Я смеюсь, она вместе со мной.
— М-да… Спорно.
— Значит было.
— Было. Он потом меня домой проводил. Я пьяная в хлам, вся в… ну понимаешь…
— О… Так. А муж? Ждал?
— Ждал. Муж избил меня. Косу отрезал. Я тогда недели две в больнице провалялась. Типа с лестницы упала.
— Вот урод! Ему это с рук сошло? Почему ты не заявила на него?
— Потому что он обещал, что я никогда нигде устроиться не смогу работать. Ты представляешь, учительница трахается с кем попало на трассе. Изменяет мужу…
— Да уж… Он дал тебе развод?
— Дал конечно. Но оставил с голой жопой.
— А сестра? Она же была там?
— Была. И смотрела. Ну видела все. Потом приходила, говорила, что я сама виновата. Мужика не стоило доводить…
— Постой, постой. Ты говорила, что сестра у тебя замужем… за ним?
— Да, только детей у них так и нет.
— Вот же тварь… Так ей и надо!
— Ну… — усмехаюсь. – Каждой твари по паре.
— Точно! Он наверняка и ее избивает.
— Я не слежу за их жизнью. Город благо большой, нам хватает места не пересекаться…
— Ой, дай Бог, чтобы так и дальше оставалось! Ну а Андрей. В итоге он чей? Костина?
— Я не знаю. Смотрю на них рядом и думаю похожи, а все говорят, что он вылитый я.
— А в теории?
— В тот день я утром занималась сексом с мужем, а ночью с Костиным, так что…
— Ну… Андрей любит гонки так же как и майор твой.
— Рома тоже от них тащится. Ты не ездила по трассе в те годы?
Оля смеется, я подхватываю.
— Ой, знаешь, я бы не отказалась.
Мы хохочем, так что чай расплескивается, потом убираем все, уже идем в прихожую, чтобы расходится. Но перед тем, как позвать Ромку, она вдруг говорит.
— Давай тест сделаем? ДНК. Я оплачу.
— Нет, Оль. Я конечно благодарна тебе. Но это лишнее. Я никому ничего доказывать не собираюсь. И говорить тоже. Андрей мой сын. И я надеюсь, это останется между нами, — внимательно смотрю на нее.
Оля хмурится.
— Вот ты прям сейчас обижаешь меня.
— Нет, ну просто случайно, со своим миллионом подружек… Ты же много куда ходишь… никому…
— Конечно никому. Тем более, ты слишком много про меня знаешь, чтобы я раскрывала твои секреты… Рома, я ухожу домой! Ты остаешься?
— Иду мам! – кричит мальчик, а я мы с Олей смеемся. Мне даже как – то полегчало. Я рада, что смогла выговориться и очень довольна, что не получила в ответ осуждения…
— Спасибо, Оль, что выслушала…
— Кстати, почему он тебя не помнит? Ты пластику не делала?
— Да нет. Только волосы другого цвета и короткие. А так, такая же… Ну может чуть полнее была. Ну слушай, думаю это для меня было что – то из ряда вон выходящее, а для него рядовой случай.
— Ну только если так… А ты представь его лицо, если он узнает.
— Он не узнает. Только не от меня.
Глава 15.
Леша
Обычно я могу различить, когда баба мне врет. Особенно, когда врет она намеренно, чтобы вывести меня на эмоции или просто заставить сделать что – то нужное ей. Вот как сейчас Инна. Понятно же, что скорее всего она сама стукнула машину, потому что водит она отлично. И я бы просто вызвал ей своих коллег, если бы не хотел сбежать от Леры. Я сидел рядом с пацанами, рассматривая самодельные гоночные аппараты и пытался понять, а не слишком ли я зашел далеко в попытке залезть к ней в трусы. Намеренно поссорился с Инкой, чтобы слинять с ужина и прийти к Лере. Зачем? Чтобы что? Она ведь ясно дала понять, что секс с соседом — это не для нее. А мне зачем напрягаться, когда этот самый секс, очень качественный и бурный, я могу получить с Инной в любое время.
Доезжаю до места, которое она скинула в координатах и застаю ее сидящей на капоте своей розовой машины. Она смотрит на меня волком, пока я осматриваю мнимые повреждения. Она поцеловала столб. Прилично так, но скорее всего специально.
— Ин, ты как?
Она вдруг спрыгивает с капота и набрасывается на меня.
— Ты оставил меня! Уехал! Из-за какой – то ссоры! Да, я ревную! Да, я хочу, чтобы ты оставался только моим! Разве ты не понимаешь, как сильно мне нужен! — побив меня в грудь, она принимается целовать меня. В губы, щеки – куда может дотянуться. –Мы же не расстаемся?
— Нет, мы не расстаемся, Инна, — отнимаю ее руки от себя, в глаза смотрю. – Но не надо считать, что ты стала моей хозяйкой. Я никогда ни перед кем хвостом не крутил и перед тобой не собираюсь.
— Прости, прости, ты конечно прав. Я не должна была так себя вести… Я готова извиниться… Хочешь, могу прямо сейчас, — стекает она по мне на пол и ремень дергает, я глажу темные волосы, наматываю хвост на руку. Инна уже расстегивает ширинку и тут же берет в рот еще не слишком твердый член. Я закрываю глаза и зачем – то думаю, что Лера бы никогда вот так просто не села бы на колени.
Но как приятно думать об этом. Что это она просит прощения за свои дерзкие слова, что это она ласкает пальчиками яйца, вылизывает член по всей длине. Что это Лера обхватывает тонкими губами головку, сжимая, втягивая. Член твердеет тут же, а я толкаясь в рот, почему – то желаю, чтобы вместо хвоста, пальцы хватали короткие волосы. Член в самом горле, Инна захлебывается слюной, а я сквозь дымку желания смотрю в ее лицо, грязное от потекшей туши. Инна берет очень глубоко, головка уже долбит в самое горло, а по подбородку и красивому красному костюму стекает обильная влага. Хватаю грудь Инны, сжимаю, тут же думаю о том, что у Леры больше. Что я бы с удовольствием посмотрел на цвет ее сосков и форму. Сука…
Движения бедер все резче, а фантазия все ярче. Я никогда никого не завоевывал. Не было нужды. В моей жизни хватало мест, где приходилось рвать жопу, так что, делать это ради баб, я никогда не видел смысла. И сейчас не вижу. Кончаю в горло Инне, но перед глазами все равно стоит другая. Хреново конечно, но уверен, что меньше общения с соседкой, и все придет в норму. Один день ничего не значит. Буду продолжать жить, как жил.
Машину Инны цепляю на трос, и мы едем в сервис, где можно будет починить небольшую вмятину и бампер. Она виснет на мне, счастливая, что мы помирились. Я же рад, что пришел в себя.
По возвращению домой я спокойно зашел в свою квартиру и больше не смотрел на дверь напротив. Ни к чему это было. С Инной мы продолжили то, что начали на дороге, только теперь трахая ее, я часто закрывал ей рот, чтобы в соседнюю квартиру не доносилось ни звука. То ли за Леру переживал, что спала через стенку, то ли за Андрюху. Я прекрасно помню, как после смерти отца мать постоянно меняла мужиков в надежде найти для меня папу. В итоге один из них научил меня угонять машины. Так и воплотилась моя мечта — сесть за руль дорогой тачки. Наверное, поэтому я довольно мягок с пацанами, что тоже пошли не по той дорожке. Сам ищу им самых лояльных адвокатов, чтобы посадили не в колонию строгого режима, а общего, где бы им пришлось работать, а не сидеть в четырех стенах. Лично мне обычная работа поставила мозги на место. А сейчас нынешняя работа занимает восемьдесят процентов моего времени, но это и хорошо. Меньше думать буду о Шевченко...
