Читаем без скачивания Альмарик - Роберт Говард

Видимо, засмотревшись на эту сцену, я чуть ослабил хватку. Резко извернувшись, Яга сумел сбросить меня со спины. Освободившись от груза, он резко метнулся в сторону и вверх, а я полетел вниз и, скатившись по ветвям какого-то дерева, рухнул на мягкий ковер травы и прошлогодней листвы прямо перед мордой разъяренного единорога.

В тот же миг его туша заслонила небо, а огромный рог нацелился мне в грудь. Я встал на одно колено и, увернувшись, попытался схватить рог и отвести удар в сторону. Словно выточенный из слоновой кости разящий меч чуть изменил направление движения, пройдя рядом с моим боком. В тот же миг я вонзил кинжал в могучую шею единорога. Но тут, получив сильнейший удар по черепу, я упал без чувств, погрузившись в темноту.

Глава VI

Без сознания я пробыл, наверное, совсем недолго. Первое, что я ощутил, придя в себя, -- это страшную тяжесть, навалившуюся на мое тело. Попытавшись выбраться из-под нее, я понял, что лежу, придавленный тушей единорога. Оказывается, мой кинжал вспорол его яремную вену. Но уже в падении мощный череп у основания рога все-таки успел сильным ударом отправить меня в нокаут. Только мягкая земля за спиной спасла меня от участи быть раздавленным в кашу. Выбраться из-под неподъемной туши было задачей, достойной еще одного подвига Геракла. Но все же я справился с ней и, полузадохнувшийся, залитый кровью единорога, все-таки вылез из-под мертвого зверя и огляделся. Моего коварного крылатого скакуна нигде не было видно, к тому же выокие деревья ограничивали обзор.

Выбрав дерево повыше остальных, я, как мог быстро, влез на самые верхние ветки и оттуда, словно с мачты, оглядел расстилавшееся передо мной зеленое море. Солнце клонилось к горизонту. Примерно в часе быстрой ходьбы к югу лес редел, сменяясь густыми кустарниками. От руин покинутого города поднимался в небо легкий дым. В этот момент я заметил, как мой бывший пленник спикировал вниз, к развалинам. Наверное, сбросив меня, он еще некоторое время покружился над местом моего падения, чтобы удостовериться, что я погиб, и просто перевести дух и дать крыльям отдохнуть после тяжелого полета с двойной нагрузкой.

Я выругался -- если он заметил, что единорог не убил меня, то шанс напасть на его компанию внезапно был упущен. Вдруг я с удивлением увидел, как Яга, не успев приземлиться среди развалин, взлетел и понесся оттуда что было сил. Он сломя голову помчался на юг, изо всех сил размахивая крыльями. Я только рот раскрыл. Что же могло послужить причиной такого стремительного бегства крылатого человека? Кого он увидел внизу вместо своих товарищей? Может быть, он увидел просто покинутую стоянку и бросился догонять соплеменников? Нет, слишком явно был видно, что его полет был ничем иным, как паническим бегством.

Встряхнув головой, я, обдумывая это дело, слез с дерева и направился к руинам со всей скоростью, с которой только мог продираться через густой подлесок, не обращая внимания на шорохи и шелест листьев вокруг меня и над моей головой.

Когда я выбрался из чащи лса, солнце уже село, и взошедшая луна осветила призрачным светом покинутый город. Приблизившись, я увидел, что этот город был построен не из уже знакомого мне зеленоватого кремневидного камня, а из мрамора. Направляясь к развалинам, я невольно впосмнил легенды Котхов, повествовавшие о древних мраморных городах, населенных привидениями. Никто уже не знал, откудаже появились эти города, кто их построил.

Полная тишина окутала меня, когда я вступил в город. Плотные, густые тени тянулись от полуразрушенных колонн и остатков стен. Сжимая в руке меч, я пробирался перебежками из одного пятна тени к другому, готовый отразить нападение ночного хищника или встретить караулящих меня в засаде крылатых людей. Вскоре я понял, что впервые на Альмарике оказался в полной тишине. Не было слышно ни далекого львиного рыка, ни противного тявканья гиен, -- ничего. Словно я остался один в окаменевшем мире.

В этой тишине я пробирался по грудам камней, пока не выбрался на открытое ровное место -- видимо, городскую площадь. Здесь я застыл, вздрогнув и покрывшись мурашками от ужаса.

В центре площади догорал костер, над которым на жердях были закреплены куски мяса. Яга, несомненно, собирались поужинать. Но сейчас они лежали по всей площади в таких позах, что их судьба была понятна с первого взгляда.

Никогда еще я не видел результатов такой дикой резни или, если хотите, бойни. Оторванные руки, ноги, отделенные от туловищ головы, вывалившиеся внутренности, просто куски тел, лужи крови -- покрывали площадь страшной мозаикой. Головы, словно оскалившиеся мячи, откатились, сверкая в темноте глазами, к самым стенам. Что-то или нечто набросилось на крылатых людей в тот момент, когда они, усевшись вокруг костра, протянули руки за пищей. Теперь эти руки, оторванные от тел, лежали на камнях. На телах были видны следы клыков или когтей, а некоторые кости были сломаны так, чтобы можно было добраться до находящегося в них мозга.

Холодный пот прошиб меня. Какое животное, кроме человека, так ломает кости. Да и сама беспощадная, но методичная резня походила скорее на чью-то осознанную атаку, быть межет, возмездие, совершенное с ритуальной жестокостью, свойственной существам, называющим себя людьми.

Но куда же подевалась Альтха? Ее останков на площади не было. Случайно задержавшись взглядом на кусках мяса на вертелах, я похолодел: похоже, рассказы Котхов были верны. Яга готовили себе на ужин человечину. Сдерживая ярость и омерзение, я осмотрел страшные куски, но обнаружил, что над костром были зажарены части мужского тела с крупными мышцами, а не тонкие худенькие конечности женщины. После такого зрелища я почти с удовлетворением обвел взглядом изуродованные останки крылатых людоедов.

Но где же девушка? Может быть, она смогла спрятаться в развалинах во время бойни, или нападавшие захватили ее и увели с собой? Окидывая взглядом полуобрушивающиеся башни, рухнувшие колонны, груды каменных блоков, бывших некогда стенами, я ощутил, почти физически, кожей, висящую в воздухе угрозу, зловещую опасность. Кроме того, инстинкт подсказывал мне, что за мной из темноты следят чьи-то глаза.

Пересилив появившийся в глубине души страх, я обошел площадь, переступая через куски тел и лужи крови, и наткнулся на уходящую куда-то в сторону цепочку кровавых капель. Не имея других следов, я двинулся по этой кровавой дорожке. По крайней мере, она должна вывести меня к убийце или убийцам крылатых людей.

Вскоре, пройдя некогда роскошную колоннаду, я вошел в темноту, под крышу огромного здания. Сквозь проломы в потолке и узкие окна пробивался лунный свет, в котором на светлом мраморе пола были хорошо видны кровавые капли. Войдя по этому следу в узкий коридор, я чуть не свернул себе шею, споткнувшись в темноте о ступеньки уходящей вниз лестницы. Пройдя один пролет, я остановился, поразмыслил и уже решил было возвращаться туда, где я хоть что-то видел, но тут до моих ушей донесся невыносимо знакомый голос, звавший меня. Сквозь темноту, слабо и откуда-то издалека, слышалось: "Исау! Исау Каирн!"