шагов, готовый в случае чего ретироваться из кабинета. – Вызывали?
Полковник одёрнул китель и явным усилием заставил себя сесть за стол. Максим видел, что начальник теперь отчаянно сдерживается, желая сохранить невозмутимое выражение лица.
– Товарищ полковник!
– Наша группа обнаружила одного из тех двоих, что были в машине во время убийства Фролова.
– Что же… – Максим запнулся. – Что в его показаниях?
– А я не говорил, что он давал показания, сынок. – Виктор Иванович тихо похлопал ладонями по старому деревянному столу. – Было обнаружено его тело.
– Тело? – В горле капитана противно пересохло.
– Убит был человечек наш.
– Как? – Максим нахмурился, глядя на полковника исподлобья.
Тот поднялся и снова вернулся к окну, глядя на шумную улицу и бесконечный цветной поток машин.
– Сквозное огнестрельное ранение шеи. Знакомо, да? – Виктор Иванович повернулся к Сиверину, прислоняясь к подоконнику. – Документы были при нём.
Максим кивнул, соглашаясь. Признаться, такого он никак не ожидал.
– Никаких других следов насилия обнаружено не было. Один выстрел, Максим. Его просто убрали. И мне бы сейчас бумажки писать на «верх»… – полковник отошёл от окна и принялся перебирать документы. – Я ради этой бумажки!..
Виктор Иванович в сердцах кинул тонкую папку на край стола, жестом предлагая Сиверину взять её.
– Теперь хоть уйти смогу спокойно…
Максим шагнул к столу, поднимая документы. Он раскрыл пластиковую папку, придерживая несколько листков. Принялся бегло перечитывать отчёт экспертов, и по мере того, как он переворачивал один лист за другим, лицо его серело. Когда же дочитал, то так и остался стоять с раскрытой папкой, не смея поднять взгляд к начальнику.
– Чёрт возьми. Кажется, я впервые рад, что кого-то убили… – Полковник снова хлопнул по столу, отходя от него. – Ты чист, Максим.
Глава 11
Голова шумела. Сиверин почти не слышал слова начальника. Мысли лихорадочно метались, не давая толком сосредоточиться.
– С чего такие выводы, товарищ полковник? – капитан поднял голову, глядя на него. – В отчёте лишь подтверждено, что стрелял один и тот же человек.
– Ты, Максим, внимательнее читай, – тихо велел Виктор Иванович.
– Что я должен тут увидеть?
Сиверин повысил голос и осёкся, понимая, что сейчас был не в том положении. Но полковник был настроен весьма добродушно, что в данной ситуации пугало ещё больше.
– Время смерти смотри.
Максим пробежался по пунктам отчёта, чувствуя, что спина взмокла.
– Прохор… – пробормотал он непослушными губами, понимая, что его скоро обвинят в убийстве собственного товарища.
– Ты ведь был занят в это время, Максим? И просто не мог находиться на месте преступления, о чём свидетельствует около десятка людей. Включая двух офицеров полиции.
– Виктор Иванович!
Полковник взмахом руки оборвал речь своего растерянного подчинённого.
– Мне вот одно интересно. Почему меня не было в списке этих людей, сынок? Я сейчас слишком рад, что подобные обвинения больше не коснутся тебя. В противном случае, я бы тебе это так не спустил!
Да что же он невезучий такой? Максим мысленно перечислял все известные проклятия в адрес Прохорова, доложившего, или точнее, заложившего его Иванычу. Понимал он и то, что без пинка Светланы тут тоже не обошлось. Сиверин даже понимал, почему товарищи так поступили. В глубине души понимал. Где-то очень глубоко… Вот почему он не мог дозвониться до негодяя. Анатолий был занят разговором с полковником! Они послали его сюда, быстренько рапортуя начальству! Теперь оставалось лишь импровизировать.
– Мы… торопились и не афишировали в связи с… моей проблемой. Всё прошло скромно, в кругу близких друзей. Мы намерены позже отпраздновать с семьёй.
И зачем он это сказал?! Максим увидел, как загорелся взгляд Виктора Ивановича, стоило упомянуть о праздновании и встрече с семьёй. Проклятье! Он настолько не ожидал подобного поворота, что даже не думал в эту минуту об информации, которую держал в руках.
– Мне бежать нужно, Максим. – Полковник подтянул узел галстука и оглядел свой кабинет взглядом человека, потерявшегося в лесу.
Он похлопал себя по карманам, явно в поисках ключей.
– Платье-то у неё было?
В голосе начальника послышалось отеческое волнение, и Максим поморщился, отворачиваясь. Укол совести был слишком чувствительным.
– Было…
– Максим, мне жаль, что всё так комом вышло.
– Да ничего, Виктор Иванович. – Максим вернулся к столу, вернул папку на прежнее место, и его руки задержались на ней. – Мне тоже бесконечно жаль.
Он зажмурился на мгновение, опуская голову, вцепившись пальцами в тонкий пластик. Жестокий подарок судьбы…
– Девочку-то свою не прячь, Максим. – Наконец находя пропавшие ключи, полковник коротко глянул в небольшое зеркало у шкафа и пригладил поседевшие волосы. – Мы с Марией Фёдоровной в субботу собираемся немного отдохнуть. Ты знаешь то тихое кафе напротив дома?
– Да. – Максим закусил губу, так и не открывая глаза.
– Вот в субботу и позавтракаем в нём. Готовят там замечательно.
– Товарищ полковник! – Он резко развернулся, сметая половину документов на пол, но в пылу даже не заметил этот факт.
– Давай, давай! Я и так задержался. Ждал тебя. Бегу в управление. Не разнеси кабинет.
Полковник махнул ему рукой, затем открывая дверь. Через пару минут Максим услышал, как отъехала его машина.
– Твою ж!..
Он зло ударил кулаком по столу. Тот грустно скрипнул. В этот момент Сиверин представил вместо стола небритое лицо своего друга.
– Ну, Прохор!
– Брат…
Хриплый голос за спиной прозвучал неожиданно, как выстрел. Капитан резко оглянулся, и Анатолию пришлось немедленно ретироваться из кабинета в коридор, наивно полагая, что при всех его убивать не станут.
– Я ж хотел как лучше!
– А сказать нельзя было?! – Максим вышел вслед за Прохоровым, хватая его за куртку и затаскивая обратно в кабинет.
Краем глаз он заметил Светлану, молчаливо взиравшую на них с противоположной стороны коридора. Глядя, как они сражаются, она покачала головой и направилась к товарищам, прикрывая дверь.
– Вы! Вы двое! – Максим осёкся и
