Девушка несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Не помогло.
— У меня проблема. Большая такая проблема, — она уткнулась лицом в колени и не увидела, как сверкнули в темноте желтые звериные глаза.
* * *
Небо светлело. Сон бежал изголовья. От постоянного верчения с боку на бок уже болели ребра. А проклятые думы не желали покидать голову — терзали и мучали. Слишком много их, видимо, накопилось. Через некоторое время в предутреннем полумраке обозначилось какое-то движение. Это Шлец осторожно продвигался к ложу подруги по несчастью с одеялом в руках.
— Я знаю, что не спишь, — тихо прошептал он. — Можно составить тебе компанию?
— Садись.
Довольно кряхтя, вор уселся на свое одеяло и принялся сосредоточенно, наблюдать за светлеющим небом. После того, как он вздохнул в третий раз, Кассандра не выдержала и тоже села.
— Ты что-то хотел?
— Не желаешь сыграть в карты?
— Нет.
— Жаль… может, что-нибудь другое?
Она застонала и уронила голову на колени. Никогда прежде не было так тоскливо! Подумать только, сейчас могла бы сидеть дома и смотреть какой-нибудь фильм, а потом бы, легла спать, и увидела во сне Амона. Всего лишь во сне. Девушка зябко поежилась.
От парня, сидевшего рядом, не ускользнуло это движение, и он тут же заботливо накинул на продрогшие плечи «красавы» свое одеяло.
— Спасибо.
Какое-то время они посидели молча, думая каждый о своем, а потом Шлец легонько провел пальцем по щеке Кэсс. Та отстранилась, но юноша, словно не замечая этого, наклонился, собираясь её поцеловать.
— Нет, — девушка уперлась ладонью ему в грудь. — Нет.
— Кассандра!!!
Она вздрогнула и перевела взгляд на стоящего всего в нескольких шагах Амона. Он смотрел на нее вроде бы безразлично, но в глазах закипала хорошо знакомая холодная ярость. Неловко поднявшись на ноги, без вины виноватая открыла рот, но вновь закрыла его, не зная, что сказать.
— Что это было? — металлическим голосом спросил Хозяин, повернувшись к рабу.
— Ей одиноко, а я просто составил компанию, — тот примирительно улыбнулся, поднимаясь и сворачивая свое одеяло. — Она принадлежит тебе, господин, я помню.
Когда бывший воришка удалился, демон подошел к девушке и некоторое время стоял, слегка склонив голову, и рассматривая её.
— Опять замерзла?
Удивленная простотой вопроса, она кивнула, и робко спросила:
— А ты никогда не мерзнешь?
— Нет, — он повел плечами и за спиной раскрылись два призрачных черных крыла. — Под ними тепло.
Карие глаза наполнились изумлением:
— Как?
Она даже протянула руку, чтобы дотронуться, но вовремя отдернула, вспомнив, что это все-таки Амон.
Странная — обычно люди боятся его крыльев.
— Они могут стать прозрачными, плотными, легкими или тяжелыми. На них можно спать, можно укрываться, а можно сделать вот так, — крылья мягко взметнулись, и тихонько ойкнувшая Кэсс оказалась огорожена от всего мира, словно в алькове.
— Очень удобно, — вкрадчиво сказал демон.
— Тебе повезло.
Сразу же стало ясно — грозный Хозяин сегодня отчего-то в хорошем настроении. Знать бы только причину его благосклонности, а ещё быть уверенной в том, что нежданная милость не сменится за долю секунды на гнев.
И все-таки девушка не удержалась и подушечками пальцев осторожно коснулась крыла. Теплое. Мягкое.
— Подойди, — короткий приказ заставил вздрогнуть и улыбка незамедлительно сошла с лица. Только сейчас настигло запоздалое понимание: они остались один на один, скрытые от глаз спутников.
— Нет, — Кассандра отстранилась и уперлась лопатками в крылья. — Выпусти.
— Чего ты боишься? — вкрадчиво спросил Амон.
Все он знал. И о ней, и о её страхах. Врать не имело смысла:
— Тебя, — честно ответила девушка.
— Я такой страшный?
И он крыльями подтолкнул жертву к себе. Какое-то время изучающе смотрел на то, как судорожно она дышит, а потом наклонился… Вздох, и сердце строптивой невольницы, обмирая, рухнуло в пустоту. Её демон, её жуткий кошмар, её сон — прижимал ее к себе. Под прикосновениями горячих ладоней плавился и таял ужас, отступала Бездна, которую недавно довелось пригубить. Он живой, настоящий, как она только могла подумать, что в нем нет ничего, кроме пустоты?!
Девушка всем телом подалась вперед. Захотелось коснуться, почувствовать — какой он наощупь? Обжигающе горячий и при этом, будто высеченный из гладкого камня… Кэсс снова встала на цыпочки, как сутки назад, когда грозила Хозяину ножом, но теперь, осмелев, обняла за шею. По коже словно танцевало пламя, путешествуя за его руками. И ничего не осталось — ни боли, ни страха. Оказывается у него очень нежные губы. И руки. Отдаться его воле, никогда не перечить, быть покорной, самой покорной из всех рабынь…
Но в этот самый миг, когда она уже была готова добровольно подчиниться, демон отстранился и сказал с привычной насмешкой в голосе:
— Вот видишь, ничего страшного не произошло. Не я первый, не я последний… — он улыбнулся и убрал крылья. — Хотя… наверное, я все же первый.
Рука сама собой взлетела, чтобы влепить пощечину, но была перехвачена за запястье. Злость на лице Кассандры нисколько не уступала мгновенно вскипевшей ярости Амона. Но впервые его жертва, пригубившая Бездну и огонь, не обратила внимания на звериный блеск голубых глаз.
— Больше никогда меня не трогай. Лучше убей!
— Это было бы слишком просто, — пожал плечами демон — Поэтому ты будешь жить. И сломаешься, как все.
— Сам скорее переломишься! — пронзительно кинула она, сжимая смехотворные кулаки.
— Ты, похоже, забыла, кому принадлежишь, человечка? — прошипел уязвленный Хозяин.
Его глаза вмиг стали желтыми.
— Я. Тебе. Не. Принадлежу, — чеканя каждое слово, отозвалась рабыня. — И. Никогда. Не. Подчинюсь.
— Принадлежишь и подчинишься, иначе…
— Эй! — крикнул появившийся опять, словно ниоткуда, ангел. — Пора открывать Путь. Что ты там застыл?
Демон обернулся и смерил друга таким свирепым взглядом, что он отшатнулся. Кэсс воспользовавшись моментом, отступила подальше, чувствуя, как внутри все дрожит. Но жесткая рука тут же больно стиснула её за плечо и дернула, волоча, будто собачонку. Амон стремительно подошел к Андриэлю, а тот достал из-за пояса кинжал и острием прочертил на ладони кровавую линию. То же самое совершил и его спутник. Повернувшись лицом друг к другу, ангел и демон соприкоснулись ранами, смешивая кровь. Несколько секунд ничего не происходило, а потом из соединенных ладоней полилось ослепительное сияние. Шлец схватил ангела за руку и как только руки всех четырех путешественников соединились, не-люди выкрикнули что-то на гортанном, хриплом наречии. И свет померк…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
