слуге, подошла к изгороди. Глаза у нее были большие, темные и внимательные. Присмотревшись к неожиданному посетителю, она улыбнулась:
– Николай. Нежданно-негаданно. Ты так возмужал.
– А ты стала такой прелестницей! – Николай улыбнулся в ответ.
– Я сейчас распоряжусь – тебя впустят внутрь, – засуетилась девушка. – Вон, видишь садовую скамейку. Приходи туда.
Через несколько минут они сидели рядом и с интересом разглядывали друг друга. Зоя Палеолог в силу природного ума и прозорливости прекрасно понимала, что этот визит не случаен и что Николай прибыл не по своей воле, а с неким поручением.
– Ну, – наконец прервала молчание Зоя. – С чем приехал?
– Я от преподобного Анания. Он меня прислал.
– Как здоровье у преподобного?
– Плохо, вернее, уже нет никакого здоровья – он умер, но перед смертью наказал мне с тобой встретиться и передать кое-что, в том числе на словах.
– Ну так передавай. – Зоя замерла в нетерпении.
– Сначала ответь мне на один вопрос – Ананий просил задать его в первую очередь. Скажи правду во имя Отца, Сына и Святого Духа. Ты не предала веру наших отцов?
Николай говорил жестко, веско, в упор глядя на свою собеседницу. Зоя вздрогнула, с укоризной посмотрела на Николая и наложила на себя православный крест. Потом сказала:
– Преподобный зря беспокоится… беспокоился, царствие ему небесное. Не предала. Вот так и живу: при людях крещусь слева направо, а когда остаюсь одна, то справа налево. Меня считают униаткой, я получила униатское образование, но ведь правда в душе, а не в словах. Мысль изреченная есть ложь. Как и правда без любви ложна. Одна я осталась такая в нашей семье. Один брат османам служит, другой, Андрей, набрал долгов и ему не до веры – присягнет тому, кто денег даст. Кузина участвует в высокопоставленных оргиях – третий раз травит потомков во чреве. Ей тоже не до Господа нашего, хотя и якшается с прелатами.
А меня все сватают, замуж выдать хотят. Особенно старается Андрей, чтобы поправить свое материальное положение. То королю Кипра Жаку предлагают, то Караччиоло, итальянскому вельможе…
Но я сделала все, чтобы расстроить эти браки, разные слухи распускала, чтобы себя опорочить. Не по душе мне это… – Зоя на несколько секунд примолкла. – Давай, выкладывай, что тебе Ананий поручил.
Николай запустил руку во внутренний карман и передал Зое золотой медальон с гравировкой.
– Это «Орден Власти». Он обладает великой силой и поможет тебе выполнить свое предназначение. Так сказал Ананий. Ты знаешь, что это такое?
– Нет, не знаю, но узнаю. – Девушка спрятала артефакт в один из многочисленных карманов. – Еще что?
– Центром распространения нашей веры является Московия. Великий князь Иван овдовел и ищет новую супругу…
– Не продолжай. – Зоя накрыла руку Николая своей. – Об этом я и без тебя ведаю. Приходи завтра с утра пораньше, чтобы не попасть на глаза кардиналу Виссариону, моему наставнику. Он любит поспать и приходит поздно.
– Ты принимаешь меня на службу, принцесса? Преподобный Ананий очень желал этого. Я знаю, что ты находишься на содержании у папы Стикса (при этих словах Зоя поморщилась), поэтому жалованья мне не надо, пока не надо, пока у тебя не появится такой возможности. Я сам себя прокормлю. – Николай вспомнил о незадачливых грабителях и хищно усмехнулся.
– Принимаю. Будешь служить верой и правдой. О деньгах не беспокойся – не твое это дело. Жду тебя завтра. На соседней улице есть гостиница – остановишься там. – В словах Зои прозвучали повелительные нотки, что обрадовало Николая – у него появилась хозяйка. Да еще какая!
Утром девушка выглядела деловой и собранной. Они разместились на той же садовой скамейке.
– Выспался? – спросила Зоя вместо приветствия. – Про «Орден Власти» я все узнала, а тебе об этом знать не обязательно – целее будешь. А теперь слушай и внимай. Был тут у нас Ивашка Фрязин, посол великого князя Московского, все на меня смотрел, как будто приценивался, потом приехал Федька Хромый и сразу к папе. Уж о чем они там говорили… А потом ко мне прислали художника парсуну рисовать. И повезут этот портрет князю Ивану, сватать меня хотят. Папа Стикс рассчитывает, что я буду русских к униатству приучать. Такого разговора еще не было, но неминуемо будет. Я для вида соглашусь, покиваю, а потом обману по приезде в Московию. Ради нашей веры. Тебя же пристрою к легатам. Папа намеревается делегацию в Москву послать, и ты должен добиться аудиенции у князя Ивана и передать ему артефакт – он лучше меня им распорядится. А на словах скажи, что я как была православной веры, так и осталась. И пусть не слушает всяких злопыхателей, а их будет предостаточно.
– Но я же русского языка не знаю! – воскликнул Николай.
– Вот и учи, и чтоб знал, когда поедешь, – сказала Зоя. – Тут в Риме один русский купчишка обосновался, а него есть учитель, который учит его детей. Я тебя туда пристрою. Ко мне сюда не ходи, живи в гостинице, вот деньги на расходы, я сама тебя найду, когда надо. Все, иди.
– Не беспокойся, принцесса, я все правильно сделаю.
По дороге в гостиницу Николай осознал, что судьба делает крутой поворот. Но он хотел этого, желал и был готов к этому.
* * *
Пока папская делегация располагалась в предоставленных им палатах, Николай отправился добиваться аудиенции у великого князя. В этом помог ему боярин Федор Хромый – он знал, что Николай является доверенным лицом константинопольской принцессы, и уговорил Ивана побеседовать с ним. Князь принял посланца в трапезной, где с удовольствием поглощал стерляжью уху. Николай вошел и низко поклонился. Иван предложил ему присесть – не на официальной церемонии.
– И что ты мне привез от невесты? – спросил Иван с усмешкой. – Ушицы не хочешь отведать?
– Благодарю, милостивейший государь. Я сыт. – Голос у посланца дрожал – он никогда в своей жизни не был удостоен аудиенции на таком высоком уровне. Николай обернулся и посмотрел на Федора Хромого, оставшегося стоять возле двери – князь не предложил ему присесть. Намек был понят.
– Федька, поди погуляй – нам тут наедине надо поговорить. – Хромый вышел. – Ну, давай, выкладывай.
Князь нетерпеливо прищелкнул пальцами.
– А передать она просила вот это… – сказал Николай, слегка успокоившись.
На стол, рядом с тарелкой, лег золотой медальон. Иван аж застыл с ложкой в руке. Он хищно впился взглядом в артефакт, потом осторожно взял его в руку. Князь явно знал, что ему принесли. Повисла долгая пауза. Наконец он акцентированно выдохнул и сказал:
– Да это же «Орден Власти»! Не может быть! Откуда он у Зои Фоминичны?
– Я принес, – не моргнув глазом, ответил Николай.
– А у тебя откуда?
– От протоиерея Анания, это мой наставник, но у него уже ничего не спросишь – он умер.
– Царствие ему небесное. – Князь перекрестился. – А невеста не только хороша, как мне сказывали, но и умна. Никакое злато эту вещицу не заменит. Это не приданое, это судьба.
Иван еще раз взглянул на артефакт и спрятал его в складках одежды.
– Приданое тоже готовят, дай Бог, чтобы все сладилось. Там древние иконы и византийская библиотека. Насчет злата не знаю, – пояснил Николай.
– Бог с ним, со златом. – Князь как будто отмахнулся от назойливой мухи. – На словах что-нибудь Зоя Фоминична передавала? Говори. Ты ведь по-нашему разумеешь, по-русски. Акцент только у тебя то ли как у ляхов, то ли как у германцев. Откуда язык знаешь?
– Хозяйка заставила выучить перед поездкой. А передала она вот что…
