— Всем, кому знаки внимания подбрасывал — никто не отказался. Хватали, радовались и бежали от счастья.
Фото на аватаре Борзого лично меня убеждает в том, что так и было. Здоровенный качок с татухами от плеч до пальцев, сжатых в кулаки. На майке надпись: «Порву на клочья».
— Друзья, я еще не знаю, какой вариант победит, — не все отметились в голосовании, — Мне лучше маму отправить к директору два раза в школу. Подумать даже страшно, как я смогу к ней подойти.
После дальнейших разборок и угроз, в которых каждый отстаивал свой вариант, решили дождаться голосов всех подписчиков. И через неделю запускать первые шаги к покорению.
***
На следующий день в школе оглядываюсь на свекольного цвета Стаса. В таком вот виде он и ворвался в класс. От злости пар из ушей валит. Сам пар не видно, но точно есть. Выросшая за ночь популярность совсем не радует главного звездуна школы. Хотя не пойму, чего он так кипятиться? Сам же хочет смешить толпу. Выделываться на публику. Получается, для него важно выбирать жертву прикола, оставляя за собой статус великолепного мачо.
Прославившийся в столовке «мачо» подходит ко мне, нависая над партой.
— Живин, ты нарвался конкретно. Ответишь за каждое фото, — присматриваюсь к ушам в поисках пара — красные. Значит, плавятся.
— А как фото будешь считать? — просто мне интересно стало.
Красавчик задумался, сузив гневные глазища.
Пугаться угроз, когда они прилетают каждую неделю уже надоело. Тоже, что ли, посчитать. Так я собьюсь, настолько часто в последнее время звучат в мой адрес обещания расправы. И это он не знает еще о попадании в топ «Посмешище» и моем блоге с подписчиками-друзьями, перевалившими за триста. Тогда бы расплавился целиком.
— Ну ты и оборзел, тролль, — цедит он сквозь зубы, не придумав метод подсчета, — Ты вообще здесь никто. Весь класс, кроме двух, таких же как ты ничтожеств, на моей стороне. Помни об этом, Живин.
Смотрю на удаляющуюся спину всемогущего звездуна сжимая до боли пальцы в кулак. Боррр не хочет помнить. Мечтает перевернуть обидные фразы наоборот, по совету Филина. От мечты до реальности, кажется, целая пропасть. И я всего лишь ползу, спотыкаясь в начале пути.
Третий урок меня избавляет от написания тестов. Вместо них приходится выслушать целую лекцию морали от директора под оханье мамы, отпросившейся с работы. Причитания мамы продолжаются и в коридоре. Она вообще у меня все принимает сильно близко к сердцу.
Замечаю Литерана, входящим в свой класс.
— Мам, ну я не полный бездарь и лентяй, — таким меня назвал директор, — Сейчас я познакомлю тебя с самым лучшим учителем. Узнаешь от него, что твой сын хоть в чем-то успевает.
Привожу ее к классу Литерана и оставляю выяснять подробности. Надеюсь, что учитель сможет маму успокоить.
После всех уроков из школы выходим втроем. Дома складываю паек для бригады строителей. Вера у меня еще не была, с интересом осматривается по сторонам.
— У тебя уютно по-домашнему, Боря. Мне нравится. Так и у нас было с папой, когда мы жили вместе.
Приятно, что Вере понравилось у меня. Раньше как-то не замечал ничего такого, воспринимая свое жилище, как так и надо. Но больше меня беспокоит слегка заметная тоска в ее янтарных глазах, которую она скрывает за улыбкой. Уже так привык думать, как Веру защитить. В школе мы с Тимом не оставляем одну. Но как ей живется потом, задумываюсь только сейчас.
На улице несу рюкзак Веры по дороге до спортзала. Там как раз находится остановка.
— Борь, я хоть узнаю Черепа? — беспокоится она, поглядывая на пакет с пирожками.
— Да, я предупредил, что ты моя подруга, — когда ее так называю всегда хихикает. Ну и пусть, все равно подруга, — Попросил его встречать тебя на остановке. Не хочу, чтобы ты блуждала по стройкам.
Вера согласно кивает. Мы договариваемся, что за рюкзаком она вернется потом ко мне в зал. И вечером ее проведу. Тим ржет над моими стратегиями, все реже сравнивая с зомби. С появлением блога у него не хватает времени зависнуть как раньше в игре.
— Вер, ты мне…, — хотел продолжить «позвони как вернешься», но не успеваю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Встречаем двух подружек Юлечки, сменивших наряды для школы на еще более откровенные. Хотя куда уж больше.
— Отличных ты себе друзей нашла, — задевает Веру посмеиваясь, ядовитая змеюка Стелла.
— Кто пожалел, на того и кинулась. Что тут непонятного, — выпускает жало и вторая, ничуть не лучше змеюки.
Приостанавливаюсь, забывая, что говорил до этого.
— Борь, идем, — густо краснея меня тянет от них Вера.
— Вначале зайдем в аптеку, — на меня устремляется в непонимании взгляд янтарных глаз, — Нам нужно купить противоядие. А то ходим не подготовившись. Стелла, какое лучше от ядовитых змей помогает?
Нахальные девицы посылают меня, куда подальше и ускоряют шаг на высоченных каблуках. А мы до самой остановки смеемся, перебирая подходящие названия для избавления от желчного яда.
Блог 12/1
Вера
Вначале испугалась Черепа, когда увидела в первый раз. Да он и в блоге не паинька. Кого захочет отправит к такой-то матери с полуоборота. И вот, спустя почти неделю моих поездок с пирожками, мне все меньше становится страшно и все больше смешно. Вся остановка в курсе дел его бригады, пока он ждет, чтоб я села в автобус.
Считаю, что мне все равно повезло. Вернее, пронесло. Могли ведь отправить в участок Хмыря накормить. Мне сложно отказывать Боре. В отличие от меня у него есть самая настоящая важная цель. И когда вижу его тоскливый взгляд в столовке на школьные подносы, внутри себя даже горжусь. Он держится. Молодец.
Вот я — нет. Не держусь, не-а. Обещаю себе не ныть. А все равно часто плачу в каморке. Жалуюсь рыбке, будто она понимает. Стараюсь казаться сильной. Но это обман. Слабачка, каких поискать и тихоня. Девочкам в классе совсем не могу дать отпор.
Выскакиваю из автобуса и вхожу в спортклуб. Администратор уже знает, к кому я иду и не задает лишних вопросов. Передо мной картина вчерашнего дня — Боря с выпученными глазами бежит по дорожке. Язык на плече. Тим скачет вокруг с телефоном, снимает. Инструктор угрожает оставить так до утра. В итоге внимание всего зала на нас.
— Вер, ну хоть ты им скажи, что Бору пора сделать остановку. Еще немного и весь земной полюс оббегу по километрам, — жалуется мне уставший бегун.
— Теперь до луны разгоняйся, — хохочет Тим над ним, пересказывая тут же подписчикам.
Даю лунному марафонцу воду, не зная больше, чем помочь. На датчике видно — один километр. Уже знаю от Тима, что раньше было еще веселее. Не Боре, разумеется. И даже то, что у него впервые получилось пять раз отжаться, инструктор для нас называет победой. По секрету пока большой спортсмен не слышит. С ним он строг и не дает послабления.
— Если весы меня сегодня обманут, — Боря снова принимается все стрелки переводить на невинную механику, когда мы выходим из зала, — Тогда я им не поверю. Мою футболку, если отжать ведро наберется. Ну почему результат так долго не видно?
— Эй, а щеки, — тычет в него пальцем присматриваясь Тим, — По-моему меньше становятся. Вера, а ты как думаешь? — подмигивает он за спиной друга.
В вечерней полутьме по дороге домой не особо видно, что стало меньше и больше.
— Совсем уже не видно щек, — говорю полуправду, — Сегодня ты нас точно удивишь. Не сомневайся.
Тим заходит в свой подъезд, и мы направляемся дальше вдвоем к моему дому. По моей просьбе близко не подходим, не хочу стать замеченной тетей из окон.
— Мне пора, — топчусь на опавших листьях, — Знаешь, я что подумала и поняла? — почему-то захотелось срочно поделиться, — Ты решил меняться и делаешь это. Значит, ты очень храбрый. Скоро всего добьешься.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Так теперь и считаю.
— Вера-вера, моя храбрость заметна только тебе, — отмахивается он совсем невесело, и даже грустно, натягивая замученную улыбку. — Легко менять вещи, а себя больно. Я не меняю себя, а ломаю. Каждый день превозмогая боль выжимаю последние силы. Но они не уходят. Возвращаются от понимания, что двигаюсь правильно. Не сорваться бы только…
