Я осталась на кухне и попыталась изложить ситуацию на бумаге. Впервые это далось мне с таким трудом.
АНАЛИЗ ПОЛОЖЕНИЯ РАЗБОЙНИКОВЫХЗаписала Вилья
Праздник лета был испорчен из-за того, что в коробке у Разбойниковых обнаружилась большая сумма денег.
Эти деньги Разбойниковы нашли в заброшенном доме, они или ничьи, или хозяин неизвестен.
Остальные разбойники потребовали разделить сокровище, но получили отказ.
Возможные причины такого требования:
а) остальные беднее Разбойниковых, и им нужны деньги на зиму;
б) остальные решили, что Разбойниковы хвастаются, поэтому деньги надо отнять в наказание;
в) клад, найденный в заброшенном доме, принадлежал кому-то из других разбойников!
Последствия отказа: ссора между Разбойниковыми и остальными.
Последствия ссоры: погоня.
Побег от погони удался благодаря:
а) высокоразвитому умению уходить от погони;
б) Хильдиному водительскому мастерству;
в) преступлению века, совершенному Калле: он проколол колеса остальным разбоймобилям, и они не смогли поехать за нами.
Во время или после ссоры кто-то вызвал на место праздника полицию.
Кого-то из разбойников могли задержать.
Весьма вероятно, что вину за это тоже возложат на Разбойниковых!
– По-моему, не стоит переживать из-за следующего праздника лета, – проговорила я. – Есть шанс, что праздника в следующем году вообще не будет.
«А если где-нибудь на дороге вам встретится другой разбоймобиль, надо улепетывать от него шустрее, чем от полиции», – подумала я, но вслух этого не произнесла. Похоже, теперь жизнь Разбойниковых кардинально изменится, и похоже, они этого пока не понимают.
– Кто же вызвал полицию? – Калле, оказывается, заглядывал в записную книжку через плечо.
Я захлопнула книжку – еще не хватало, чтобы Калле начал нервничать. Хватит ему того ОСБ.
– Спорим на годовой запас конфет, что я знаю, – лукаво подмигнула Хели. – Или нет: если я ошибаюсь, я отдам тебе свой балисонг.
– Ну? – заинтересовался Калле.
– Не спорь, – вмешалась я. – Это был мой отец.
Весь дом ходил на цыпочках до тех пор, пока скрип ступенек не возвестил о том, что Бешеный Карло проснулся. Мы все собрались в кухне, и нам всем нужен был какой-то план.
– У меня есть предложение, – сказала я Бешеному Карло, который сонно тер глаза. Под глазами у него залегли темные тени. Он выглядел человеком, пережившим крушение мечты. – По-моему, разбоймобиль надо перекрасить.
– Это еще что за бред! – рявкнул Карло. – Я на машинах собаку съел, уж кому, как не мне, знать, когда ее пора красить.
– Послушайте, – снова начала я. – Нас ищет куча народу. Большинство из них знает, как выглядит наш разбоймобиль. Значит, надо его замаскировать.
Хели показала большой палец, но так, чтобы его не увидел никто, кроме меня.
– Краска есть? – спросила Хильда у Кайи.
– А уф малявы найдутфа, – заверил Золотко. Он тоже переживал из-за сорвавшегося праздника. Все время, пока Карло спал, он молча просидел на веранде в Кайином плетеном кресле.
– Посмотрите, может, от Яакко что-то осталось, – отозвалась Кайя. – Он любил доводить до ума всякий автолом.
Яакко, муж Кайи, умер десять лет назад – об этом она тоже рассказала мне в наш первый приезд.
– Делайте что хотите, – махнул рукой Карло. – Хотите красить – красьте. Я пошел спать.
Кайя посмотрела вслед брату и с тревогой покачала головой.
Пока Карло спал, мы – Хели, Калле, Золотко и я – трудились в поте лица. Сначала нам пришлось вломиться в гараж – рассохшаяся дверь не открывалась как следует. Потом мы подперли ее бревном, иначе она била входящих по голове. В гараже было полно всякого хлама: старые диваны, инструменты, лыжи, садовый инвентарь. Похоже, сюда десятки лет складывали что попало. Краски нашлись на полке у самой стены – мы сразу их увидели, но, чтобы пробраться к ним, пришлось сперва разобрать завалы на полу. Банок было штук двадцать, крышки у некоторых так присохли, что мы отковыривали их ножом. Половина оказались пустыми, но, когда мы слили все краски вместе, на одну банку вполне набралось. Кайя принесла из дома кисточки, и мы прикрутили их к длинным палкам, чтобы дотянуться до крыши. Потом пришлось заклеить скотчем все части из нержавейки – их оказалась просто уйма, – и скотч еще тоже надо было разыскать.
Наконец мы приступили к покраске. Пит держал Хели на плечах, и она дотягивалась кистью на палке до труднодоступных мест. Краски хватило в самый раз. В честь завершения работ мы отправились купаться, а потом Кайя выдала нам всем по огромной порции мороженого, и мы накрошили в него шоколадных батончиков.
Мы как раз собирали с донышек последние крошки шоколада, когда Бешеный Карло проснулся во второй раз.
– Вы чего тут сидите? – буркнул он. – Когда красить будете?
– Да мы уже, – сказал Калле. – Только….
– Пусть сам увидит, – оборвала его Хели. – Машина готова, начальник, – отрапортовала она. – Стоит снаружи.
Карло вышел с кухни и секунду спустя влетел обратно с вытаращенными глазами, беспомощно раскрывая рот.
– Разбоймобиль, – выговорил он и закашлялся. – Кто? Какого?..
Он потерял дар речи и опустился на стул.
– Ну, что с ним? – попыталась помочь Кайя.
– Он же… розовый, – произнес Карло, сам себе не веря. – Чудовищно, неприлично, непростительно розовый!
Это была правда. Такой цвет идеально подошел бы для кукольной коляски, или для продавца сладкой ваты, или для фанатов Розовой Пантеры – но теперь это был наш разбоймобиль. В наше оправдание можно сказать только, что цвет мы не выбирали – это краски так смешались. И в этом были свои плюсы: признать разбоймобиль в таком виде было бы крайне сложно. Мы замаскировались на славу.
Глава 16
Серьезный разговор
Все собрались во дворе около разбоймобиля. Бешеный Карло ходил вокруг него, похлопывал его по крылу, поглаживал решетку радиатора.
– Розовый, – причитал он. – Я ни за что, никогда и ни за какие коврижки не смогу ходить на разбой на розовом разбоймобиле!
– Ну не ходи, – не выдержала Хильда. – Пусть Хели ходит. Она давно мечтает.
– Молчи, женщина! Я не об этом, – огрызнулся Карло.
– А я об этом, – не сдавалась Хильда. – А нам с тобой пора на пенсию.
Я заметила, как насторожилась Хели. Она делала вид, что строгает старым ножом палочку, но плечи ее напряглись, и дыхание стало чаще. Ходить на разбой, самой, уже сейчас? Стать атаманом в тринадцать лет! Но только… кто об этом узнает? Все, кому можно было об этом рассказать, мечтают только о том, чтобы задать Разбойниковым взбучку и отнять у них деньги.
– Не твоего это ума дело. У нас впереди еще много хороших лет, – проговорил Карло, и глаза у него засверкали точь-в-точь как у Хели, когда она была в ярости.
– Думаешь, хороших? – тихонько спросила Хильда.
Нож у Хели сорвался, на пальце показалась капля крови. Впервые на моей памяти Хели потерпела неудачу.
– Папа, – заговорил Калле, – я хочу в школу.
Хели встала, спрятала нож в ножны и сунула палец в рот. Потом отошла подальше, вынула из кармана балисонг и начала крутить его левой рукой. Клак-клак-клак.
– Я знаю, что раньше у нас было жилье, – продолжал Калле. – Мы можем вернуться туда. И я смогу ходить в школу. Давайте просто сделаем паузу. А на следующее лето, когда все успокоится, подумаем, что делать дальше.
Он умоляющими глазами посмотрел на меня: расскажи им, как важно ходить в школу. Расскажи, каково это – поднимать крышку собственной парты, укладывать собственные книжки в собственный рюкзак и идти домой, где ждет готовый обед. Но я ничем не могла ему помочь. Это их семья и их решение. Правда, оно отразится и на мне. Если Разбойниковы решат больше не разбойничать, мне тоже придется вернуться домой.
– Откуда ты это узнал? – резко спросила Хильда.
– Слышал где-то, – попытался выкрутиться Калле, но не выдержал Хильдиного пристального взгляда.
– Так вот что ты рассказываешь нашим детям, Кайя, – печально проговорил Бешеный Карло. – А я-то считал тебя самой… – голос его сорвался, и на глазах его показались слезы размером с брусничину. Он отвернулся и отошел в сторону.
Кайя в мгновение ока постарела на годы. Все морщинки проступили отчетливей.
– Я… хотела как лучше, – пробормотала она.
– Папа, я подслушивал! – крикнул Калле отцу вслед. – Кайя рассказывала не мне, а Вилье! Это я виноват!
Карло даже не обернулся. Во дворе воцарилась плотная горестная тишина.
В этот вечер все Разбойниковы прятались по своим углам. Я помогала Кайе варить суп из мясных консервов – самый любимый суп атамана, он всегда с удовольствием наворачивал его с гигантским ломтем подсушенного хлеба. Все собрались к столу, но ни у кого кусок в горло не лез.
