– С исключительно преступной подоплекой, – подхватила Кайя. Тут мы обе захихикали, а Кайя вдруг увалила меня на лужайку, и мне пришлось из всех сил бороться за свою свободу. Несмотря на возраст, хватка у Кайи была железная.
На следующий день в почтовый ящик у дороги опустили пять конвертов: три больших и два маленьких.
– ЭриПринт, – прочитал Калле на конверте. – Вилья, что ты задумала?
По пути к дому я распаковала конверты и позвала всех во двор.
– Внимание! Сейчас мы решим проблему розового разбоймобиля.
Разбойники в явной растерянности передавали конверты из рук в руки.
– Фто это ва фтуфьки? – решился спросить Пит. – Веффь, навевно, ховофая…
– Выбирайте, – торжественно объявила я. – Черепа. Шторма и метеориты. Привидения.
– Это… картинки? – осторожно уточнила Хильда.
– Это наклейки для автотюнинга! – провозгласила Кайя. Последнее слово она выучила вчера в кафе и так впечатлилась, что твердила его всю дорогу, пока я не попросила ее замолчать. – Индивидуальный дизайн!
– Черепушки, – ни секунды не сомневался Карло. Он вдруг снова стал тем настоящим атаманом, которого я знала с начала лета.
– А может, привидения? – заспорил Калле. – Давайте привидений!
– Черепа, и точка, – отрезал Карло. – Пока я работаю на этом разбоймобиле, на нем будут черепа. Это классика, стиль, черепа вызывают страх и уважение. Где ты их стащила? – деловито спросил он, недоверчиво подняв брови.
Я развернула наклейки. Они оказались довольно большие, пары черепов хватило бы, чтобы заклеить все крыло.
Во дворе стало тихо.
– Только представьте, – ухмыльнулась я. – Вы налепляете черепа на крылья и грабите киоск. После этого сворачиваете на боковую дорогу, отклеиваете наклейки – и можете спокойно ехать дальше. Не надо даже прятаться! Все будут искать машину с черепами. Главное, чтобы во время операции номер был закрыт.
– Класс, – проговорила Хели.
Это был величайший комплимент.
– Теперь что касается этих, – я помахала конвертами поменьше. – В ситуациях повышенной сложности тоже есть два выхода. Вот здесь – наклейки, которые превратят вас в доставку букетов, здесь – логотип рок-группы с автографами. Можно парковаться хоть рядом с полицейским участком, никому не придет в голову вас задержать.
– Преступление века! – выдохнул Бешеный Карло. – Мы станем самыми неуловимыми разбойниками Финляндии!
Как бы вам не остаться единственными свободными разбойниками Финляндии, подумала я. Это и было главной причиной, по которой я придумала план с наклейками. Я кожей ощущала ярость разбойников, попавших по нашей вине за решетку. Конечно, они сделают что угодно, чтобы Разбойниковых тоже изловили. Ну, а я сделаю что угодно, чтобы этому помешать.
– Я научу Хели заказывать такие, – пообещала я.
Все принялись распечатывать и разворачивать наклейки. Золотко и Карло начали подшучивать, а наклеив первую наклейку, Карло ткнул Кайю кулаком в бок. Предстояло сделать еще очень многое, но по крайней мере ссоры были забыты.
Глава 18
Выведение мастерства на новый уровень
Мы с Хели сидели на качелях. На коленях у меня покачивался ноутбук. Я только что научила Хели заказывать наклейки и платить за них с Кайиного счета.
– Ну ладно, – Хели потянулась и хрустнула пальцами. – Давай рассказывай.
– Что рассказывать? – прыснула я. Я-то думала, что Хели утомилась всей этой наукой дальше некуда.
– Хочешь сказать, ты меня позвала ради этих трали-вали? Давай, говори, как тут перейти к настоящим грабежам? Как приставить нож к горлу и потребовать конфет?
Она щелкнула пальцем по экрану:
– Раз в интернете есть магазины, значит, должны быть и киоски, которые можно ограбить?
– Ах вот оно что, – изумилась я. – Мне это даже в голову не пришло.
– Так пусть придет! Там, где есть люди, всегда есть лишнее барахло. А там, где есть излишки, можно разбойничать. Давай думай!
Я вспомнила, как папа засиживался за компом по вечерам: играл в «Две тысячи вопросов» – дурацкая игра, но он в ней был непобедим. Или караулил, когда закроется какой-нибудь аукцион, чтобы купить старинные монеты для своей коллекции. Монеты хранились у него в кабинете – сокровище, на которое Разбойниковы даже не польстились бы. Поджидая конца аукциона, папа становился просто другим человеком.
– Ах ты мерзкая автоматическая ставка! – рычал он. – Ну ничего, я тебя все равно обойду.
И обходил, конечно, а спустя два дня по почте приходила картонная коробка с новой монетой. Папа вынимал ее из пакета нежно, точно младенца, и зачарованно разглядывал через увеличительное стекло насечки и рельефный рисунок.
– Ты мое золотко, – приговаривал он, перекладывая монету в витрину и закрывая на замок. – Иди к Йоуни, вот так. Дай-ка я посажу тебя в гнездышко к подружкам.
Не припомню, чтобы он разговаривал таким тоном с нами, даже когда мы были маленькими.
– В интернете надо разбойничать по-другому, – сказала я, поразмыслив. – Там никого не запугаешь, зато можно обдурить. Надо заставить людей поверить, что им очень нужна какая-нибудь ерунда.
Хели уставилась в экран, и шестеренки у нее в голове закрутились с бешеной скоростью. Я встала с качелей и пошла помогать Кайе с ужином. Тогда я решила, что разговор про интернет-разбой закончен, хотя, зная Хели, можно было предположить, что это не так.
Вечером долго парились в сауне. Разбойниковы наконец-то смогли расслабиться в обществе друг друга. После сауны все, распаренные и краснощекие, собрались вокруг печки с блинами. Золотко еще в сауне начал вспоминать вылазки прошлых лет и продолжил разговор в кухне:
– А помните, как мы улепетывали от полифыи в Куммола? – Золотко не мог удержаться от смеха. – Я и не думал, фто такой толфтый мувык фпофобен так быфтво бегать! Небофь боялфя, фто домой его больфе не пуфтят.
– Мы тогда стянули для Хильды колготки и туфли на каблуках, – Хели помнила. – Из машины его жены.
– Его хозяйка как раз собиралась по случаю Иванова дня на танцы, – подхватил Карло. – Ну так ведь на машине не написано было, что за рулем – жена полицейского!.. А тот детектив-любитель, который шел за нами по следам от шин до самого лагеря?
– Где-то вядом ф Ханко, – вспомнил Пит. – Какое-то фовфем маленькое мефтефько, помню, у меня как вав болел вывот, а довога петляла фто твой ваятф.
– Он и правда подошел к самой палатке, – сказал Калле. – Я тогда был маленький и очень испугался.
– Такой мужичонка, похожий на криво разложенный стул, – хмыкнул Карло.
– ПоБу, классический экземпляр, – Хели оттопырила верхнюю губу. – «Верните мой з-зонтик. Шоколад и провиз-зию можете з-забирать, но з-зонтик – это фамильная ценность!»
– Папа вышвырнул его на дорогу, – с гордостью сообщил Калле. – И зонтик следом. Он нам был даже и не нужен. Сначала мы использовали его вместо колышка для палатки, но потом в спальнике нашелся наш старый.
– Когда надо, сил у нашего атамана хватает, – проговорила Хильда, вытягивая ноги к теплой печке.
– Ну хватит, – Кайя вскочила с места. – Я хочу с вами! Мне до смерти надоело слушать ваши байки. Я тоже хочу разбойничать, и меня вы из машины не выкинете. Братец, тебя я на обе лопатки уложу. Я вам не какая-нибудь сумасшедшая бабуся, которую можно проведывать из милости раз в два года. Я хочу опасностей и приключений!
Утихшая было ссора разгорелась с новой силой.
– И слушать не хочу, – Карло тоже привстал. – Вы что все, с ума посходили? Дети хотят атаманить, жены бунтуют, сестры встают на крыло, хотя десять лет подряд твердили мне, как безответственно делать то, о чем другие могут только мечтать.
– Ну не преувеличивай, – вмешалась Хильда. – Я просто сказала, что приятно было бы поспать на чистых простынях. Вряд ли это можно назвать бунтом.
– Послушайте-ка, – сказала я. – У меня есть предложение.
– Валяй, – махнул рукой Карло. – Что, ты тоже хочешь поводить разбоймобиль?
– Ни в коем случае, – ответила я. – Я хочу позвать всех вас в поход. Завтра.
– Ура-а! – обрадовался Калле. – И еды возьмем!
– Но у меня есть три условия, – продолжала я.
– Деффёнка науфилафь товговатьфя, – заметил Пит. – Ив нее выйдет непобедимый атаман, Кавло, так фто бевегифь!
– Давай, говори, – Карло хлопнул себя по лбу. – Хуже уже не будет. Мир, где дети ставят условия… Бог ты мой!
– Номер один, – я подняла указательный палец. – Нельзя ссориться и нельзя обсуждать план, пока не дослушаете его до конца.
– Идет, – сказала Хели.
– Согласен, – сказал Карло и в ожидании протестов оглядел остальных. – Все согласны.
– Номер два, – я подняла два пальца. – Мы поедем на разбоймобиле, и Кайя будет за рулем.
– А у Кайи есть права? – удивилась Хели.
– Я не поеду, – отрезала Хильда, уткнув руки в бока.
