пиджак и застегнулся.
– Поехали.
На крыльце подъезда, Максим похлопал себя по карманам, вспоминая, куда дел ключи от машины.
– Мои поздравления, сынок, – хриплый прокуренный голос пробасил где-то сбоку.
Ключи от неожиданности выпали из руки и противно звякнули на ступеньках. Максим зло повернул голову, теперь наблюдая какого-то пенсионера в растянутой линялой майке, дымившего на балконе.
– Твою ж… – капитан осёкся, наклоняясь за ключами, и обратился к Веронике, – идём!
Он коротко кивнул соседу, которого и видно не было из-за серого дыма. Затем подтолкнул жену к машине, сверкавшей в лучах восходящего солнца. Как он ненавидел это авто… Ну почему красный? Вероника не успела толком устроиться в удобном белоснежном салоне, как они рванули с места, уносясь прочь от дома. Немного успокаиваясь, Максим окинул девушку быстрым взглядом.
– Куда ехать? – голос его звучал всё ещё сердито, и Максим заметил, как тщательно его спутница при этом принялась разглаживать невидимые складки на своём платье.
– Куда? – проговорил он, как мог мягче.
Вероника тихо проговорила адрес, указывая рукой куда-то в окно. Максим кивнул, разворачивая машину и выбирая кратчайший путь. Они неслись по гладкой дороге, девушка – с надеждой, что успеет, он – украдкой продолжая разглядывать её. Сегодня «Барби» была элегантна, как и в тот вечер. Она никак не походила на студентку-первокурсницу.
– Не смотри на меня так. – Вероника почувствовала его взгляд и отвернулась к окну.
– Как? – удивился Сиверин.
– В группе уже привыкли. Несколько дней в неделю я работаю и не успеваю переодеваться. Поэтому не смотри так.
Она нервно потянулась к переносице, пытаясь привычным движением поправить очки, которых не было.
– Как ты будешь на занятиях без очков? – негромко осведомился Максим. – Почему не взяла те, из дома?
Вспоминая ужасную оправу, он понял и без ответа. Чёрт! Не нужно было так горячиться в тот раз. Максим почувствовал укол совести и снова кинул на девушку быстрый взгляд.
– Обойдусь, – Вероника сердито сложила руки на груди, барабаня пальцами по рукавам.
– Обойдётся она… – проворчал в ответ капитан. – Впрочем, это твоё дело.
Кажется, он знал, чем займётся следующие несколько часов. Как будто других дел у него не было! И почему должен заморачиваться? Едва увидела ворота университета, Вероника готова была выйти на ходу. Она схватила холодную ручку дверцы, надеясь немедленно сбежать в корпус. Часы на руке говорили о том, что она, как Золушка, почти пропала.
– Да погоди ты, я заеду во двор! – хмуро велел Сиверин.
– Нет, не нужно. Я дойду и отсюда, – быстро отозвалась Вероника.
– Я сказал подождать.
Максим остановил машину у ворот, благо свободного места хватало. Проклятый «бмв» сверкал и резал взгляд, стоя около блеклых авто, которые были оставлены прибывшими преподавателями или студентами. Вероника нетерпеливо распахнула дверцу и уже стоя на тротуаре, повернулась к капитану. Она склонила голову, чтобы лучше видеть его в машине.
– Ты ведь сдержишь своё обещание? – с надеждой спросила Вероника.
Максим молча кивнул, глядя, как его жена торопливо прошла по дороге между низких скамеек, добираясь до центрального входа. Высокая кованая ограда, густо засаженная по периметру кустами, не давала ему нужного обзора. Сиверин потянулся к дверце, намереваясь закрыть, и только тогда увидел сумку Вероники, забытую ею в спешке на сиденье.
– Ты… – Он стиснул зубы, сдерживая рвавшиеся ругательства, и выбрался из машины, прихватывая с собой сумку. – Как с тобой можно держать слово? Вот скажи мне?
***
– Верчик! Я думала, что ты сегодня пропустишь пары. – Малышка с блестящим чёрным каре, восторженно поцеловала подругу в порозовевшую от волнения щёку.
– Немного проспала. Думала, не добегу. Я…
Вероника удивлённо похлопала себя по бокам, понимая, что чего-то не хватало. Её телефон куда-то пропал, и только теперь девушка поняла, где бросила свои вещи.
– Вот чёрт.
– Что забыла? – полюбопытствовала Маша.
– Вот невезение… – Вероника обхватила себя руками, крутясь, и оглядываясь по сторонам. – Я забыла сумку в машине. Что же делать? Он уже уехал!
– Кто? – Маша убрала за уши короткие пряди, кутаясь в длинную бежевую кофту, капюшон которой украшали длинные кроличьи уши.
– Неважно… – Вероника в отчаянии прикрыла ладонями лицо, горевшее от избытка чувств.
– Опа-на! А это что за дела? – голос второй подошедшей подруги заставил её немного раздвинуть пальцы, и выглянуть.
– О чём ты, Дин? – спросила испуганно Вероника.
– Ник, это что, обручалка? – Дина, высокая худощавая девушка, наклонилась к ней, чтобы лучше разглядеть украшение.
– Нет! Нет, нет и нет! – нервно мотнула головой Вероника. – Это просто…
– Почему я должен бегать за тобой?
Знакомый голос заставил её вздрогнуть от испуга, а подружек – оглянуться. Дина так и замерла с приоткрытым ртом. Маша несколько раз прошлась вокруг Сиверина, явно не замечая, что капитан едва не дымился, сжимая в руке лямку злополучной сумки.
– Следи за своими вещами. – Не дожидаясь ответа Вероники, он вручил ей сумку, намереваясь покинуть двор университета.
– Дин, у этого парня тоже колечко. – Маша прищурилась, глядя на Максима, будто следователь.
Дина впилась взглядом в его руку, которую капитан тут же зло засунул в карман мятых брюк.
– Мы с Машкой два дня до тебя достучаться не могли. Так вот почему?
Вероника умоляюще поглядела на Сиверина, но в его серых глазах было то же чувство. Как два узника на казни, они, не моргая, глядели друг на друга.
– Ты посмотри на эту парочку! Они даже не слышат, а? – Маша возмущённо притопнула ногой.
Максим устало вздохнул. Со всей этой суматохой он забыл предупредить девчонку, чтобы сняла кольцо. И сам хорош! Почему не сделал это? Он родился под несчастливой звездой …
– Ты что, зараза, замуж вышла втихаря? – Дина двинулась на подругу грозной ярко-фиолетовой тучей.
Её пушистая кофта мучила взгляд не хуже его машины. Боже, что с этими людьми не так? Максим вздохнул, понимая, что поседеет раньше положенных лет.
– Это был порыв. И мы, несомненно, поддались ему. Да, дорогая? – Сиверин, не меняя каменного выражения
