Читаем без скачивания Сокровища мертвых - Борис Бабкин

– Михаил Иванович, – обратился к Копылову вышедший из кабинета капитан, – вертолет нашли. В Кюсюре.

– А почему решили, что это именно тот вертолет, на котором везли Степанова? – спросил Бутов.

– Вертолетчик убит вместе с женой и сыном. Он бывший военный, майор Суслин. Воевал в Чечне, был ранен. В последнее время Суслин…

– Знаю, – кивнул Копылов. – Несколько раз он привлекался за незаконную охоту, да и за вертолет не раз его предупреждали. Он, как сам утверждал, его продал. А выходит, нет. Поехали!

– Значит, решили, что лучше убить, – вздохнул Бутов. – Получается, это очень и очень серьезно. Интересно, почему они Степанова живым отпустили?

– Решили, что он не представляет опасности. А возможно, и их уже убрали. Раз вертолет засветился, тем троим псевдомилиционерам поручили убрать вертолетчика с семьей. Значит, и жена, и сын Суслина видели этих троих. Дело серьезное.

– Слушай, Гауптман, – процедил Альберт Игоревич, – ты стал грубо работать. На кой хрен нужен был этот Савелий? Хорошо еще, догадался не оставить Суслина с его бабой и сыном. Запомни: еще одна осечка и… Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.

– Конечно, понимаю, – усмехнулся «капитан». – Но претензии не ко мне. Поговори с…

– Уже говорил, поэтому ты еще жив. Но больше ошибок быть не должно. Не попадайся на глаза Степанову. Савелий наверняка запомнил вас троих. Я удивляюсь, почему не составлены ваши фотороботы. Вернее, составлены, но там вы на себя не похожи.

– Он понимает, что мы вполне можем его сильно достать.

– Тоже верно. В общем, постарайся обойтись без ошибок.

– Теперь буду исполнять только ваши приказы.

Якутск

– Надо искать еще две, – проговорил Филимон. – А вот где, – он пожал плечами, – похоже, не знает никто. Кешка уехал. Да он и не нужен больше. Его парней…

– Альберт приказал не трогать его, – сказала женщина. – Его выдумка со староверами великолепна и ни у кого не вызовет никаких подозрений. Тем более придурки из его группы сами желают поработать. А вот с этой хабаровской шалавой надо что-то решать. Наглая баба – приехать туда, где убит ее брат, о котором…

– Более того, она нанесла визит Деновым. Представляешь?

– Вот это да! И дядька Афанасий не тронул ее?

– Нет. Но Надька не опасна, она ничего сделать не может. Иннокентий тоже вне игры. А вот мои двоюродные братцы со своим папашкой, дядькой Василем, опасны. Правда, у них нет икон, но они гораздо ближе к староверам, и не исключено…

– Со староверами кто-то поддерживает контакт, – перебила женщина. – Кто-то к ним приезжает. Плохо, что у нас нет среди них своего человека.

– Альберт тоже говорил об этом, но никого внедрить не удалось. Однако надо обязательно найти кого-то.

– Я пытаюсь. Мой человек вышел на одну женщину, брат которой у староверов. Отношения у них прекрасные, она говорила, что брату у них не нравится. Там он только потому, что ему платят за работу, но немного. И я думаю, его можно купить.

– Лучше ее. Она будет узнавать от него новости и немедленно сообщать тебе.

– Да, так и сделаем.

– А ты молодец, Инна! – Филимон поцеловал ее.

– Я очень хочу выйти за тебя замуж, – засмеялась она. – И сразу отправиться в свадебное кругосветное путешествие.

– Так и будет.

– Кешки в городе нет, – сообщил невысокий мужчина. С ним вошли трое парней. – Они по Лене вверх ушли. Провожать их мы не стали. Кешка тот еще зверюга, понял бы…

– С ним Ритка, – сказал Филимон, – и Митяй, так что он под контролем.

– А ты думаешь, он ничего не понял или просто прикинулся? – спросила Инна.

– Вроде нет, – ответил Филимон. – По крайней мере был очень недоволен. Перерисовал все значки с икон и пытался выяснить у отца, у кого находятся остальные. Ну, три у Денова, а вот где еще две, похоже, никто не знает. Да я думаю, что те две не нужны. И вообще иконы просто так, для понта в дело ввели, они отвлекают внимание от староверов, которые копают. А они пытаются выйти на захоронение. Вот их бы прижать.

– Вы свободны, – кивнула мужчине с парнями Инна. Те вышли.

– Не веришь бойцам? – усмехнулся Торов.

– Я им за работу деньги плачу, – ответила она. – Теперь о староверах. Мы же решили попробовать подкупить одного. Я сегодня же поеду к его сестре и там решу, как быть – с ним договариваться или получать информацию от сестры. Проверю, насколько он откровенен с ней, и приму решение.

– Думаешь, сумеешь?…

– Если он недоволен, то нужно пообещать ему приличные деньги. А когда все будет сделано, уберем его.

– Жесткая ты, Инна, – усмехнулся Филимон.

– Я кое-что поняла: нельзя, чтобы многие знали о том, как ты стала богатой.

– Попробуй договориться. Парней с собой возьми, а то хрен его знает, нарвешься на кого-нибудь.

– Бутов, правильно поступил, – заявил генерал-лейтенант. – Судя по всему, староверам есть что скрывать. Но как выяснить, что именно? Если начнем проверку, поднимется шум – преследование за веру. Что у нас есть по Глухову?

– Имя Степан Яковлевич, – сообщил капитан милиции. – Сын расстрелянного Глухова. Тот тоже был сыном расстрелянного за бандитизм Егора. Отец Степана, Яков, был ярым старовером. В ссоре за веру убил троих и ушел в тайгу. Создал банду и два года гулял по Якутии и Колыме. Его задержали, когда он был ранен. Приговорили к расстрелу. Тогда Степану было двадцать лет, сейчас пятьдесят пять. В восемьдесят третьем был осужден за бродяжничество. Дали год. Потом сидел еще полтора. После распада СССР создал общину староверов, ни в чем противозаконном замешан не был.

– Понятно, – кивнул генерал. – Свои отсидки объяснял тем, что пострадал за подлинную веру. И что делать будем?

– Найти мы ничего у них не найдем, – покачал головой подполковник милиции.

– Нужно внедрить к ним нашего сотрудника, – сказал мужчина в штатском. – Сделать это не составит труда. Но месяца три у них испытательный срок – очищение от грехов работой. Вкалывают по двенадцать часов. В течение первых десяти дней получают раз в сутки воду и хлеб. Пройдет слишком много времени, пока наш человек сумеет стать своим в общине.

– А возможности завербовать кого-то из поселенцев нет? – спросил подполковник.

– Исключено, – ответил капитан. – Все они преданы Глухову и зовут его Посланцем Божьим. Кстати, помните, наверное, в августе прошлого года была статья в газете «Таежная жизнь», в ней Глухов утверждал, что его недруги, чтобы очернить его, пытаются подкупить кого-то из его паствы.

– Помню, – кивнул генерал. – С этим делом прокуратура республики разбиралась. Решайте, что будем делать.

Поселок Ихын

– Добрый день, – улыбнулась вошедшая Инна.

– Здравствуйте вам, – шагнула навстречу женщина. – А говорили, что…

– Анна, – перебила Инна, – я тут кое-что привезла. – Повернувшись к двери, громко приказала. – Вносите все.

– К Анке ухажер, что ль, приехал? – сказал пожилой мужчина. – Глянь-ка, Клавдия, сумки и ящики троица таскает. Видать, охмурила какого-то из новых русских. Ай да девка, молодец!

– Нам гостинцы принесет али нет? – спросила пожилая женщина.

– Господи, – сглотнув слюну, прошептала Анна, – какие деньжищи-то. И это все нам?

– Вам, – кивнула Инна, – если я буду знать о том, что делается в общине.

– Да там только молятся и работают. Грехов там не допускается, и блуда нет.

– Послушай, Анна, – нетерпеливо заявила Инна, – ты говорила, что твой брат Степан хочет оттуда уйти. И ты сама не против переехать отсюда в какой-нибудь город. Это не исключено, если вы сумеете. Тебе будут привозить продукты, одежду и немного денег. Если вы поможете мне узнать, где ищут захоронения святого рода, получите по миллиону рублей, квартиру где пожелаете и машину. Я устрою тебя на частную фабрику женской одежды. Ты же умеешь шить. Но я должна знать все о работе староверов в скалах. Подумай, прежде чем дать ответ. Если попытаешься меня обмануть, тебя убьют. Поразмышляй, а я пока выпью кофе.

Она вышла на кухню и, налив воды в побитый чайник, поставила на электроплитку.

– Жареный! – громко крикнула она. – Принеси кофе, сливки и сахар! И не забудь мою чашку!

– Барыня, – усмехнулась Анна, – чашку ей. Брезгует! – Она грубо выругалась. Мимо нее на кухню прошел молодой крепкий мужчина с сумкой. Анна со вздохом поднялась и вышла на кухню. – Знаешь, что я тебе скажу… То, что ты предлагаешь, очень хорошо. Но я тебе не верю. Верить на слово нельзя. За гостинцы спасибо, а деньги ты забери, потому как Степа, брат мой…

– Она тебе нравится? – спросила у мужика Инна.

– А что? – Жареный оценивающе взглянул на хозяйку. – Очень даже ничего. Приодеть, чуть подштукатурить – и ништяк. Фигурка класс, ножки тоже. И глазки по мужику голодные, в постели удовольствие доставит.

Анна порозовела.

– Послушай, – заварив кофе, сказала Инна, – будь ты уродиной, я бы с тобой и говорить не стала. Страшные бывают злыми, а ты женщина привлекательная. Приоденешься, и из-за тебя мужики драться станут. То, что ты мне не веришь, дело твое. Но обманывать мне тебя ни к чему. Ты поможешь нам, а мы тебе. Потому что скорее всего ты нам еще понадобишься. В общем, думай. Через три часа я уеду и хочу знать ответ. Соседям скажешь, что я из отдела социального обеспечения. Выборы, мол, на носу, вот и ездят. В общем, думай.