Все, удачи! – Берия замолчал и зашел в дом.
Платов вышел на Малую Никитскую, сел в служебный автомобиль и приказал водителю ехать в наркомат.
Глава 4
Платов вернулся в кабинет и тут же вызвал к себе своих помощников, капитана Цветова и старшего лейтенанта Данилина. Офицеры прибыли через считаные минуты. Служба в Четвертом управлении была поставлена образцово, впрочем, как и во всем Наркомате внутренних дел. Людей дисциплинировала война.
Платов поднялся, поздоровался с каждым и сказал:
– Присаживаться не предлагаю, разговор у нас будет короткий. – Старший майор взглянул на Цветова и продолжил: – Тебе, Вячеслав Сергеевич, необходимо срочно связаться с аэродромом, передать мой приказ экипажу транспортного самолета находиться в часовой готовности к вылету. Понял?
– Так точно!
– Выполняй!
– Есть! – Капитан козырнул и вышел из кабинета.
Старший майор повернулся к Данилину:
– Тебе, Толя, следует передать Боничу приказ подготовить легковой автомобиль, держать его на конспиративной квартире на окраине Киева. Как только получишь ответ от Бонича, отправишь шифрограмму командиру диверсионного отряда «Удар» подполковнику Ерину. В ней обозначишь задачу отправить в Киев под прикрытием бойца той группы, которая действует ближе всех к городу, за автомобилем. Перегнать его следует к выходу дороги Полтава – Копино – Харьков к Лухову болоту, там передать командиру группы «Удар-15». После этого сообщи о необходимости приема автомобиля капитану Рябинину. Запомнил? Или запишешь?
– Лучше запишу, – ответил старший лейтенант.
Он сделал это, прочел вслух, взглянул на Платова и спросил:
– Так, Петр Анатольевич?
– Так, – подтвердил начальник управления. – Теперь все действия по времени. Бонич сможет получить шифрограмму после девятнадцати. На подготовку «Мерседеса» уйдет час. Значит, до наступления комендантского часа успеет. С ним ясно. Теперь Ерин. Он получит приказ немедленно после отправки, свяжется с командиром группы «Удар-3». Она дислоцирована в ста восьмидесяти километрах от Киева и имеет грузовой транспорт. Следовательно, до рассвета завтра, в субботу, девятого мая, боец Ерина заберет автомобиль. Перегон в заданный район займет примерно шесть часов. Так долго потому, что вести машину придется по лесным дорогам. У всех командиров подразделений отряда карты таких дорог есть. Ориентировочное время выхода автомобиля в заданный район – одиннадцать часов. Ладно, пусть на всякий случай будет двенадцать ноль-ноль. Но с одиннадцати в квадрате быть заместителю Рябинина, который должен будет принять машину и спрятать ее в безопасном месте у Лухова болота. Записал? – спросил Платов.
– Так точно!
– Хорошо. Отправишь шифрограммы, доклад мне о получении приказа. Это касается командира «Удара». От Бонича сообщение получишь позже и уже не здесь.
Данилин с удивлением посмотрел на Платова:
– Не понял вас, товарищ старший майор. Что значит не здесь?
– Я знаю, Толя, что твоя жена должна вот-вот родить, и ты все свободное время проводишь у роддома, но придется тебе выехать из Москвы.
– Но, товарищ старший майор, может…
Платов прервал старшего лейтенанта:
– По-моему, я ясно выразился. Тебе предстоит покинуть Москву.
– Понял. – Помощник опустил голову.
Старший майор взял его за плечо и проговорил:
– Да не беспокойся ты о жене. Медперсонал предупрежден, осложнений, насколько мне известно, нет, родит твоя Татьяна нормально. Кого ждешь? Мальчика или девочку?
– Мне все равно. Я обещал быть с ней.
Платов убрал руку и повысил голос:
– В первую очередь, старший лейтенант, ты присягал на верность своей стране, своей партии, своему правительству, народу, в конце концов.
– Извините.
– Если все ясно, работай! Жду сообщений здесь.
– Есть, товарищ старший майор! – Старший лейтенант вышел из кабинета.
Платов сел за стол, развернул карту Украины.
Первым вернулся Цветов.
– Разрешите, Петр Анатольевич?
– Заходи, слушаю.
– Транспортный борт «ПС-84» к вылету готов, заправлен, экипаж находится в помещении дежурной смены.
– Хорошо.
– Но это не все.
– Что еще?
– Я связался с командующим авиацией дальнего действия Александром Евгеньевичем Головиным, поздравил его с присвоением звания генерал-лейтенанта авиации и спросил, не планирует ли он каких-либо масштабных операций. Мне пришлось говорить от вашего имени. Так вот, десятого мая, в воскресенье, полк бомбардировщиков «Ил-4» будет работать на рубеже Днепра.
– И с чего ты вдруг заинтересовался планами дальней авиации? – спросил Платов.
– Если мы отправим за линию фронта только транспортник, то это заметно увеличит риск его поражения вражескими зенитками, особенно в районе Харькова. Ну а если «ПС-84» пойдет вместе с полком, то наверняка проскочит, а вернется уже один, на большой высоте.
Платов усмехнулся.
– Молодец! Это ты хорошо придумал. Транспортник спрячется среди бомбардировщиков и истребителей, прикрывающих их. Значит, десятого числа. Точное время Головин не назвал?
– Сказал только, что вылет утром, как и обычно.
– Хорошо, я сам переговорю с ним.
– Я могу быть свободен?
– В пределах управления. Пока не завершим операцию «Проект», оставаться здесь! Любая отлучка только с моего разрешения.
– Я понял, Петр Анатольевич.
Капитан покинул кабинет, и в него тут же вошел старший лейтенант Данилин.
– Ну и что? – спросил Платов.
– Шифрограммы отправлены, все станции приняли их. От Ерина и Рябинина ответы последовали практически немедленно, одинаковые. Мол, приказ принял, приступаю к выполнению.
– И никаких вопросов?
– Никак нет! Вот расшифровки радиограмм.
Платов взял документы, прочитал их, отложил и вдруг спросил:
– В роддом звонил?
– Так точно! Поговорил с главным врачом, попросил его передать Татьяне, что убываю в срочную командировку.
– Не волнуйся. За ней присмотрят. Все будет хорошо. Мы обязательно отметим рождение вашего первенца. А сейчас ступай во двор, к моей машине. Я скоро выйду. Поедем на секретную дачу товарища Берии.
– Это ведь там сейчас размещена особая группа?
– Да, Толя. С самого начала и до окончания операции «Проект» тебе предстоит быть связным между Центром и особой группой, а также со всеми, кого придется задействовать в этом деле.
– Значит, это надолго.
– Не будем загадывать. Плохая примета.
– Да, Петр Анатольевич.
Проводив помощника, Платов позвонил секретарю Берии, сообщил, что выезжает на секретный объект готовить заброску особой группы в тыл врага, и тоже вышел во двор.
«ЗиС-101» стоял на обычном месте. Рядом с ним находились водитель и помощник. При появлении Платова они сели в автомобиль.
Старший майор опустился на сиденье переднего пассажира и приказал водителю:
– На объект!
Тот уже знал, что это значит, и повел автомобиль к выезду из города.
На секретную дачу Берии они прибыли в 19.30.
Только что прошел ужин, офицеры находились в своих комнатах.
Встречать Платова вышел Шелестов, оповещенный Лебедем.
– Здравия желаю, товарищ старший майор!
– Здравствуй, Максим! Знакомься. – Платов указал на своего спутника. – Это старший лейтенант госбезопасности Анатолий Данилин, по специальности связист, шифровщик, в общем, эрудит широкого профиля, с недавнего времени мой младший помощник.
– Майор Шелестов, – назвался Максим и пожал
