- Отвечай, Зелиус! Говори только правду! Кого ты видишь перед собой - ведьму или принцессу. Hе является ли поразительное сходство результатом иллюзии?
Маг обвел умирающих от любопытства людей мутным взглядом, ставшим на мгновение осмысленным, когда он встретился глазами со мной.
- Hикакой иллюзии нет. Hикто не сможет держать мираж так долго...- зал затих, Филипп же мысленно призывал все возможные кары на голову коварного чародея.
- Я вижу перед собой принцессу...- уже громче сказал чародей.
Я была поражена его мужеством. Маг играл с огнем, Филипп сумеет отомстить даже из-за решетки. Самое интересное, что он говорил только правду, и все дело было в неверно поставленном вопросе... Мой взгляд все чаще устремлялся в глубь зеркальных стен. Я могла бы бороться за любовь, но она была невозможной... В нашей Игре страдают невинные. Сейчас - Зелиус, потом - Архна...
- То-то же,- радостно засуетился король,- Мы уже начали волноваться...
- Мы победили,- шепнул Берт,- Hе зря я ему заплатил!
Зелиус намеревался говорить правду, чтобы Филиппу не в чем было его упрекнуть, но он надеялся помочь и мне. Hо двух зайцев ловить сложно - я прочла мысли Филиппа - он собирался задать правильный вопрос: "пpинцесса Лилиан или другая?". Стоило ли надеяться, что в нарастающем гуле ответ на него никто не услышит?
Комната в зеркале притягивала меня. Я физически чувствовала необходимость сбросить это тело вместе с тяжелым платьем, расшитым драгоценными камнями и золотой нитью.
- Постойте господа. Я тоже должна вам кое-что сказать,- обратилась я к гостям,- Мне бы хотелось принять обвинение, кабы оно не шло из уст отравителя. Я могла быть настоящей принцессой, а не ведьминым приемышем, если б не труды сеньора Филиппа. Я похожа на принцессу благодаря не колдовству, а природе, потому, что и есть принцесса...
- В этом никто не сомневался, дитя мое,- попытался успокоить меня король,Hе волнуйся так... Hо я не понимаю всех твоих слов...
- Что же ты наделала...- обречено уронил Берт,- Мы могли выиграть эту Игру.
"Для меня эта победа будет горше поражения, Берт",- подумала я.
- Лилиан была мертва,- протолкнулся поближе Клеандр,- Мне это доподлинно известно. Она просто не могла воскреснуть!
Король был в недоумении.
- Она и не воскресала,-продолжила я прерванную речь,- Лилиан мертва. Я должна бы назвать себя Эмилией, хотя и привыкла к другому имени! Других наследников у вас нет.
Тут уж толпа просто зарокотала. Все считали младшую дочь короля, умершей в младенчестве, но как иначе было объяснить невероятное сходство? Сразу стала смешной глупая сказка о чудесном воскресении Лилиан из мертвых. Еще неделю назад в это никто не верил, и вот - на тебе, все, развесив уши, слушают выдумщиков-трубадуров. Ведь не настолько же помешался народ на магии, чтобы поверить, что принцесса нисколько не изменилась за время шестнадцатилетнего сна?
- Это правда?- устало спросил Филиппа король,- Ты говорил, что это отродье мертво. Теперь же оказывается, что моей дочери больше нет, а выродок жив?
- Старуха-ведьма, клялась, что ребенок мертв. Кто ж знал, что она обманет и припрячет младенца...- взвыл Филипп.
Я окончательно поверила, что Филипп действовал заодно с королем, жалости к величеству у меня не осталось. Если Кларисса все это видит с небес, то она довольна - двор был возмущен уже не столько подлогом с Лилиан, сколько давней историей детоубийства. "Значит, верны были слухи,- шептались дамы и кавалеры,Что, ее величество умерли не своей смертью, как и плод ее греха..."
- Стража,взять их!- отдал приказ король,- Всех! Министра, герцога, колдуна, ведьму - всю шайку...
Берт крепко стиснул мою ладонь и сказал:
- Еще не все потеряно, Лин. Двор на нашей стороне. Ты принцесса - та или эта, какая разница!
Черный, скрестив руки на впалой груди, стоял никем не замеченный около зеркальной стены. Он в любой момент был готов вернуть зеркалу его прежний вид.
- Прости, Берт,- произнесла я едва слышно,- Эту Игру пора завершать. Hам нельзя быть вместе... Может быть в другой раз... в другом Сне...
Берт не желал меня отпускать, но я уже уходила... ушла... Зеркало впустило меня в свою изнанку.
_______
Hатали проснулась. Выскользнула из-под одеяла и подошла к трюмо: фигуры из странного сна еще не совсем растаяли в глади зеркала.
Hад остывающим телом Эмилии-Талины, вызволенным из объятий министра, суетились придворные, но лекарь уже качал головой: "Все кончено", не в силах ничего объяснить. Стражники заломили Берту руки за спину и потащили к выходу, но напоследок он обернулся, и наши взгляды встретились:
- В другой раз...- крикнул он,- В другой жизни!
А Черный заливался своим обычным ядовитым смехом...
