не обремененную интеллектом морду я с удовольствием набью. Как и морду любого или любой из вас, тупорылые кретины!!! — заорал я, заметив, что недовольный гул опять усилился.
Вы живете, жрете, гадите, трахатесь только потому, что мой род каждый год заряжает пограничные столбы, давая вам спокойно жить! Если мы перестанем это делать, то лет через пять этот мир будет уничтожен. Вам есть куда уйти из него? Хотите все бросить? Думаете, в других мирах вам будут рады?
И к тому же пропускная способность межмировых порталов крайне мала. За это время мир сможет покинуть едва ли один процент от живущих в нем. Отдадите вы свое право прохода простому пахарю или ткачихе, благородные аристократы? Да никогда. Вы такая же грязь, как и все, только прикрываетесь красивыми одеждами! К тому же они сейчас не работают, а значит бежать вам некуда.
Но вы же об этом не думаете. Вы же считаете, что мы вам обязаны. А с какой это стати? С чего я должен куда-то ехать и рисковать своей жизнью, чтобы вас, неблагодарных тварей, спасти⁈ А знаешь что, мудень⁈ Я передумал. Будет тебе магическая дуэль. Я дам тебе возможность нанести один удар — не буду сопротивляться. Но тебе придется меня убить. Иначе я потом пойду и лично сожгу всех, кто тебе дорог. Просто уничтожу, без капли жалости и сострадания, потому что МЕНЯ ВСЕ ДОСТАЛО!!!
В раздавшейся тишине послышались одинокие хлопки от дамы, что незаметно появилась в аудитории. Вероника Гонтус, архимагистр, ректор академии, чей род уже много веков возглавляет ее.
— Какая речь, какая экспрессия!!! Вы в театре не думали выступать, господин Нагибин? Уверяю, вас там ждет успех. Впрочем, не могу не согласится с вашими словами — вы правы во всем, как бы ни прискорбно мне было об этом говорить.
Дуэль я разрешаю — пусть честный кулак восстановит честь, раз магии это не доступно. Студентам иногда надо выпускать пар. Так что после занятий малая арена к вашим услугам.
А вас, господин Нагибин, я жду у себя сразу после дуэли. Уверена, нам есть о чем поговорить. А теперь прошу последовать на урок развития тела. Раз уж у вас столько энергии, думаю, десять кругов вокруг академии позволят потратить ее с пользой.
Мило нам улыбнувшись, она вышла, оставив за собой шлейф вопросов и неприятностей.
Честно говоря, я не ожидал от себя такого взрыва, но в принципе был доволен. Давно хотел плюнуть в эти напыщенные лица, считающие, что мир принадлежит им. Так же считает и роза, что цветет в саду. Да, за ней ухаживают, ее холят и лелеют. Но ровно до тех пор, пока ее не срежет садовник. А может и не срезать. Все зависит от его желания. Так вот я и был тем самым садовником.
— Сволочь ты, но по факту все правильно сказал, — пихнула меня локтем в бок Просто Маргарита.
— Но самомнение, конечно, зашкаливает, — Ромиель тоже решила, что ей все позволено, и пихнула меня с другой стороны.
Я посмотрел на этих наглых самок, которые с чего-то решили, что мы прям друзья, молча встал и пересел повыше, благо мест было много. Курс насчитывал всего морд пятьдесят, а мест было раза в три больше. И это мы еще по факультетам не распределились — тогда вообще человек по десять останется, а то и меньше.
Нет, общий набор был большой, но тут сидели только те, кто достиг уровня мастера, не ниже. Как там сказал преподаватель — лучшие из худших? Как-то так, да.
Сел, посмотрел, потом сообразил, что ректор вроде нас куда-то послала, ну, я и пошел. Остальные походу пропустили ее слова мимо ушей и тупо пялились мне в спину. И только когда я вышел, услышал топот за спиной. Все-таки они тормоза, прости, Перун.
Планшет послушно нарисовал мне маршрут и тоже меня послал в неведомые дали. Хотя, почему неведомые? Именно туда, где меня пытались убить. Это я вспомнил, когда пошел по уже знакомому коридору. Ностальгия прям накрыла.
Ну, и немного злости. С чего вдруг я убегал, когда мог вломить тем же светом и грохнуть дураков? Причем за это мне бы ничего не было. Ладно, спишем на шок от перехода.
Обогнув женскую раздевалку, я направился в мужскую и на правах первого зашедшего выбрал себе шкафчик для переодевания. Потом подумал и решил, что рисковать не стоит, и шустро переодевшись, все вещи сложил в пространственное кольцо. Места там было не сильно много, но мне пока хватит. Большие кольца стоят дорого, а отец тот еще жмот. Ниче, заряжу столбы и все деньги себе заберу. Фиг ему хоть рубль по потной роже. А сумма там ого-го-го какая! На десяток колец хватит. Не зря мы считаемся одним из самых богатых родов. Ну, и жадных тоже, чего уж скрывать.
На меня косилась мужская часть студентов, но предпочла игнорировать, что меня полностью устроило. Этот мир — мир силы. И эти гаврики пока о моей только слышали, но не видели. Что ж, небольшая демонстрация не повредит, а даже наоборот. Главное, чтобы потом в друзья не набивались — не люблю я их, потому что врут и предают. Всегда. Не верю я в искренность чувств и намерений. За любым добрым делом всегда стоит корысть — по крайней мере, в этом мире так.
Выходя из раздевалки, я столкнулся с Марго, явно кого-то поджидавшей. Сделал вид, что я ее вообще не знаю.
С другой стороны стояла ангел, и ее я тоже не узнал, потом поймал еще парочку взглядов и решил, что вообще тут никого не знаю и знать не хочу.
Поэтому дав эфир в ноги, я умудрился даже не врезаться в стену и вылетел на улицу под удивленными взглядами пролетающих птиц. Отработать посадку я еще не успел, поэтому неэстетично плюхнулся на землю, аккурат на траву, отделавшись отбитой спиной.
Подняв взгляд к небу, увидел тоненькую полоску красных трусиков, что его мне закрывали, но больше ничего не скрывали, а скорей подчеркивали. Это был провал, потому как штаны на мне были обтягивающие и толстые обстоятельства сразу среагировали на тонкий намек.
«Печалька», — только и успел подумать я, уворачиваясь от плети тьмы…
Глава 8
Глава 8
«Печалька», — только и успел подумать я, уворачиваясь от плети тьмы.
Эфир в тело, и меня, как и обладательницу неприличного, но очень симпатичного белья отбрасывает в
