– Да, это проблема, – согласилась девушка. – Подождите минутку, попробую что-нибудь сделать.
– Спасибо. – Он ждал, нервно покусывая нижнюю губу, во рту с каждой секундой становилось все суше. Известия оказались неутешительными: согласно данным информационной службы Нью-Йорка, в городе была только одна Келли Дуглас, однако ее номер не указывался в книге абонентов и вообще не выдавался никому ни при каких обстоятельствах. – Но у меня неотложное дело, – запротестовал Лен взволнованно. – Мне срочно нужно поговорить с ней.
– Если вы объясните, в чем дело, и оставите свой номер, мы с удовольствием передадим вашу просьбу, и с вами свяжутся.
– Нет, так не пойдет. Мне самому надо с ней поговорить. – Он потер лоб, пытаясь что-нибудь придумать. – Послушайте, а может, ее можно застать на работе?
– А где она работает?
– Репортер на телевидении. На этом… ну, которое с павлином, Эн-би-си.
– Вар соединить непосредственно с ней?
– Что? Ну да, с ней. – От волнения он почти подпрыгивал на месте, его натянутые нервы совсем сдавали.
Вскоре на другом конце провода послышался гудок, потом еще и еще… Наконец, когда, казалось, им не будет конца, трубку сняли, и чей-то оживленный голос произнес: «Добрый день. Студия Эн-би-си».
– Келли Дуглас спрашивает междугородняя, – объявила телефонистка.
– Келли Дуглас? Минуточку. – Пауза была короткой. – Мисс Дуглас здесь больше не работает.
Он потерял контроль над собой.
– Это ложь! Она там работает. Я знаю. Сам видел ее в «Новостях» два дня назад.
– Простите, но… – в трубке пытались что-то объяснить.
– Это она просила так сказать? – Его лицо наливалось кровью, а пальцы крутили телефонный провод. Телефонистка что-то говорила, но он уже ничего не слышал. – Немедленно позовите ее к телефону! Слышите? Я хочу говорить с ней. – Он кричал и кричал, пока не понял, что его никто не слушает – телефонистка отключилась. В ярости он швырнул трубку на рычаг. – Она будет со мной говорить. Клянусь Богом, я заставлю ее говорить со мной, – прорычал он.
Но прежде он нуждался в хорошей порции спиртного.
5
В студии разом вспыхнули лампы, залив ярким светом стол комментатора и тех, кто сидел за ним. Остальная часть помещения оставалась в полутьме, а вместе с ней и громоздкие камеры с прильнувшими к ним операторами, рабочие сцены, звукооператоры, гримеры, ассистенты режиссера и сам режиссер.
Все они старались не забывать о переплетенных на полу кабеле и проводах – ловушках, в которые мог легко угодить непосвященный.
Сидя за столом, Келли смотрела в сторону третьей камеры, ожидая сигнала начала передачи. Ее длинные волосы были убраны в модную косичку, лишь несколько завитков свободно обрамляли лицо, смягчая его выражение и маскируя миниатюрный наушник, благодаря которому осуществлялась связь с аппаратной. Микрофон был прикреплен к лацкану бледно-голубого пиджака, с которым прекрасно сочетался шарф в сине-золотую полоску.
На камере зажглась красная лампочка, тут же последовал и ожидаемый Келли ручной сигнал. «Губернатор Куомо находится сегодня в Нью-Йорке…» Только она начала читать текст, возникший на экране телесуфлера, установленного несколько ниже объектива камеры, как неожиданно он погас. Почти не замешкавшись, Келли перевела взгляд на лежавшие перед ней бумаги и продолжала читать тот же текст, но отпечатанный на машинке, – она всегда держала его под рукой на всякий случай… «где он намеревается встретиться с влиятельными чиновниками штата и обсудить возможность финансовой помощи городу. Подробнее об этом расскажет Джон Дэниелз».
Глядя в камеру, Келли внешне сохраняла полную невозмутимость, хотя в наушнике послышались вопли главного администратора, призывавшего немедленно пустить пленку, того же требовал и режиссер, причем в весьма нецензурных выражениях. Она опустила глаза, якобы просматривая бумаги, а на самом деле, чтобы проверить положение дел по мониторчику, замаскированному в столе. Так и есть – на нем только ее лицо.
На телевидении трехсекундная заминка кажется вечностью. Келли, стараясь не выдать охватившего ее волнения, взяла в руки текст следующего сюжета, но тут же ее лицо в мониторе сменилось лицом Джона Дэниелза, стоящего у здания муниципалитета.
– Порядок. – В голосе главного администратора слышалось облегчение. – Сюжет идет полторы минуты, потом снова даем тебя, Келли.
Кивнув, Келли откинулась в кресле, свободно свесив руки. Слегка повысив голос, чтобы ее слышали все, она сказала:
– Послушайте, ребята, если вы хотели, чтобы я надолго запомнила свою последнюю передачу у вас, то считайте, что добились своего.
Кое-кто из операторов хихикнул за камерой. Чак, второй диктор, расплылся в улыбке.
– Мы только хотели напомнить тебе некоторые прелести прямого эфира.
– Премного благодарна, – пробормотала она сухо. Об остальных накладках Келли узнала хотя бы за несколько минут до эфира. Когда аудиотехник проверял ее микрофон, к ней подошла одна из ассистенток режиссера с сообщением, что интервью с Робертом Мондави сегодня не будет: его авиарейс отменили, и он никак не успеет попасть на студию вовремя. – Значит, я выбрасываю интервью. – Про себя она подумала, что можно было бы вместо интервью кратко рассказать о субботнем винном аукционе.
– Нет. Таунсенд подготовил замену. Они сейчас в гримерной.
– Кто это? – Келли терпеть не могла проводить интервью с людьми, о которых ничего не знала – ни окружения, ни заслуг, ни всяких пикантных подробностей, которые могли бы заинтересовать телезрителя. Не хотелось рисковать и задавать глупые вопросы, говорившие о ее неосведомленности.
– Имени не помню, но не волнуйтесь, мы сами напишем вступительный текст и вопросы. – Едва успела ассистентка произнести эти успокоительные слова, как ее позвали, и она удалилась, оставив Келли с неприятным чувством, что ей придется пережить четыре долгие и скорее всего неловкие минуты беседы с неизвестным гостем передачи.
Минуты через три взорвалась одна из ламп, засыпав осколками часть стола. Вскоре после этого на нос Келли села муха и отправилась разгуливать прямо по ее щеке, это было так некстати, тем более что в этот момент речь шла о работе очистительных систем города. И затем вновь отключился телесуфлер.
Келли почти поверила, что все эти накладки, учитывая ее последнее появление на местном телевидении, – плохая примета, но все же нашла в себе силы пошутить с группой.
– Договоримся, чтобы впредь без сюрпризов? Идет?
– Что ж, забудем тогда о сюрпризе с тортом, – заявил Рори Таббз.
Проводы с тортом, затеянные командой, уже ни для кого не были секретом.
