– Ничего, – сказала я Отступнику, сильнее сжимая руку брата. Тот протестующе засопел, но вырываться не стал. – Мы просто идем по своим делам.
– Вчера тебя не было в Убежище, хотя Чандлер сказал, что ты придешь. Я ждал.
– Мне сейчас не до Убежища, – призналась ему честно. – Так что можешь меня не ждать. Но сейчас нам с братом пора, иначе…
Не удержалась, все же повернула голову. Кажется, со стороны проходной раздавались встревоженные голоса, а это могло означать лишь одно.
– Похоже, у тебя неприятности, – сделал совершенно правильный вывод парень.
– Очень на это похоже, – все же согласилась с ним, а Рори засопел еще громче.
– Кто именно тебя обидел?
Сперва не хотела рассказывать, а потом подумала, что хуже уже вряд ли будет. Куда уж хуже!..
– Управляющий. Предложил аж целых семь фартингов за кое-какие услуги с моей стороны, но вместо этого получил графином по спине. Но я его не убила, – быстро сказала ему, – так что… Хотя думаю, меня все равно будут искать.
Парень кивнул.
– Значит, управляющий, – произнес он.
– Некий Георг Госсип, – наябедничала я.
Еще один кивок.
– Идите домой, – произнес он. – Встретимся позже. Думаю, мне стоит навестить спичечную фабрику и поговорить кое с кем по душам.
Я хотела спросить, почему он принимает участие в моей запутанной жизни, но не стала этого делать. Лишь покрепче сжала руку Рори, после чего мы с братом пошли.
А что еще мне оставалось делать?!
***
Придя в себя, Госсип кое-как поднялся на ноги, затем, покряхтывая, доковылял до шкафа в углу кабинета. Распахнув дверцу, трясущимися руками достал початую бутылку бренди и бокал.
Спина все еще болела, но куда больше его беспокоило то, что он не мог потрогать ушибленное место – руки не доставали. Это раздражало Госсипа даже сильнее, чем бардак в кабинете и… неудовлетворенное эго.
А ведь та девка была чудо как хороша! Красивее всех, кто побывал в его кабинете за последние пару лет. И как он только раньше ее не замечал?
Да и как она посмела ему отказать?!
Поморщившись, Госсип опрокинул в себя стакан, после чего зычным голосом покликал секретаршу. Вскоре та серой мышкой проскользнула в его кабинет из смежной комнаты и растерянно уставилась на погром.
– Господин Госсип, что здесь произошло? – чуть ли не плача спросила она. – С вами все в порядке?
– Все нормально, но пришли кого-нибудь здесь убрать, – приказал он, кивнув на осколкиграфина и перевернутые столик и пепельницу. – И вот еще, мне нужно знать, кто только что был в моем кабинете. Сходи к миссис Торнтон, пусть назовет тебе имя и ее адрес.
– Все сделаю, господин Госсип!
– Заодно раздобудь мне бутылку бренди. – Потому что он как раз допил то, что оставалось на дне. – Исключительно в лечебных целях! Видишь же, что натворила эта сумасшедшая? Вот в каких условиях мне приходится работать! Чокнутая девица вышла из себя, принялась угрожать, затем поломала мебель и ударила меня…
Секретарша сочувственно покивала, но Госсип не увидел на ее лице следов сожаления. Она знала о том, что время от времени происходило в его кабинете. Но молчала, опасаясь потерять место, а ему было все равно.
– Вон! – приказал ей равнодушным голосом, после чего плюхнулся на софу.
Поморщился – ушибленная спина давала о себе знать. Закурил, принявшись стряхивать пепел на ковер, размышляя о том, что сделает с той девицей.
Адрес вскоре у него будет, поэтому он возьмет пару охранников и заявится к ней уже эти вечером. Нет, предъявлять обвинение и сажать ее в тюрьму он не станет, слишком уж хороша! Но ей долго придется отрабатывать то, что она натворила.
И мысли его посетили самые что ни на есть приятные.
Внезапно Госсип краем глаза заметил какое-то движение. В кабинете за долю секунды что-то изменилось, хотя он не услышал ни единого звука.
Он неверяще отшатнулся, прислонившись болящим местом к спинке софы, потому что… перед ним стоял высокий темноволосый парень. Явно из голодранцев из Сели – об этом говорил его расхристанный вид.
Сам же Госсип, пусть и родился в Сели, но не так давно перебрался на Акулий Остров. Купил себе дом, перевез жену, любовнице снял квартирку побольше, но, конечно же, на другой стороне реки, а детей устроил в лучшие академии Ровейны.
Жизнь потекла по самому что ни на есть приятному руслу – с небольшими развлечениями в его кабинете, – но ровно до тех пор, пока он не получил графином по спине.
А теперь еще этот голодранец в распахнутом пальто – и как он только сюда попал через закрытую-то дверь?
– Кто ты такой?! – рявкнул управляющий
– Это ты – Госсип? – ленивым голосом поинтересовался тот, не спеша отвечать на вопрос.
– Допустим! Но для тебя я – господин Георг Госсип. А теперь пошел прочь! – ледяным голосом произнес управляющий. – У меня здесь не проходной двор. Запишись на прием, и, возможно, для тебя даже найдется время в следующем году.
Но вместо того, чтобы убраться восвояси, голодранец достал из-за пазухи кинжал, и Госсип подскочил на ноги.
– Что тебе нужно?! Собираешься меня ограбить?! Ну что же, попробуй, здесь все равно ничего нет!
– Я пришел не из-за твоих денег, – качнул тот головой.
– Тогда зачем ты явился?! Охрана! Сюда, на помощь!..
– Они не придут, – отозвался парень, хотя они пришли.
В дверь с другой стороны постучали, затем принялись трясти ручку и спрашивать, что случилось, но открыть дверь так и не смогли.
– Говорю же, это бесполезно, – произнес парень.
Руки его внезапно стали наливаться огнем, и вскоре тот потек с острия кинжала.
– Ты… Ты – Отступник! – в полнейшем ужасе произнес Госсип. – Инквизиция! Сюда, скорее! Спасите меня!
– Это так не работает, – усмехнулся тот. – Говорю же, бесполезно! Никто не придет тебе на помощь, Госсип!
– Что ты от меня хочешь?! Денег? Я все отдам!
– Мне не нужны твои деньги.
– Тогда зачем ты явился? Ты пришел за моей душой?!
– Думаешь, кому-то нужна эта похотливая гниль? Нет же, все будет совсем по-другому!
– Как именно?! Что ты собираешься со мной сделать?! И за что?! Я ни в чем не виноват!
Вместо ответа отступник начертил перед собой огненный прямоугольник, выковырнул середину, после чего… толкнул пылающую в воздухе фигуру в сторону Госсипа.
Тот попытался увернуться, но не смог. Закричал дурным голосом, но его засосало в черную дыру, и в кабинете остался только Отступник.
Философски начертил еще один огненный прямоугольник и открыл для себя очередную дыру. Вскоре исчез и он, после чего в кабинет ворвалась охрана.
Но обнаружили лишь два почерневших пятна на ковре, словно от неосторожно сброшенного на пол пепла от сигары.
Управляющий и его посетитель пропали без следа.
***
Госсип выдохнул с явным облегчением – слава Богам Ровейны, он все еще был жив!
Открыл глаза и почти сразу зажмурился, потому что в первую секунду ему показалось, будто бы он очутился… в аду.
Впрочем, вскоре выяснилось, что никакой это не ад, хотя было довольно похоже.
Госсип стоял по колено в горячем песке, а вместо дьявольского пламени над его головой огромным раскаленным шаром висело солнце.
Жарило оно нещадно, в легкие попадал горячий воздух, а вокруг, куда ни погляди, разбегались рыжие барханы – аж до самого горизонта.
Внезапно Госсип заметил, как по одному из них вдалеке брел караван верблюдов.
Он захрипел, протягивая к ним руку.
Госсип не понимал ровным счетом ничего. Кроме того, что встретил Отступника в своем кабинете, и тот каким-то невероятным, магическим образом отправил его… куда-то!
Но куда?!
Где он?! И как найти дорогу домой?
Этого Госсип не знал. Подвывая от ужаса и чувствуя, как пот заливает лицо, он побрел за верблюдами. Время от времени пытался позвать на помощь, размахивал руками и умолял, чтобы караван остановился.
