Среди многочисленных представителей мира животных лишь птицам удается акустическое общение с человеком на основе человеческой системы коммуникации, т. е. языка. Есть обезьяны, общающиеся с человеком на языке жестов: например, известная всему миру Уошо, воспитанница супругов Гарднеров; была шимпанзе Вики, которая под руководством своего воспитателя Кейта Хейза научилась произносить четыре слова; был орангутанг, принадлежавший Уильяму Ферниссу, которого с большим трудом хозяину удалось обучить произнесению слов «папа» и «кап» (чашка), последнее слово он употреблял к месту (Линден, 1981). К этому списку «говорящих» млекопитающих можно добавить еще и морского льва, который ясно произносил подряд гласные а, э, и, о, у, двух собак Марса и Пика, воспитанных и обученных Л. В. Дуровым произносить слово «мама» также путем невероятных усилий, и, пожалуй, еще поющего быка, который, по данным Дурова, тянул своим мягким баритоном ноты: до, ми, фа и соль. Большую известность приобрел «говорящий» слон Батыр из Карагандинского зоопарка. Это, пожалуй, все.
Птицы, обладающие лингвистическими способностями, сейчас широко известны повсеместно. Очень широко распространилось сейчас содержание волнистых попугайчиков. При этом преследуются разные цели: обучение «говорению», дрессировка, разведение. В наш суровый век цивилизации и стрессов многим просто хочется иметь дома спасительный оазис — живое существо. Маленькая, доверчивая птичка с красивым оперением и приятным голосом успокаивающе действует на возвратившихся домой усталых горожан. Небольшие размеры птицы позволяют держать ее даже в однокомнатной квартире, условия жизни сейчас позволяют нам держать только клеточных птиц.
Волнистый попугайчик привлекает человека своей сообразительностью и активностью. Он может лазать по лесенке, смотреться в зеркало, играть с колокольчиком и другими игрушками. Он ближе к человеку и всем своим обликом, его «лицо» похоже на человеческое, у него нет длинного клюва, который формирует птичий облик. Пожилым и особенно одиноким людям часто не хватает общения, этот дефицит восполняет «говорящий» попугайчик. Дети тоже тянутся к живому, ручной попугайчик для них — радость.
Мы приводим здесь краткие сведения о жизни диких родственников наших питомцев и об истории приручения и обучения.
Волнистый попугайчик Melopsiltacus undulatus является единственным представителем рода Melopsittacus J. Gould; melos (греч.) — пение; psittacos (греч.) — попугай, undulatus (лат.) — волнистый. Он — типичный представитель орнитофауны Австралии, один из наиболее многочисленных видов. Английский ученый Георг Шоу дал первое научное описание и сделал первый рисунок волнистого попугайчика в конце XVII — начале XVIII в. Биологию диких волнистых попугайчиков впервые описал Джон Гульд, он же привез в Англию первых волнистых попугайчиков в 1840 г. Дикие особи имеют нежнозеленую окраску оперения, это их природная окраска. В природе иногда встречаются альбиносы и желтые попугайчики.
В бескрайних австралийских степях на поросших травой обширных массивах обитают быстрокрылые изящные птицы. Большими стаями они опускаются на бурно разросшуюся после сезона дождей траву. Их основной корм составляют семена диких трав. Они также клюют молодую зелень. Иногда они кочуют в таких количествах, что разом взлетевшая стая затмевает небо. Основным врагом волнистых попугайчиков, как и всего живого на континенте, является засуха, хотя этот вид неплохо приспособился к недостатку влаги. В сухое время года они обгладывают нежную кору с молодых эвкалиптовых ветвей, эти же деревья используются для гнездования. В литературе есть данные, что при температуре 20° птицы практически совсем могут обходиться без воды, если есть зелень. Однако во время длительных засух гибнут тысячи птиц. Так, например, в 1931 г. в условиях очень сухой погоды в Австралии в нескольких водоемах было обнаружено 5 т утонувших волнистых попугайчиков, а еще из двух других вытащили 30 000 и 60 000 мертвых птиц. В благоприятные годы попугайчики быстро восстанавливают свою численность. Их гнездование не привязано к какому-либо определенному сезону. При выпадении обильных дождей огромные пространства покрываются кенгуровой травой, достигающей метровой высоты. Уже через пять-шесть недель после цветения колоски наполняются зернами, которые представляют собой хороший корм для молодых птиц. В это время птицы наиболее уязвимы, их можно ловить руками. Для гнезда попугайчики используют любое углубление в стволе, иногда они гнездятся даже в корнях деревьев. В кладке волнистого попугайчика от 3 до 5 яиц (в неволе кладка может содержать до 10 яиц). В течение 18 дней ее насиживает только самка. На 19-20-й день выклевываются птенцы; в возрасте 30–35 дней они покидают гнездо. В неволе у попугайчиков такие же сроки гнездовой биологии.
Началом одомашнения волнистого попугайчика считается 1840-й год. С этого времени попугайчик победно шествует по всей Европе. Он появляется в Англии, Франции, Бельгии и Германии. В этих странах началось разведение этих птиц. Ж. Делон впервые описал содержание и разведение волнистого попугайчика, которые удались французскому любителю птиц Солни. Вполне возможно, что это не было первым фактическим успехом разведения, так как многие тогда пытались получить в неволе потомство от волнистого попугайчика, однако не сохранилось точных данных. Карл Болле сообщает о первом разведении в Германии. Оно удалось графине из Шверина, жившей в Берлине в 1855 г. В то время волнистые попугайчики жили уже во многих городах Европы, но были еще очень дороги, поэтому их могли приобрести только состоятельные люди. К 1860 г. большинство зоопарков Европы уже имело свои популяции волнистых попугайчиков. Например, в Германии общее поголовье выращенных в неволе птиц Русс оценивал в 10 000-25 000 особей. В результате массового разведения появилась возможность мутации и выведения самых разнообразных форм и расцветок. За время распространения волнистых попугайчиков было выведено около 200 разновидностей; они отличаются друг от друга формой пера (хохлатые), рисунком (пестряки, арлекины), окраской оперения (зеленые, голубые, желтые и др.).
Мечтой многих любителей являются попугайчики красного цвета, но это невозможно, так как у этого вида нет фактора красной окраски. Нет также и систематически близкого вида, что препятствует приобретению этого фактора со стороны. Относительно новыми мутациями являются хохлатые и мохноногие попугайчики. Селекционная работа по разведению волнистого попугайчика очень подробно описана в недавно опубликованной на русском языке книге 3. Вегера «Разведение волнистых попугайчиков».
Несмотря на успехи размножения в неволе, массовый импорт волнистых попугайчиков стал одной из причин сокращения их численности в Австралии, что вынудило австралийское правительство запретить вывоз. По литературным данным, всего за один раз в 1868 г. из Австралии в Лондон было вывезено около 10 000 особей.
Были, однако, и другие причины сокращения численности волнистых попугайчиков на их родине. Европейские колонисты меняли ландшафт Австралии. В отличие от других видов, которые становились спутниками человека, волнистым попугайчикам было трудно приспособиться к жизни около человека. Саванны уступили место полям с зерновыми, дуплистые деревья вырубались, а дикие травы вытаптывались огромными отарами овец. Теперь уже исследователи Австралии не наблюдают былой массовости этого вида. Сейчас в неволе находится, пожалуй, даже больше птиц, чем в природных условиях.
В Россию волнистые попугайчики попали в конце прошлого века, но расцвет их популярности приходится уже на наш XX в.; наибольший интерес к ним проявился лет 40–50 назад в связи с открытием их способности имитировать человеческую речь, которая на Западе была известна гораздо раньше.
Сейчас волнистый попугайчик благодари этой своей способности пользуется в мире очень большой популярностью, гораздо большей, чем какая-либо другая птица. В ФРГ, например, по некоторым данным, количество декоративных и певчих птиц составляет около 4–5 млн, большинство из которых — волнистые попугайчики. В ГДР в клетках и вольерах содержится около 1 млн волнистых попугайчиков. В США в последние 50 лет также наблюдается взрыв популярности волнистого попугайчика; по литературным данным, количество содержащихся в клетках птиц «перешагнуло» там 10-миллиоиную границу.
Первые «говорящие» волнистые попугайчики появились в 70-х годах прошлого столетия. Вначале стала известной «говорящая» канарейка, возможно, это был желтый волнистый попугайчик. В 1877 г. Е. Майер из Штутгарта сообщила о своем «говорящем» попугайчике: он произносил около 10 слов, это были ласковые слова приветствия, которыми хозяйка обращалась к нему по утрам. В СССР первый «говорящий» попугайчик был зарегистрирован в 1958 г. Любитель-орнитолог Б. А. Симонов в своей книге «Певчие и декоративные птицы» рассказывает о том, как ему удалось докормить слабого птенца волнистого попугайчика и научить его произносить около 60 слов.
