пороге. Слезы застыли в глазах, и к ней пришло осознание, что, коснись они щёк сейчас, Алиса ощутит острую физическую боль. Поэтому она сдерживала поступающие рыдания, направляясь к остановке неподалёку.
Комок стоял в горле, сквозь затуманенный от слёз взгляд попыталась рассмотреть номер автобуса, открывающего передние и средние двери. Этот не шел в нужном ей направлении, поэтому девушка попыталась успокоиться, применяя знания, полученные за два года психотерапии. Глубокий вдох через заложенный нос сменился тихим выдохом через рот. Повторив эти действия ещё несколько раз, Алиса ощутила, как сердцебиение медленно приходит в норму. Однако она не успела ничего сделать со слезинкой, вырвавшейся из дрожащего века. Одинокая капля очертила щеку, быстро скользнув по скуле и бесшумно упав на грудь.
К остановке подъехал нужный Алисе автобус и, вот удача, в нем было не больше десятка людей. Холодный ветер успел коснуться слабого места девушки, неприятно укусив за скулу. Заходя в открывшуюся дверь, Алиса невзначай провела пальцами по мокрой щеке.
В салоне автобуса было тепло. Девушка села на свободное место в задней его части, сразу уставившись в окно и избегая любого зрительного контакта. И хотя слёзы больше не душили её, а дыхание выровнялось, Алиса всё ещё ощущала в груди неприятную тяжесть, оставшуюся после очередного приступа жалости к себе. Ей было противно осознавать это, но без данного постыдного чувства она не могла двигаться в сторону любви к себе.
Несчастный ребёнок, брошенный всеми: отцом, которого никогда не знала, матерью, пытающейся найти нового мужа, а также детьми и взрослыми, которых считала своими друзьями. И, раз все эти люди забыли об одинокой, никому не нужной девочке, она не понимала, почему должна быть нужна себе.
Иногда Алиса видела перед собой маленькую, сжавшуюся в комочек девочку, плачущую в углу своей комнаты, которая время от времени бросала болезненные взгляды на заплаканное отражение в зеркале. Она всегда такая одинокая, столь ранимая и невероятно отрешенная. Но есть в ней нечто прекрасное, то, что создается в её сознании: картины невероятных красочных миров, заселённых фантастическими созданиями с собственным внутренним миром, потребностями и капризами. Способности этой маленькой несчастной девочки невообразимы, мысли столь глубоки, а слова точны, что окружающие люди порой пугаются её проницательности и глубокомысленности.
И Алиса представляла, как обнимает за плечи маленький тощий силуэт в углу комнаты, гладит по волосам, прижимая к груди её голову и нежно шепчет: «Я люблю тебя. Я очень сильно тебя люблю». Девочка прижимается к своему взрослому отражению и плачет так горько, так отчаянно, пока слезы не заканчиваются, а боль, пожаром разрывающая грудь, не превращается в тлеющий уголёк. Алиса жалела это маленькое создание. И она же единственная её любила так, как это было ей необходимо.
Но кто полюбит взрослую Алису так же, как она — себя маленькую? Этот нерешённый вопрос ранил её. Она избегала его не только в разговорах с психотерапевтом, но и наедине с собой. Между маленькой и взрослой Алисой не стояло знака равно. Для неё они были совершенно разными людьми. Похожими, но раздельными личностями. И обе хотели быть любимыми и понятыми кем-то похожим.
Возвращаясь из своих мыслей в реальность, девушка заметила, что почти добралась до нужной ей остановки. Оплатив проезд, она дождалась, пока автобус остановится и вышла из салона.
До дома оставалось несколько минут, и в планах Алисы не было задерживаться. Когда на светофоре загорелся зелёный свет, она двинулась вместе с несколькими случайными прохожими через дорогу по пешеходному переходу. Пройдя мимо продуктовых магазинов, Алиса добралась до спального района, усыпанного пятиэтажными зданиями, как лес грибами. Машинально вытащив из кармана куртки телефон, она посмотрела на время и повернула на дорогу, ведущую к её дому.
До нужной многоэтажки оставалось не так много, но Алиса застыла, как вкопанная с разблокированным экраном смартфона в руках и приоткрытым ртом. У её подъезда стоял высокий стройный мужчина в форме, время от времени озирающийся по сторонам, словно ищущий кого-то. И тут взгляд его светло-голубых глаз встретился с колыхнувшейся зеленью её испуганного взора. По спине Алисы пробежал холодок, и она невольно вздрогнула, когда заметила, что молодой человек не просто смотрит на неё, а повернулся и уже идёт к ней. Глаза Алисы ещё больше расширились, когда она узнала этого таинственного мужчину, идущего в её направлении. К ней приближался не кто иной, как Александр Белый.
Глава 5
I
Александр Белый стоял у того самого подъезда, оглядываясь по сторонам. Он пробыл тут по меньшей мере десять минут, рассуждая о том, что на самом деле желал найти или узнать от единственного свидетеля, который не хотел давать показания. Или не сказал всей правды. Интуиция шептала, что это верный путь, но здравый смысл предостерегал о том, что он может впустую потратить драгоценное время. Разрываясь между двумя одинаково важными для следователя способностями, Александр потёр шею ладонью и осторожно выдохнул. Он повернул голову и заметил тёмный женский силуэт, резко остановившийся примерно в двадцати шагах от него.
Белый сразу узнал девушку, которая тут же опустила глаза и наклонила голову, словно пытаясь таким образом спрятаться. Но от кого? Или чего? Он не мог ответить на эти вопросы, как не мог найти ответ на самый главный сейчас вопрос: «Кто убил Татьяну?» И осознание этого тяжёлым осадком опускалось на его сердце. Однако Александр Белый отдавал себе отчёт в том, что нужно быть собранным и решительным даже в самых безвыходных ситуациях, поэтому, сжав кулаки, медленно направился в сторону девушки, застывшей, как мраморная статуя, с опущенным подбородком и смотрящей на свои ноги сквозь длинные тёмные ресницы.
Он подошел к ней, поздоровался и мягко улыбнулся. Алиса тихо ответила, не поднимая взгляда, и ещё ниже опустила голову, сводя острые плечи к груди, словно пытаясь сжаться и уменьшиться в размерах.
— Я бы хотел продолжить наш последний разговор, если вы не возражаете, — осторожно предложил Александр, невольно наклоняя голову набок.
— Не знаю… Я сказала все, что знаю. Правда, — пробормотала девушка, отводя взгляд со своих ног на мусорный бак, стоящий в отдалении слева от нее за невысокой железной оградой.
Молодой следователь решил объяснить важность своего дела, и неосознанно сделал маленький шаг навстречу Алисе, отчего та вздрогнула. Глаза девушки расширились в удивлении, плечи приподнялись в движении, словно ей стало холодно.
— Алиса, мы опросили всех
