свои туфли, провела руками по своему дорогому наряду, а затем, наконец, посмотрела на меня.
— Всё это о том, что мне очень жаль, Мина. Мне искренне жаль, и я постараюсь стать лучше. Я буду работать над тем, чтобы стать лучше, потому что мне не нравится тот человек, которым я стала.
А затем, снова шокировав меня, Эмбер обняла меня. Как бы быстро это ни произошло, она отпустила меня, одарила меня застенчивой улыбкой и попрощалась перед уходом.
Я смотрела, как она идёт по улице, зная, что мой рот и глаза широко раскрыты, и что я почти уверена, что нахожусь в другом измерении.
— Что, чёрт возьми, только что произошло?
Глава двенадцать
МИНА
Я поймала себя на том, что пишу Картеру сообщение, сообщая ему, что хочу его увидеть. Честно говоря, разговор, который у меня только что состоялся с Эмбер, меня немного потряс.
Я поверила бы скорее, что свиньи летают. Я задавалась вопросом, не замёрз ли ад.
Всё это было… сюрреалистично.
Я отправила Картеру сообщение с вопросом, могу ли я приехать. Через секунду пришёл ответ.
Картер: «Приезжай сейчас, детка».
Я почувствовала доминирование в этом единственном предложении. Я даже почувствовала, как дрожу в предвкушении.
Я добралась к нему в каком-то оцепенении. Когда я подошла к его многоквартирному дому, швейцар посмотрел на меня со стоическим выражением лица, а затем резко кивнул, но не впустил меня.
Я сомневалась, что он помнит меня с того вечера, когда я приходила на ужин, но если он и помнил, то я явно не произвела на него впечатления, поскольку он делал вид, что меня тут вообще не было.
Я включила домофон квартиры Картера, а затем отправила сообщение о том, что я здесь. Я ожидала, что он просто мне ответит. Но примерно через минуту, когда я не услышала ответа и меня не впустили, я начала чувствовать себя нервной и обременительной.
И тут дверь открылась, удивив швейцара, который обернулся и быстро поспешил схватить ручку и потянуть её дальше.
Картер уставился на швейцара с отстранённым выражением лица.
— Чарли, когда в следующий раз увидишь Мину, сразу же впусти её, — в его ответе не было ни вопроса, ни колебаний. Он был серьёзным, неотвратимым и сексуальным, как всегда.
— Иди сюда, детка, — сказал Картер и взял меня за руку, прежде чем я отреагировала, потащил меня в вестибюль, а затем мы оказались в частном лифте и направились к его пентхаусу.
Я была с одной стороны, Картер с другой. Он упёрся руками в серебряные перила позади себя. Его голова была слегка опущена, его внимание было сосредоточено на мне.
— Эмбер позвонила мне, — пробормотала я, не понимая, почему так нервничала. — Извинилась за то, что произошло в доме моего отца, и хотела что-то изменить между нами. Она сказала, что хочет изменится. Стать лучше. Что ей хотелось бы, чтобы между вами обоими всё было по-другому, потому что она понимала, что, если бы она осталась с тобой, она была бы лучшим человеком.
Я захлопнула губы, осознав, что слишком лепечу и едва дышу.
Картер всё ещё не произнёс ни слова, и когда лифт остановился и двери открылись, Картер взял меня за руку и повёл нас к себе.
— Картер? — сказала я, когда мы вошли в его квартиру, дверь за мной закрылась, и он оказался лицом ко мне. — Ты слышал меня? — конечно, он слышал, но тот факт, что он ничего не сказал, ещё больше раздражал меня.
— Я слышал, Мина. Я рад, что она наконец-то повзрослела и взяла на себя ответственность. Ей ещё предстоит во многом повзрослеть и заняться самоанализом, но знание того, что она предприняла правильные шаги, чтобы наладить отношения с тобой, делает меня счастливым.
Я облизнула губы и кивнула.
— Ты говорил с ней об этом? Заставил её извиниться?
Он медленно покачал головой.
— Нет. Но я сказал ей, как чертовски разочарован тем, как она с тобой обращалась. Я объяснил, насколько ты важна для меня, и уважение, которое она проявляет ко мне, должно распространяться и на тебя.
Я сглотнула, когда он начал расстёгивать запонки. Он отложил их в сторону и двинулся к пуговицам рубашки.
Он удержал зрительный контакт и сказал:
— И ты действительно чертовски важна для меня, Мина. Мне плевать на то, насколько быстро что-либо кажется или ощущается. Когда я знаю, что это правильно… это чертовски правильно. И ты такая для меня.
Его слова потрясли меня. Они ощущались правильно и хорошо, и именно так я себя чувствовала.
— Что ты делаешь? — прохрипела я, когда он снял рубашку, обнажая всё это мужское, жесткое совершенство. Моё тело было готово к тому, что мог мне дать только Картер.
— Иди сюда, — потребовал он. Секундой позже я была в его объятиях, его большая, тяжёлая рука лежала на моей пояснице, когда он уткнулся лицом в изгиб моей шеи и глубоко вдохнул.
— Что ты делаешь? — я спросила ещё раз, на этот раз мягче, растворяясь в нём, поскольку его запах и ощущение его сделали меня мягкой во всех нужных местах.
— Я вижу, что ты на грани. Я вижу, ты растеряна и расстроена, — он отстранился и провёл большим пальцем по моей щеке. — Я думаю, что моей девочке нужен папочка, чтобы поработать с ней и облегчить некоторые из этих проблем, не так ли?
У меня перехватило дыхание, сердце колотилось, и я кивнула. Боже, это то, что мне было нужно. Просто почувствовать его, чтобы его запах окружил меня… чтобы он назвал меня своей хорошей девочкой.
— Отведи меня в постель, — тихо сказала я, нуждаясь, и увидела в его глазах, что Картеру нужно то же, что и мне.
* * *
Я была прижата к Картеру, каждая часть меня полностью измотана. Стеснение в моих плечах ослабло, моё тело сильно болело, и я навалилась на своего мужчину, как будто я была его одеялом.
Совершенство. Вот на что это было похоже.
Картер держал меня рядом, а я закрывала глаза и просто впитывала ощущение того, что нахожусь здесь, рядом с ним, наконец-то уступая тому, чего хотела.
Было безумием думать, что я так много к нему чувствовала за такой короткий промежуток времени. И то, что я чувствовала к Картеру, выходило за рамки всякого разума и рациональности, но, тем не менее, это казалось правильным.
Проведя рукой по его твёрдому, очерченному животу, мои пальцы играли по краям его пресса из шести кубиков. Атмосфера, окружавшая нас, была
