Читаем без скачивания Зловещий детдом - Альберт Байкалов

Решив совершить благородный поступок, они даже не знают, что все это проверяют позже, когда ребенок уже окажется в доме.

Колган заглушил двигатель, сунул под мышку папку и вышел из машины. Войдя во двор дома Ткачевых, набрал их номер телефона.

– Да! – с ходу ответила трубка голосом молодой женщины.

– Это Борис Сергеевич, – бодро представился Колган. – Я у дверей вашего подъезда.

Двери открыла одетая в нарядное платье жена Левы. На лице минимум косметики. Карие глаза украшали длинные ресницы. Колган наметанным взглядом определил, что они натуральные. Губы были лишь слегка тронуты помадой, которая делала их будто бы влажными. Черные волосы волнами уложены набок. Она заметно волновалась. Сцепив пальцы на уровне груди, странно и неловко повернулась, пропуская его в прихожую:

– Здравствуйте!

– Я звонил днем, – вдохнув аромат свежести, исходивший от женщины, Колган вдруг забыл, чем хотел закончить мысль, и захлебнулся последней фразой.

– Мне Лева говорил, – она закрыла двери и подняла руки на уровень груди, намереваясь забрать у него пальто.

– Я, собственно, должен убедиться, что вы имеете постоянную работу и у вас нормальные жилищные условия, – расстегивая пуговицы, сказал он. – Можно?

– Конечно! – воскликнула она.

Он снял пальто.

Лева стоял в начале коридора и хлопал глазами. У него был вид как у вызванного к доске школьника, который не выучил урок. Еще так смотрят, когда пришел не тот, кого ждали.

Колган направился вслед за Татьяной и оказался в зале.

– Мы эту квартиру снимаем, но у меня еще есть дом в деревне, – стала объяснять Татьяна и толкнула в бок так и не проронившего ни слова Леву.

Тот вздрогнул и выразительно кивнул.

– Вообще-то приветствуется, когда потенциальные опекуны имеют жилье и работу…

– С работой все в порядке, – заверила она.

– Знаю, уже получил справку, – с деланым интересом разглядывая корешки книг, стоявших на полках шкафа, кивнул Колган. – Вы работаете в «Рязаньтелекоме».

– Что вас еще интересует? – спросила Татьяна.

– Детская комната у вас уже готова? – Колган вопросительно уставился на Леву.

– Пожалуйста, – Татьяна показала рукой на двери.

– А почему он все время молчит? – неожиданно разозлился Колган. – Насколько мне известно, именно ваш супруг и есть инициатор усыновления. Ведь Антон его племянник.

– Вы не обращайте внимания, – махнула рукой Татьяна. – Лева не пьет и не курит.

Молодая женщина сказала это таким тоном, будто это воспринималось ею как недостаток.

«Как раз это меня сейчас меньше всего беспокоит, – с тоской подумал Колган, глядя в ее глаза. – Меня больше волнует, что совсем скоро из-за своего муженька-урода ты не сможешь глядеть на этот мир!»

Неожиданно он понял, что больше не может скрывать цели своего визита. Его охватило присущее такой ситуации волнение и ощущение страха в груди. Сердце забилось в тревожно-радостном предчувствии невообразимого восторга, который он совсем скоро испытает. Как Колган ни пытался, странные ощущения с каждым разом становились острее, и появилось желание их испытывать постоянно. Он решил заканчивать. Но для этого ему было необходимо узнать, не появятся ли еще родственники.

– Я смотрю, у вас детей своих нет, – Колган положил папку на стол. – Не боитесь брать чужого?

– Какой он нам чужой? – впервые подал голос Лева. – Самый что ни на есть родной.

– Я немного не так выразился, – Колган опустился на край кресла. – Наверняка у вас есть еще родственники? Возможно, постарше и уже с опытом.

– К сожалению, так получилось, что больше некому решить эту проблему, – с горечью в голосе сказал Лева.

– Почему ты говоришь – проблему? – набросилась на него Татьяна. – Разве ребенок может быть проблемой?

– Я слышал, какое горе преследует ваших родственников, – не желая слушать перепалку этих людей, заговорил Колган. – Прямо рок какой-то.

– Вот и я о том же, – согласился Лева. – Не могу поверить в случайность.

– Да и Матвей того же мнения, – неожиданно согласилась с ним Татьяна.

– Какой Матвей? – напрягся Колган.

– Мы попросили перепроверить официальную версию гибели родителей Ольги бывшего сослуживца брата, – переглянувшись с Татьяной, стал объяснять Лева. – Он познакомил нас с человеком, который этим занялся.

– Это частный сыщик? – ошарашенный известием, спросил Колган.

– Что-то вроде того, – кивнула Татьяна.

– Да нет, просто друг Рыка, – осуждающе посмотрел на нее Лева.

– А кто такой Рык? – стараясь скрыть охватившее вдруг волнение, спросил Колган.

– Это как раз и есть сослуживец брата, – вновь перехватил инициативу разговора Лева. – Как я понял, ему было некогда заниматься нашим вопросом, и он попросил об этом Кораблева.

– Знаете, – Колган сунул руку во внутренний карман и достал записную книжку, – нам тоже не безразлично, что творится в приемных семьях, поэтому скажите, как, в случае чего, связаться с этим Кораблевым?

– Погодите, – испугалась Татьяна. – У нас нет никаких проблем! Просто Лева не уверен, что у Ольги, жены его брата, их не было…

– Не беспокойтесь, на процесс усыновления эти действия вашего супруга окажут лишь положительное воздействие, – заверил ее Колган. – Его забота характеризует, что вы подходите к этому мероприятию основательно, – он перевел взгляд на Леву, всем своим видом давая понять, что готов записывать.

– Кораблев Матвей Сергеевич, – догадавшись, чего от него требуется, продиктовал Лева. – Кедрова, восемьдесят шесть… Хотя, – он поднял вверх палец. – Он сейчас живет за городом…

Размышляя, как теперь быть, Колган старательно записал адрес. Как ни крути, а устранять теперь Ткачевых нецелесообразно. В том случае, если этот Кораблев зашел достаточно далеко в своих расследованиях, их вообще уже не понадобится убивать. Колган не раз размышлял, каким будет конец их совместному с Васильевой предприятию, и сейчас неожиданно содрогнулся.

«А ведь я легко могу оказаться на нарах!» – с тоской подумал он.

Колган неожиданно остро почувствовал страх и смертельную тоску, отчего-то с ходу придя к выводу, что точно так же переживают лишь смертельно больные люди, в момент, когда узнают, что их дни сочтены. Даже если в ходе расследования не всплывут все его злодеяния и он каким-то образом избежит пожизненного, в зоне ему придется ой как несладко. Еще бы, кроме того что Колган бывший мент, он совершал преступления в отношении детей. А это пострашнее смертного приговора.

– Что? – не выдержала затянувшейся паузы Татьяна.

– Чуть не забыл! – воскликнул Колган. – Возможно, мне понадобится характеристика от собственника вашего жилья.

– В смысле, – Лева вытянул шею. – Мы ведь квартиру снимаем.

– Ну и что? – удивился Колган. – Не исключено, что органы заинтересует, вовремя или нет вы вносите плату за квартиру, коммунальные услуги…

– Понятно! – обрадовалась Татьяна. – Он пенсионер.

– Я знаю, – поспешил Колган блеснуть информированностью. – Зовут его, кажется, Федор Степанович, – он сделал вид, что напряженно вспоминает, и щелкнул пальцами: – Зыбин.

– М-да, – Лева потер подбородок. – Никогда бы не подумал, что вы так работаете. Как полиция.

– Государство серьезно относится к таким вопросам, – кивнул он и снова выжидающе уставился Татьяне в глаза.

– Что? – растерялась она.

– Как мне с ним связаться?

– Просто, – догадалась она. – Деревня так и называется – Федорки. Это километров сорок от города…

Матвей дождался, когда загорится зеленый сигнал светофора, и отпустил сцепление. Просвистев резиной по обледеневшему асфальту, он снарядом бросил машину между тащившимся троллейбусом и маршруткой.

– Ты что творишь! – взвизгнула Марта, одной рукой хватая покатившийся с коленок ноутбук, второй вцепившись в ручку дверцы.

– Проспект Текстильщиков, – бросив взгляд на забрызганную ржавчиной табличку, украшавшую угол старинного здания, сказал Матвей.

Марта опустила взгляд в экран ноутбука.

Матвей улыбнулся. Он и так знал, что на следующем перекрестке им нужно повернуть.

– На пересечении с Комсомольской уходим вправо, – в подтверждение его мыслям сказала она. – Кто-то говорил, что тебе достаточно двух минут, чтобы план города переместился с бумаги в голову.

– Так и есть, – кивнул Матвей, перестраиваясь в правый ряд. – Могу даже сказать, что следующий перекресток по Комсомольской как раз и есть улица Островского.

– Чего же ты меня заставляешь эту бандуру по салону ловить? – захныкала она, опуская крышку ноутбука.

– Когда у женщины заняты руки и мозг, легче думается, – улыбнулся он.

– Значит, это ты мне работу нашел, чтобы я не мешала? – догадалась Марта.

– Почему? – удивился Матвей. – Совсем нет. Но мой ответ тебя не успокоит.

– Говори, – разрешила она.