рану, сквозь которую протекала черная жижа, но вместо криков — улыбнулась.
Ивор вопросительно поднял бровь, но только сейчас заметил розоватую пыльцу вокруг него.
Перед глазами одно за другим начали возникать видения. Он впал в некое подобие дремы, где видел эпизоды из своей жизни. Тем временем мавка поднялась, и подошла к нему, опираясь своими уродливыми ладонями на его плечо. Она начала медленно шептать ему на ухо, просматривая вместе с ним то, что он уже пережил.
— Тебе должно быть стыдно. Как ты мог так бесчестно опорочить княжескую дочь. Взять ее силой, когда она едва могла сопротивляться? А что с твоим другом? Ты знал, как Лучезар сильно любит Лилию, и все равно надругался над ней. Но что потом? Ты видел смерть огненного князя своими глазами. И совершенно ничего не сделал! Неужели тебе не стыдно за собственную слабость? Ты обрек Юлию на смерть своими ошибками. Из-за тебя она будет вынуждена пожертвовать цветком. Даже если ты не помнишь этого, твое тело помнит. Ты должен стыдиться себя! Должен!
Когти на пальцах Стыда снова отрасли, и она легким движением провела по груди юноши, оставляя четыре кровоточащих пореза. Ее лицо исказилось в гримасе экстаза.
— Так много в твоей истории. Так… ах! А как насчет Звездочки? Как можно быть таким эгоистичным? Она ждет твоей помощи. Ждет, что ты избавишь ее от проклятия, а ты в этот момент следуешь своим желаниям. СТЫДНО!
Она видела все больше и больше историй и поражалась, как в одном человеке могло быть столько тяжелых эмоций. Столько воспоминаний, которые с ее легкого толчка могут обратиться стыдом.
Тем временем Ивор вновь переживал эпизоды из своей жизни, пока…
— Ивор!
Он находился на поле битвы с хазарами. Перед ним умирал князь Огневед, а его руки были вымазаны в крови. Парень с трепетом в сердце сжал кулак.
— Ивор!!!
Некто подошел к нему и влепил пощечину.
— Звездочка? Но ты же не могла выйти из моего внутреннего мира.
— Идиот! Я лишь воспоминание, а не настоящая Звездочка. Аргх! Даже сейчас ты ничерта не можешь без меня.
Ивор отмахнулся.
— Да будет тебе. Не нужна мне помощь. Я все прекрасно осознаю.
— Ага, но при этом испытываешь стыд.
— Это нормально для человека.
— Но не сейчас, когда твое сердце в паре пальцев от острых когтей дочери Лиха.
— Знаю. Но мне нужно еще мгновение.
Он тяжело посмотрел на мертвое лицо Огневеда.
— После беседы с Чернобогом до меня кое-что дошло.
— О! И что же?
— Я обязательно скажу. Но не тебе, а той Звездочке, настоящей.
Ивор усмехнулся. И когда голос его разума начал говорить голосом Звездочки? Видимо она слишком долго просидела в его голове.
Тем временем Стыд поглотила достаточно воспоминаний, чтобы насытиться. Она резко замахнулась, чтобы проткнуть когтями сердце Ивора, но внезапно тяжелый удар заставил ее отпрянуть.
— ЧТО? Как ты освободился из постыдных снов?
Ивор вытер с кулака черную кровь мавки и сделал шаг вперед.
— Мне не стыдно. Я всегда делал все, что в моих силах и продолжаю делать. За своих стою горой и не делаю поблажек чужим. Вся моя жизнь — это ценный опыт, который я приобрел. Да, я делал ошибки, но их делают все люди. Так отчего я должен стыдиться того, что подарило мне так много? Ах да, спасибо что позволила снова увидеть мне все это.
Он ринулся вперед, двумя твердыми ударами клинка отталкивая руки Стыда в разные стороны. Та даже не успела сообразить, что произошло.
Тем временем меч выпустил накопленную черную дымку вперед, заставляя тело мавки замереть.
— Я не верю. Ты используешь тень Чернобога так, будто это энергия элемента! Ты не подвластен моим снам и не испытываешь стыда, да кто Навь тебя подери ты такой?!
Ивор занес руку за плечо и повернувшись вокруг, подал мечу огромную скорость, отчего тот с легкостью отрубил голову Стыда. Черная дымка рассеялась, позволяя безжизненному телу упасть на землю.
Юноша грустно улыбнулся, вспоминая свое детство, после чего посмотрел куда-то в пустоту.
— Я — Небесная Искра.
Его силуэт мгновенно исчез, направляясь на северо-восток.
* * *
Звездочка стояла на коленях. В ее каналах не было и крупицы энергии. Все, что она имела — потратила, но даже так этого было недостаточно, чтобы Валькирия хотя бы на половину шага приблизилась к божеству.
— Что тебе этот малец? Думаешь он смог бы что-то изменить? Ох, милая, не против меня? уж точно, — раздался громкий голос.
Вокруг лежало множество трупов. Среди них угадывались очертания ее сестер валькирий, и их природных противниц со стороны врага — дев-воительниц.
Посреди этого хаоса, прямо перед Валькирией стоял красивый молодой мужчина с острыми чертами лица и хитрым взглядом. Его волосы, цвета пламени спускались до самых плеч. Он был облачен в черную одежду с красными узорами, которая подчеркивала его грациозные движения. На его шее висело серебряное ожерелье в виде змеи. В одной руке мужчина держал кинжал с рукоятью в виде лисы, в другой же крепко сжимал за волосы бездыханное тело юноши.
— Отпусти его. — хриплым голосом проговорила она. — ты можешь убить меня, но он не замешан в противостоянии божественной обители. Ты же бог! Разве станет бог марать руки о смертного?
Раздался громкий смех.
— Он уже давно не смертный. А раз ступил в Божественную Обитель из мира этих хельмовых славян, значит он наш враг.
На ее глазах клинок молниеносно полоснул по горлу Ивора, после чего его тело было вышвырнуто в общую груду трупов.
Рандгрид вскрикнула, закрыв рот руками.
— Моя милая Валькирия, — мужчина подошел к ней, подняв ее лицо за подбородок, заставляя глядеть в свои змеиные глаза. — За твое предательство я заберу у тебя все, что так тебе дорого. Если бы не ты, этот мальчишка жил себе спокойной жизнью. Это все твоя вина!
«Это все твоя вина!»
Эти слова эхом раздавались в голове Валькирии снова и снова.
Но внезапно все вокруг поглотила тьма. Она почувствовала резкую боль в животе, а ее глаза, моргнув еще раз, показали ей совсем другой вид.
Перед ней скалилась Вина. Одна из одаренных мавок. Она воткнула свои когти в живот девушки и открыла свою пасть.
Голос мужчины из ее видения зазвучал вновь.
— Рандгрид, тебе никогда не избавиться от Венца Пожирающих Бурь. И Ивор умрет только по твоей
