уйти из этого дома.
Грир рассмеялся.
— Осторожничаешь, Дрейвн? Ты лучше спроси себя, сможешь ли ты обойтись без меня? Носитель перстня XI в руках юзендманна, и он запел под пытками.
По лицу Дрейвна пробежала неясная тень.
— Не верь ему! — резко выкрикнул Харди. — У него что-то на уме.
— Возможно. Однако, мне представляется, что он прав в том, что нам без него не справиться. Что ты знаешь об XI?
— Это уже ближе к делу, — осклабился Грир. — Это доказывает, что ты понимаешь, о чём речь. Ты ведь удивлён его исчезновению? Они сцапали его, и отдали палачу, который изрядно над ним поработал, таким образом, что он запел, как соловей. Им показалось мало, и палач подзакрутил винты. Возможно, вашему исполнителю и сказать-то больше было нечего, но они ему не поверили. Так он, под пыткой, и помер.
Харди задохнулся от ужаса. Грир повернулся к нему.
— Сдаётся мне, что ты не крепче XI, — улыбнулся он. — Ты бы запел только при виде жаровни и дыбы.
— Достаточно, — холодно сказал Дрейвн. — Назови мне имя этого юзендманна.
Грир покачал головой.
— И ты хочешь, чтобы я отдал тебе свои кости? Сделай для меня кое-что, и тогда я сделаю всё для тебя. Мне нужно убежище и работа. Это сделка.
Дрейвн посмотрел на Харди.
— Переправим его в Рощу, — сказал он. — Там он выложит всё. У нас свои приёмы, заставляющие человека говорить.
РОЩА
В темноте выделялся лишь силуэт Карлуса Шваба. Грир сидел на полу, прислонясь спиной к стенке дилижанса, который трясся по дороге в неизвестность. Грир давно уже потерял всякое представление о пространстве и времени.
Неожиданно бодрый после удара мечом Карлус Шваб явился в дом Харди и забрал его с собой. Грир последовал за ним с охотой, поскольку осознавал крайнюю опасность своего положения. Но он понимал теперь оправданность этого риска. Грир добился успеха: он убедился, что Дрейвн и Харди действительно связаны с сектой. Неясным оставалось место Дрейвна в этой организации. Грир сомневался в том, что старик был её главой. Карлус Шваб вел себя с ним непочтительно. Очевидным была также подчинённая роль в этой игре Харди. Он явно опасался и Шваба, и Дрейвна. Грир держался настороже. Лиру увёл Спиро перед прибытием Карлуса. Казалось, её потряс рассказ Грира.
Они ехали довольно долго, молча и сверля друг друга злобными взглядами. Наконец, дилижанс остановился.
Дверь распахнулась.
— Вываливайся, — приказал Карлус Шваб.
Грир свыскочил на землю, следом за ним вышел и Шваб.
Местность была погружена во тьму, и лишь фонарь дилижанса освещал широкую тропу, окружённую древними деревьями колоссальных размеров. Вдали Грир сумел разглядеть длинный деревянный дом.
— Двигай, — сказал Шваб и подтолкнул его по направлению к дому. Грир пошёл впереди него. Широкая дверь открылась, и они оба вошли в огромный холл с Полукруглыми балками. Очаг посередине холла ярко освещал его.
Мужчина в жёлтой тоге и остроносых кожаных ботинках захлопнул за ними дверь.
— Теперь у тебя будет время, — сухо сказал Карлус Шваб. — Позаботься о нём, а я немного посплю.
Карлус Шваб ушёл. Мужчина долго осматривал Грира, после чего кивнул.
— Ступай за мной, — холодно сказал он. — Мистер Хэйвуд хочет видеть тебя.
Грир с интересом рассмотрел его. Он был был высоким, худым и бледным. У него был узкий и высокий лоб, вздёрнутый затылок, маленькие жёлтые глаза, тонкие губы и прямой тонкий нос. Гриру хорошо был знаком подобный тип. Он был из той породы, что во время ереси Чёрной Тени служили отступникам. Инструмент пыток — безжалостный и холодный. Нет ничего отвратительного, на что он был бы неспособен. Если Карлус Шваб опасен, то этот персонаж ввергал в ужас.
— Ступай, — повторил он и безмолвно отправился через холл в задние комнаты. Он открыл дверь и замер в ожидании, когда пройдёт Грир.
Когда Грир проходил мимо него, он уловил исходящий от него сильный запах крови. Он вошёл в небольшую, просто обставленную деревянной мебелью комнату, с ярко пылающим очагом в углу. Единственная масляная лампа освещала угол с креслом у стола. Перед очагом, скрытый креслом, расположился мужчина. Услышав скрип двери, он с любопытством оглянулся на вошедшего.
— Мистер Грир?
— Кусок его.
— Великолепно. Ступай, Эллджер, — сказал сидящий в кресле. — Когда ты понадобишься, я позову.
Тот вышел и прикрыл за собой дверь.
— Подойди к огню. Ты, должно быть, замёрз. Ночи здесь холодны и пробирают сыростью. Разреши представиться. Я — Перс Хэйвуд. И я, действительно, до чрезвычайности рад видеть здесь тебя.
— Не могу уверить во взаимности, — парировал Грир и подошёл к огню. Он присел в кресло напротив Хэйвуда, вытянул ноги к очагу и с интересом принялся его рассматривать. Он видел перед собой крупного худого мужчину с вытянутым морщинистым лицом, маленькими косыми глазами и широкой улыбкой, открывавшей желтые и острые зубы.
Хэйвуд тоже носил жёлтую тогу, как и Эллджер. На массивных ногах так же были надеты кожаные остроносые пулены. Редкие длинные волосы падали за уши и на спину.
— Твой визит внезапен. — улыбнулся Хэйвуд. — Дрейвн рассказывал мне о тебе и, конечно, я наслышан о твоей репутации. Так ты желаешь присоединиться к нашему обществу?
— Не то, чтобы я горел особым желанием, обстоятельства вынуждают выбрать либо плаху, либо ваше общество, — ответил Грир.
Тот покачал головой.
— Как бы там ни было, я очень рад, мистер Грир, — продолжил Хэйвуд, — что ты теперь на нашей стороне. Ты из тех людей, в которых нуждается наша организация. У тебя богатый жизненный опыт, и, я уверен, что ты хорошо послужишь нашему делу.
— Можешь на меня рассчитывать, — ответил Грир, удивлённый направлением беседы. — Но я должен тебя предупредить, что я не работаю бесплатно ни для какого дела.
Хэйвуд кивнул.
— Я вижу, ты не лишён прагматизма, — сказал он. — Это нам нравится. Однако, в настоящий момент ты находишься на испытании и, под пристальным наблюдением. Как только мы убедимся, что ты полезен нашему делу, ты начнёшь получать щедрое вознаграждение за всё, что сделаешь для нас. — Он снова улыбнулся. — Я так понимаю, ты под подозрением у Дрейвна. Он крайне подозрителен. Он никому не доверяет. — Он снова кивнул. — И должен признать его правоту. Доверять в наше время нельзя никому.
— Стало быть, я пленник? — с вежливой заинтересованностью спросил Грир.
— Это, пожалуй, слишком сильно сказано. Твоя свобода несколько ограничена. Временно. И, поскольку уж у нас пошла откровенная беседа, прими мой совет и не пытайся бежать отсюда. Это место окружено забором в три человеческих роста, и здесь полно ядовитых змей. — Он
