Путин не ожидал такой решимости к фрондёрству со стороны своих сподвижников. Однако теперь, после такого их политического выступления, Путин не мог предложить фрондёрам альтернативу, не ослабив своих позиций. Неприятие его решения и несогласие с новой кандидатурой наследника в преддверии его ухода с поста президента, Путин считал ударом по режиму его личной власти. Раскол стал политической реальностью и осложнялся тем, что совпал с избирательной кампанией, периодом, когда общество активизировалось в политическом плане. Подавить же раскол силовыми средствами в ходе избирательной кампании Путин не мог.
Впервые с 1999 года Путин столкнулся с противостояние в рамках одного, созданного им же класса. Открытые претензии к Путину и готовность идти на конфликт с стороны бывших подчинённых означали общее ослабление всей властной системы.
Стало очевидно, что некогда единый и подчинённый Путину властный блок не мог
быть в таком же состоянии передан его преемнику. Однако, пока это было очевидно только для допущенных в политические кулуары и не выплеснулось в общественное пространство, сохранялась возможность тихими непубличными методами решить внутриэлитный конфликт – спасти идею преемственности, заменив кандидатуру преемника.
§ 12. «Советский сговор»
В распоряжении фрондёров было только три месяца относительной «неприкосновенности», обеспеченной публичностью политики во время предвыборной кампании. Уверившись в невозможности закулисного компромисса с Путиным, за это время они рассчитывали дискредитировать Лестанова и сделать его неприемлемой кандидатурой в глазах общества. Таким образом фрондёры планировали заставить президента изменить своё решение по преемнику, сохранив саму идею передачи власти.
Из интервью Л. В. Касимова в документальном фильме Би-Би-Си «Россия на пороге Великих реформ» (2028 год)
«…Мы не были против преемственности как принципа. Более того, для нас такая передача власти была лучшей гарантией от политических потрясений и вытекающих из них рисков. Но преемником должен был быть кто угодно, только не Лестанов. Он недоговороспособен, он паталогически жаден. Мы разочарвались в таком решении Путина. Он выбрал наихудшую кандидатуру из возможных. Наихудшую для нас, конечно…»
Для этого фрондёры нуждались в политическом рупоре, лидере или политической силе, которая могла противостоять Лестанову и ОРФ. Они начали переговоры с оппозиционными силами, представленными в Думе: Задрожный – с РПППП, Касимов – с НЦШ, а Анкошина попыталась наладить сотрудничество с близкой ей по взглядам ТРЦ. В обмен на сотрудничество в борьбе против ОРФ и Лестанова, виолентократы обещали финансовую и медийную поддержку на выборах в Государственную думу и даже больше – сотрудничество после ухода Путина с поста президента.
Оппозиционные лидеры включились в переговоры, тем более, что яркий политический протест против правительства привлёк бы к ним внимание общества. 2 октября 2021 года в городе Советск в Калининградской области состоялись закрытые политические консультации. Эта встреча стала известна как «советский сговор», а присутствовавшие лидеры оппозиции получили прозвище «советские искушённые».
Заседание Думы 4 октября 2021 года началось внесением в повестку вопроса о недоверии правительству Лестанова Однако вопрос был сразу заблокирован ОРФ. Тогда оппозиционные фракции настояли на том, чтобы пригласить в Думу самого Лестанова для отчёта в прямом эфире перед депутатами. ОРФ, не желая ставить своего лидера в потенциально неудобное положение, заблокировала и это предложение. В зале заседаний началась потасовка, а оппозиционные силы решили в течение недели бойкотировать заседания. Депутаты от РПППП, КПРФ и НЦШ отправились в регионы и стали активно организовывать протестные политические акции. Главной целью их нападок был Лестанов в качестве преемника Путина. Все накопившиеся претензии к власти персонифицировались в Лестанове.
В Саратове собрался 50-тысячный митинг РПППП, на котором Щелковский объявил о том, что экономические действия Лестанова ставят под удар целостность страны, а идея эконом-губернаторств – реинкарнация политики 1990-х по продаже страны иностранцам. Он объявил Лестанова предателем России и обвинил его в трусости.
В Москве состоялась медиаакция «Объяснись, если прав», в которой приняли участие более 100 тысяч человек. В оргкомитет акции вошли все представители оппозиционных сил. Участники акции требовали от Лестанова объяснений в Думе. В Интернете распространялась компрометирующая Лестанова информация. Её передали оппозиционерам виолентократы, имеющее доступ к информации спецслужб.
Лестанов и ОРФ вынуждены были отвечать. В Москве был проведен митинг ОРФ в поддержку Лестанова и курса правительства и президента. 18 октября в Думе выступила заместитель председателя правительства И. В. Дивноварова, частично близкая по своим убеждениям к НЦШ. В течение четырех часов она умело отвечала на вопросы депутатов.
Вскоре Лестанов собрал заседание правительства, на котором в резкой форме раскритиковал действия Задрожного и Касимова, а Анкошину отправил в отставку как несправившуюся с поручениями президента и председателя правительства. Как лидер ОРФ Лестанов объявил о новой волне борьбы с коррупцией, дав ясный сигнал виолентократам, что будет жёстко пресекать любые попытки противодействия. Отсутствие какой бы то ни было реакции из Кремля означало безоговорочную поддержку Путиным Лестанова.
Фрондёры поняли, что над ними лично и над их финансовыми империями нависла реальная угроза уничтожения. Единственную свою защиту они видели теперь в личной публичности. В конце октября Задрожный вступил в РПППП, а Касимов – в НЦШ. Оба стали активно выступать в публичном пространстве, используя собственные медийные возможности.
Сотрудничество руководства РПППП с виолентократам и было негативно воспринято значительной частью региональных лидеров партии. Они обвинили Щелковского в измене интересам русского народа. Тот, в свою очередь, назвал раскольников внутренними врагами, работающими на ОРФ и Лестанова. РПППП стала стремительно терять поддержку – к началу декабря от неё отвернулись почти половина бывших сторонников.
В более выигрышном положении оказалась НЦШ – возможность сотрудничества партии с экономическими баронами делало её в глазах избирателей более мощной силой.
§ 13. «Иже слово»: поворот к политике. «Белый Ворон»
К 2020 году движение «Иже слово» представляло серьёзную общественную силу – она имела региональные отделения во всех субъектах федерации и клубы более чем в 200 городах страны. В организации официально состояли 500 тысяч членов, а в различных мероприятиях принимали участие ежегодно до 2 млн. человек. В региональных школах и университетах регулярно проводились специальные мастер-классы, посвященные событиям местной истории. Клубы «Иже слова» стали «вторым местом» времяпрепровождения после школы – для школьников, после вузов – студентов, аспирантов и после работы – для работающей молодёжи. В клубы стали приходить и более взрослые участники. «Иже слово» перестало быть исключительно молодёжным объединением, а средний возраст его членов приближался к 28 годам.
Первое поколение «словян» за шесть лет существования организации уже стало занимать значимые посты в бизнесе и государственных органах власти. Почти в сотне муниципальных образований в стране «словяне» избирались в собрания депутатов и выстраивали политическую и экономическую жизнь сообществ в соответствии со своими взглядами. Наиболее активно «словянские» муниципальные образования развивались в Ленинградской и Псковской областях, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Владивостоке и Петропавловске-Камчатском Деятельность этих депутатских групп до сих пор не согласовывалась с центральным офисом «Иже слова». Его лидер Я. Б. Зарев видел приоритетную задачу в работе по созданию новых ценностных ориентиров у поколения молодых людей. Он не форсировал их «поход в политику» до тех пор, пока политическая деятельность не станет осознанным желанием и устремлением «словян».
Летом 2020 года на ежегодный фестиваль «Инародная музыка» в Хабаровск со всех регионов страны приехали муниципальные депутаты – члены «Иже слова». Они выступили инициаторами дискуссии под названием «Политическая партия – необходимый инструмент», которая впоследствии вылилась в недельную «Конференцию под открытым небом».
