— Джуд…
Мне было страшно смотреть на него, но он провел по кончикам моих волос и не пробовал до меня дотронуться.
— Никто не возьмет тебя против твоего желания. Я обещаю тебе, Лус.
— Даже ты?
— Даже я, — его большой палец приблизился к обожженной щеке, я вздрогнула, — ты должна позволить мне помочь.
Я положила руку на своё лицо.
— Я собиралась посмотреть в зеркало, когда ты вышел из ванной. Все так плохо?
— Я видел и хуже, но выглядит болезненно.
Я встала с кровати и подошла к зеркалу, которое висело выше туалетного столика. Ожог смотрелся не просто болезненно, а уродливо. Моя правая щека была покрыта четкими перекрещивающимися красными линиями, было ощущение, будто я побывала в вафельнице.
Я прикусила нижнюю губу, пытаясь не заплакать.
— Дерьмо. Будет шрам.
Оборотень может залечить многие раны, но не нанесенные серебром.
— Ничего страшного.
Джуд внезапно оказался позади меня. В зеркале мы выгляди как день и ночь с моими большими черными глазами и облаком вьющихся темных волос и его длинными белокурыми волосами и задумчивыми глазами.
— В каком смысле? — я смотрела снова на мою щеку, — ты не можешь излечить серебреные ожоги? По крайней мере, оборотень не может, незнаю, как вампиры.
— Моя кровь может исцелить любую травму, даже серебреные ожоги.
Я посмотрела на шкаф, прослеживая глазами контуры коробочки с ювелирными украшениями и расчески.
— Я незнаю, Джуд. Я помню, что у нас сделка, но… но я не знаю, мне трудно взять у тебя кровь снова или дать тебе свою.
Он был тих в течение минуты.
— Я сожалею, что ты так считаешь.
— Это просто… — подняв взгляд, я встретила его глаза в зеркале, — это такой… интимный опыт и…я не думаю, что ты тот человек, о котором я думала, когда соглашалась.
— Разве я отрицал свою природу? Я говорил, что совершенен? — его тон был нежен, но глаза потемнели.
— Нет, никогда, — сказала я, — но ты…был таким понимающий, таким нежным. Ну, когда ты дотрагивался до меня. И я подумала…
— Ты думала, что руки, которые до тебя дотрагивались, никогда не смогут причинить боль, — он повернул меня так, чтобы я смотрела на него, кончики его пальцев тянулись к моей необожженной щеке, — я — существо насилия, Лус, это и означает быть вампиром, но это не значит, что во мне нет мягкости.
— Понимаю, но ты не видел, что я убиваю людей — хотя благодарна, что сегодня ты меня спас.
— Ты не нуждаешься в крови, чтобы выжить, а я да.
— Я думаю, что да, — я мучительно вздохнула, — я пробую сказать — то, что… ну в общем, возможно, ты должен уехать. Мне нужно время. Время, чтобы подумать.
Джуд нахмурился.
— Если бы на твоем месте был кто-то другой, я бы напомнил о договоре.
Мой характер дал о себе знать.
— Мы не подписывали контракт, Джуд и если ты хочешь денег, с превеликим удовольствием верну их или захочешь взять, что-то другое силой?
Его глаза вспыхнули.
— Ты знаешь, что я не сделаю этого.
— Тогда подожди и дай мне немного времени, то, что я увидела сегодня вечером, что узнала о тебе. Я не собираюсь разрывать сделку, но это возможно. Я сожалею.
— Мне тоже жаль, — он поправил волосы рукой, — ты будешь рассматривать следующий обмен крови? Это много значит для меня.
— Я подумаю.
— Да, подумай, — он поднял мой подбородок, пристально смотря в мои глаза, — подумайте об удовольствии, которое мы оба испытываем, так бывает не всегда, чтобы ты знала, то, что мы чувствовали при кормлении, было уникально.
— Я не знала.
Я могла почувствовать, что горячая кровь приливает к моему лицу, и я попробовала отвести взгляд.
Джуд не отпускал мой взгляд, но потом отпустил руку и освободил подбородок.
— Я знаю, что ты не хочешь, — пробормотал он, и я вышла из спальни, направляясь к небольшой гостиной. Джуд пошел за мной. Я поняла, почему так ужасно хочу, чтобы он уехал, ведь чем дольше я оставалась с ним, тем больше мне хотелось забыть отвратительный вечер и затащить его в постель. Я продолжала думать, какими прекрасными были его губы и нежными руки в прошлый раз. Как он кормил меня и ласкал, пока я наслаждалась и испытывала оргазм. Мое тело очень хотело этого снова, как будто наркотик, а я не любила зависеть, нуждаться или быть беспомощной. Джуд положил руку на ручку двери, как если бы он собирался уезжать, но он повернулся ко мне и положил руки на мои плечи.
— Есть другой путь.
Глава 5
Я посмотрела на него непонимающе.
— Другой путь, ты о чем?
— Чтобы излечить тебя.
Я нахмурилась.
— И не пить твою кровь?
— Да. Те же химические вещества, способствующие заживлению, находятся в других жидкостях моего тела, например, в слюне, — сказал он, увидев мой недоверчивый взгляд.
— Вы что хотите облизать мне лицо?
— Ты красива, Лус, но шрам останется на всю жизнь. Пожалуйста, позволь мне помочь.
Кончики его пальцев слегка скользили по моей ране. Я прикусила губу, чтобы воспрепятствовать стону, то, как он смотрел на меня, вызывало желание таить и дать ему все, что он попросит, и действительно чего страшного? Я же не хочу, чтобы остался уродливый шрам и если Джуд не собирается делать ничего кроме, как облизать несколько раз мою щеку, тогда почему бы и нет.
— Хорошо, — прошептала я, — но, только,…пожалуйста, осторожно.
— Конечно, — продышал он, — я никогда не сделаю тебе больно, Лус.
Затем его губы были у меня на щеке, такие теплые, влажные и нежные. Я закрыла глаза, и на сей раз стон сорвался с моих губ. То, как он целовал мою щеку, тщательно облизывая, прослеживая каждый контур серебреной цепи, напомнило мне, как он ласкал мою киску. Мои пальцы легли на его широкие, обнаженные плечи — его кожа была похожа на атлас под кончиками моих пальцев, и его аромат заполнил мои легкие, подобно экзотическим специям.
Щеку покалывало, но мне было не до нее. Я не чувствовала боли, единственное что я ощущала это дрожь во всем теле и удары сердца о ребра, из-за того, что он был так близко ко мне, трогая меня, целуя. Боже, я хочу его!
— Ты так красива, — шептал он, переходя от моей щеки к губам.
Мне стыдно признаться, я ответила ему. Все, что я видела и знала, было сожжено подобно хламу, брошенному в огонь. Все, что я видела и чувствовала, это его большое мускулистое тело, прижатое ко мне, его кожа под моими пальцами, то, как он поглаживал мои руки, и прикосновение моей груди к нему. Его клыки задели мой язык, и он начал кровоточить, но, не смотря на интенсивность поцелуя, он не тянул кровь. Не то чтобы, я не хотела этого.
