. Не нужна ему была сила, не нужны богатства и слава. Лишь клочок земли, который он бережно вспахивал, усеивал, а потом собирал хлеба. За урожай он благодарил меня, пел красивые песни и рассказывал придуманные им сказки. И полюбила я его. Страсть как полюбила этого юношу. Была с ним рядом, и он это чувствовал. Тогда мне хотелось сделаться обычной девушкой, чтобы прожить с ним жизнь. Обычную, смертную жизнь. Но… Что для нас минута, то для человека жизнь. Пока я наслаждалась его песнями и думала, как было бы здорово убежать к нему, но не решалась, Ветлан стал старым и немощным. Он так и прожил всю жизнь один. Без жены и потомства. Но был поистине счастлив, посвятив всего себя возделыванию земли. И знаешь, что он сказал перед тем, как навсегда закрыть глаза? «Спасибо тебе за все, матушка земля. С тобой я никогда не был одинок».
Девочка завороженно слушала эту историю и в конце возмущенно нахмурилась.
— Почему вы так тепло рассказываете эту историю? Ведь вы пропустили жизнь человека, которого полюбили, а могли быть рядом с ним!
— Тогда я поняла одну очень важную вещь. Таких, как Ветлан, много в Яви. Людей, что бережно относятся к земле и любят ее. Но есть и те, кто губит эту землю. Если бы я ушла, то сделала бы Ветлана еще счастливее, но тогда сотни других, таких как он, стали бы несчастными. Я должна поддерживать баланс, чтобы никто не испортил мой мир, чтобы всем было и счастье, и достаток. Чтобы злой умысел не процветал, а добро воздавалось добром. Я потеряла Ветлана, но приобрела нечто ценное. Понимание, что я несу ответственность за всех, кто живет в Яви. И сама она хочет, чтобы я поддерживала в этом мире ту хрупкую черту между хорошим и плохим.
— Но… я не понимаю, почему вы должны? Почему я должна? Я так хотела путешествовать, увидеть все ветви, узнать, как и кто живет на каждой из них.
— Мара, ты поймешь однажды, что мы не просто созданы для этого, но и найдешь смысл. Навь важна для нашей параллели ветвей. Это особенный мир. Он более всех остальных нуждается в чутком руководстве. Всегда нуждался. Но если Навь только сейчас решила, что ей нужен Арбитр, то… То ты…
Внезапно задул сильный ветер, заволакивая небо за арочным проемом серой, непроглядной и неподъемно тяжелой кавалькадой туч. Женщина ощутимо выпрямилась и посмотрела на девочку, та в страхе отпрянула от нее. У Матери Сырой-Земли больше не было теплой улыбки, а лицо ее внезапно осунулось, превращаясь в лик уродливой старухи. Кожа покрывалась гнойниками и бородавками, из белого мрамора превращаясь в грязную тину. Золото стены и пола стало угольным настилом, а воздух наполнился отвратительным смрадом. Черная вода хлынула под ее ногами, больно обжигая холодом.
— ТЫ!!! ТЫ НИКОГДА НЕ ПОКИНЕШЬ ПРЕДЕЛЫ НАВИ И БУДЕШЬ ГНИТЬ ТАМ ВМЕСТЕ С ОСТАЛЬНЫМИ НАВЬИМИ. НИКОГДА В ТВОЕЙ ЖИЗНИ НЕ ПРОИЗОЙДЕТ ЧЕГО-ТО ЗНАЧИМОГО!!!
Девочка оглянулась, увидев в отражении уже взрослую девушку. Себя, но с изуродованным уставшим лицом. Она в ужасе подскочила, отпрыгивая назад. От ужасной бабки, в которую превратилась Матушка Сыра-Земля, от своего отражения, подальше от этого ужаса.
Мара бежала, спотыкаясь и проваливаясь под воду, выбиралась, и снова бежала. Ее сердце колотило так, как колотит хвостом рыба, которую случайно выбросило волной на берег.
Она была создана не так, как обычно появляются на свет Арбитры. Навь, являясь средоточием энергии, на которую разлагаются души, воспроизвела ее из одной такой, что едва стала чистой энергией. Но, видимо, что-то пошло иначе, раз воля Арбитра оказалась наполнена высокими амбициями.
Страх глядела, как Арбитр Нави стоит в ступоре, не в состоянии противостоять ужасам, которые всплывали в ее голове. Она вальяжно встала перед ней и широко улыбнулась.
— Будь ты настоящей проводницей, моя сила бы не подействовала. Ты была создана иначе. Посему и не быть тебе носителем Навьей воли!
Длинный язык медленно провел по щеке девушки, оставляя склизкий след. Мавка стучала челюстью в предвкушении.
— Еще немного. Напитайся ужасом, а потом я сожру тебя. Ха! Глупая девка, возомнившая себя кем-то
