Бросаю взгляд в зеркало заднего вида и невольно засматриваюсь. Рядом с дочерью Соня другая. Совершенно не угрюмая и колючая, а нежная и милая и, к тому же, красиво и открыто улыбается, не замечая того, что я украдкой за ними подсматриваю.
- Приехали, - сообщаю, заглушив двигатель у крупного торгового центра.
Выйдя на улицу, помогаю пассажирам выбраться из автомобиля. По примеру матери, которая спускается на землю первой, Саша тоже решается протянуть мне руку. Хрупкая и невесомая ладошка касается кожи и внутри меня в очередной раз всё вверх дном переворачивается. Кажется, с возрастом я стал гораздо сентиментальнее, чем был раньше.
Достав из кармана брелок с ключами, к собственному стыду понимаю, что попросту забыл о том, что у меня весь багажник завален игрушками для дочери. Я хотел подарить их при первом знакомстве, но благополучно забыл, потому что на тот момент мне было не до этого.
- Я для тебя кое-что приготовил, Саш. Посмотришь?
Дочь настороженно переводит взгляд на Соню и только после её кивка следует за мной. Открываю багажник внедорожника и отступаю немного в сторону, чтобы она хорошенько всё рассмотрела. Вдруг я не угодил ей чем-то и Саше не понравится?
Судя по тому, как загораются блеском её глаза, всё в норме.
- Мам, можно? – спрашивает с нетерпением в голосе.
- Конечно, можно, - кивает Соня. - Это же папа для тебя приготовил.
Саша подходит к игрушкам и начинает открывать пакет за пакетом, восторженно комментируя и поглядывая в нашу сторону.
Соня равняется со мной и слегка задевает плечом.
- Мы не опоздаем на сеанс?
- Ещё полчаса. Успеем, - отвечаю, не отрывая взгляд от Саши.
- Амир, надеюсь ты не думаешь, что сможешь купить её подарками и благодаря этому перевезти к себе в столицу?
- Считаешь, я могу так низко поступить? - прищуриваюсь, глядя на встревоженную Соню. - Она сама захочет. И ты тоже этого захочешь.
Глава 21.
- Считаешь, я могу так низко поступить? - прищуриваюсь, глядя на встревоженную Соню. - Она сама захочет. И ты тоже этого захочешь.
Соня.
Я на секунду теряюсь. Слова Амира кажутся слишком резкими и пугающими. Если он хочет видеть рядом с собой нашу дочь, то зачем ему я?
- Тебе никто не говорил, что ты слишком самоуверен?
- Нет, ты единственная, - невозмутимо отвечает Амир глядя на Сашу.
С тех пор как он увидел её впервые, все никак не может отвести взгляд. Смотрит жадно, пристально, долго, словно боится, что она вновь исчезнет из поля зрения и он больше никогда её не увидит.
- Котёнок, давай мы чуть позже рассмотрим подарки, иначе в кино опоздаем? – спрашиваю Сашу спустя несколько минут.
Она нехотя отрывается от распаковки и подходит ближе. Я понимаю её чувства. Ещё бы! Багажник огромного внедорожника полностью забит подарочными пакетами с игрушками и творчеством на любой вкус. Я никогда не могла себе такого позволить. Наши покупки были скромными и нечастыми и сейчас, наверное, я ничуть не злюсь на Амира за то, что он порадовал дочь. Почему бы и нет, если это делает Сашу счастливой?
Мы занимаем места в кинозале и ждём Сабитова. Центральный ряд, аккурат посередине. Свет в зале гаснет, а его всё нет.
- Он успеет? – шепчет мне на ухо Саша.
Она пока не решается называть его папой и это вполне нормально, но и по имени его не зовёт. Просто «он».
- Думаю, что успеет. Давай пока будем смотреть?
Саша устремляет взгляд на экран, где идут рекламные ролики, но всё равно то и дело оглядывается по сторонам. Мне так любопытно, что она ощущает, находясь рядом с отцом. Страх? Волнение? Интерес? Думаю, что все вместе и по чуть-чуть. Новость о том, что папа захотел встретиться с ней однозначно всколыхнула крошечное сердечко. И моё в том числе.
Амир опускается на сиденье рядом со мной и протягивает попкорн. Меня обнадёживает то, что он действительно не напирает и не старается навязываться Саше своим вниманием. Действует плавно и чётко, словно интуитивно предугадывая то, что именно ей понравится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Взял карамельный. Нужно было спросить, какой вы любите.
- Я обожаю карамельный попкорн, - произносит дочь, принимая большое ведёрко.
- Я тоже, - признается Сабитов.
Весь киносеанс я сижу в напряжении. Возможно, всё дело в том, что Амир находится достаточно близко и его запаха слишком для меня много. Кажется, он прочно просачивается в мою одежду и волосы… К тому же, каждый раз, когда наши руки соприкасаются на подлокотнике, мои щеки мгновенно краснеют. Спасает только полная темнота в зале и шумные спецэффекты, которые заглушают громкие удары сердца.
Зажжённый в зале свет заставляет меня с облегчением выдохнуть. На часах уже восемь, а я обещала Сашке что мы ещё заскочим в игровую комнату. С Амиром или без не имеет значения.
- Тебе понравился мультфильм? – спрашивает Сабитов у дочери на выходе из кинозала.
- Да, очень, - кивает Саша. - И первая часть интересная.
- Первая часть? Честно говоря, не смотрел.
- Правда? – удивляется Саша, поднимая на отца недоуменный взгляд. – Ты должен посмотреть!
- Расскажешь мне о чём там?
Каким-то неведомым образом они начинают идти рядом и непринужденно разговаривать о «Троллях». Наверняка совершенно неинтересная тема для взрослого мужчины, но Амир намертво в неё цепляется, чтобы ни в коем случае не прерывать разговор с ребёнком.
Я иду немного позади. Специально отстаю и словно завороженная смотрю поочередно то на Амира, то на Сашу, испытывая внутри новое распирающее ощущение, которое заставляет болезненно щемить сердце и с трудом сдерживать слёзы, которые то и дело просятся наружу.
В сравнении с отцом Сашка крошечная. Она оживленно пересказывает сюжет первой части мультфильма, а он слушает с таким интересом будто речь идёт о чем-то важном и значимом. Мне почему-то очень сильно хочется, чтобы он взял её за руку... Чтобы это был не последний раз, когда они проводили время... Чтобы однажды Саша осмелилась и назвала его папой, а он закружил её в объятиях.
После просмотра кино Амир самостоятельно предлагает сходить куда-нибудь ещё, и Саша с удовольствием указывает ему на детскую игровую комнату.
- Котёнок, только недолго, - прошу её, когда мы останавливаемся возле батутной зоны. – Маме завтра рано на работу.
- Мама может опоздать, - произносит Амир серьезным тоном.
- Нет, не может, - перечу ему. - У мамы есть обязательства перед заказчиками.
После того как Сашка уносится прыгать, мы остаемся вдвоем. Сабитов предлагает выпить кофе и категорически отказывается брать у меня за это деньги, хотя я настойчиво предлагаю.
- Я улетаю на два дня в Москву, - произносит Амир, поглядывая в сторону батутов. – Останешься в компании за главную.
Не спрашивает, утверждает. Впрочем, ничего необычного, что он не считается с моим мнением.
- Амир, послушай меня…
- Опять боишься, что скажут коллеги? – изумленно выгибает бровь.
- Я не справлюсь.
- Справишься, Сонь. Знаю, что ты ведешь сейчас «Агротех» и «Промфор». Вот и занимайся ними.
- А ты…
- А я вернусь через два дня и всё будет как прежде.
Нервно мотаю головой, потому что спокойно работать инженером и занимать руководящую должность, пусть и на два дня, это слишком большая разница. Я чувствую себя незащищенной и уязвимой и отчаянно мечтаю вернуться в свою прежнюю пресную жизнь, где его не было. Вдруг я не смогу? Что если облажаюсь? Сделаю ошибку? Но Амир отказы не принимает. Всё равно сделает по-своему, поэтому мне заранее нужно быть готовой к тому, что придется руководить «Строй-инвест» целых два дня без своего на то согласия.
- После прилёта я хотел бы встретиться с дочерью ещё раз, - продолжает Сабитов.
- Если у нас не будет планов, Амир, - произношу, допивая латте. - Мне нужно готовиться к школе, переезду к Мише и свадьбе. Напоминаю на случай, если ты забыл...
