Глава 6
* * *
Джон Тёрнер
Вернулся домой и с удовольствием сел в глубокое кресло и расслабился.
Передо мной в камине пылал огонь, потрескивали дрова, и этот умиротворённый звук уюта возвращал мне силы.
Вытянул обутые в сапоги ноги.
На несколько минут закрыл глаза.
И тот час я снова увидел перед собой очаровательную леди Чантервиль, которая так бесстыдно, но волнующе встретила меня в одном полотенце.
Распахнул глаза и опустил подбородок на кулак.
Манжет шёлковой рубашки пенился белым кружевом вокруг запястья.
Пришёл слуга, бесшумно ступая по ворсистому ковру, и молча поставил на столик подле меня стакан и графин с виски. Выверенным движением он наполнил бокал и удалился, низко поклонившись.
Взял тяжёлый бокал и пристально посмотрел на янтарную жидкость, в которой бликами отражались языки пламени.
Прошло ещё несколько минут, а я продолжал греть бокал в руке и смотреть на огонь.
Все мои мысли занимала невозможно притягательная женщина, которая в очередной раз оказалась в неловкой ситуации.
Пока я снова и снова прокручивал в голове разговор с Оливией Чантервиль и заново вспоминал детали при обходе её дома, я всё больше убеждался, что она провела меня.
Маленькая и ловкая авантюристка.
Ход моих мыслей нарушил вошедший друг и мой фамильяр Перри – карликовый белый дракон.
Несмотря на свои размеры – Перри был не больше северного волка, мой помощник в бою по силе и ловкости не уступал своим сородичам – уже исчезнувшим диким драконам, которые когда-то покинули этот мир.
Об их присутствии напоминали карликовые драконы, которые свидетельствовали, что гигантские мудрые ящеры – это не миф, и они действительно жили среди нас многие века назад.
Перри, внешне похожий на ангела и доброго плюшевого зверька, мог ввести в заблуждение любого своей милой мордочкой. Да только это был опасный зверь: коварный и полностью преданный мне.
— Джон, я чувствую твоё смятение, — проговорил Перри, клубком устраиваясь в соседнем кресле. — День выдался тяжелый?
— В целом день такой же, как и предыдущие. Сплошная рутина, — ответил своему другу.
— Но что-то произошло, — настаивал Перри. — Поделись со мной.
Вздохнул и посмотрел в синие глаза ангелоподобного дракона.
— Леди Чантервиль.
Этого хватило, чтобы Перри всё понял.
— Ты же поклялся сам себе, что больше не станешь с ней связываться, Джон, — проговорил фамильяр недовольно. — Где ты её встретил?
Хмыкнул и сделал глоток обжигающей, но так необходимой мне жидкости.
— Я сам к ней пришёл, — ответил другу.
— Похоже, ты ещё более сумасшедший, чем я думал, — произнёс Перри после минутного молчания. — Или тебе так нравится мучить себя, Джон? Ты же едва выбросил её из головы и кое-как заглушил боль в своём сердце, как ты снова принялся за старое?! Посмотри на меня, инквизитор!
Перевёл скептический взгляд с огня на Перри и вздёрнул бровь.
— Она никогда тебя не любила, лишь играла твоими чувствами для достижения своей цели, точнее, чтобы подобраться к твоему… другу, которого больше нет. Она не достойна тебя, Джон. Когда же ты это поймёшь… — Перри вздохнул и покачал головой, продолжая буравить меня пристальным взглядом своих ярких синих и грустных глаз. — Больше не ищи с ней встреч. Пусть живёт своей жизнью. Без тебя.
Я сидел с каменным лицом, словно резкие слова друга, меня совершенно не задели.
Но Перри был абсолютно прав: я должен был передать дело Оливии своим помощникам. Не почину мне выписывать штрафы и напоминать о просроченных лицензиях.
Да, не по чину, пока дело не касалось леди Чантервиль.
Она Ангел.
Она Совершенство.
Она проклятая Мерзавка.
Меня и моего друга влюбила в себя, играла с нами и нашими чувствами. Несмотря на мои ухаживания, она выбрала его. И погубила.
— Вспомни о своей гордости, в конце концов, и найди уже кого-нибудь себе… Сколько можно в холостяках ходить? — проворчал дракон.
— Перри, — вздохнул я и отсалютовал ему своим бокалом. Потом сделал ещё один глоток и сказал: — Может, я и сумасшедший, но в таком случае — это самое сладкое безумие, что я испытывал. Эти страдания мучают меня, но и доставляют радость.
— Ты действительно безумен, Джон, — с рычанием сказал дракон и встрепенулся. — Если не прекратишь свои издевательства над самим собой, то клянусь, я перегрызу Оливии Чантервиль её тонкое горлышко.
Я уставился на Перри. Тот смотрел в ответ свирепым взглядом. Фамильяры по своей природе призваны оберегать своего партнёра от различных бед, в том числе и душевных.
— Ты знаешь, что тогда я тебя никогда не прощу и разорву нашу связь, — напомнил своему другу и помощнику о старом разговоре.
