class="p1">Рыдания душат, тоска разъедает. Ничего не хочу, никого не хочу. Пытаюсь сама себе ответить на вопрос, почему мне так важна дружба с парнем, которого видела всего три раза, и не нахожу ответа. Просто интуитивно понимаю: Витя мне нужен. Очень нужен.
Хотя логика и здравый смысл подкидывают вопросы вроде: «А как ты, Даша, объяснишь присутствие в твоей жизни друга Виктора мужу Марату?». Не знаю, как. Не хочу сейчас об этом думать. Как-нибудь объясню.
Тем более что Марат разрешил мне иметь друзей. Правда, в работе отказал. В тот же вечер после неудачного свидания с Витей я спросила у папы насчёт трудоустройства на наши заводы. Он пожал плечами и сказал, чтобы я обсудила это с Маратом.
Я позвонила жениху. Сначала он долго не брал трубку, потом ответил сонным голосом, что было удивительно. Разница во времени с Лондоном — три часа. Если у нас было 17:00, то там 14:00. Марат спал в два часа дня. Сразу возник вопрос, а чем он занимался всю ночь. Но я, конечно, стала спрашивать.
— Привет, извини, что разбудила, — сказала первой.
— Все нормально, — зевнул. — Что-то срочное?
— Я хотела поговорить насчёт работы. Я же закончила учиться, мне пора куда-нибудь устраиваться. Я подумала, что будет логично, если я начну работать на наших предприятиях. Папа сказал, обсудить это с тобой.
На том конце провода повисло молчание.
— Я окончила факультет международных экономических отношений МГИМО, — напомнила на всякий случай, вдруг забыл.
— Я знаю, где ты училась. Но не думаю, что это хорошая идея.
— В смысле? — не поняла его последний комментарий. — Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, что тебе не следует работать.
— На наших предприятиях? — все еще не понимала. — Или вообще?
— Вообще.
Теперь уже я замолчала в ступоре.
— Подожди, не понимаю ничего… — пробормотала растерянно.
— Я не хочу, чтобы ты работала, — в его тоне послышались стальные категоричные нотки, которых я раньше не замечала. — Так понятно?
— Но почему?
— Потому что в мои представления о семье не укладывается где-то пропадающая целыми днями жена.
— Почему «где-то пропадающая»? — все еще не понимала. — Работа — это не «где-то».
— Даша, давай ты не будешь со мной спорить? — снова послышалась сталь в голосе.
Я аж начала задыхаться.
— И чем мне заниматься целыми днями, когда ты сам будешь на работе?
— Следить за порядком в нашем доме и воспитывать наших детей.
Я потеряла дар речи. Нет, делать уборку и готовить для меня не проблема, хоть я и выросла в окружении многочисленной прислуги. Но это же не значит, что я с утра до вечера должна сидеть дома и намывать полы.
— И еще для меня важно, чтобы ты всегда хорошо выглядела, — продолжил. — Я не хочу, чтобы однажды ты превратилась в клушу в халате. Так что вместо работы ходи лучше в салоны красоты.
— Странно, что мы не обсудили модель нашей будущей семьи ранее. Ты не мог все это озвучить несколько лет назад?
— А что-то бы изменилось? Ты бы отказалась за меня выходить?
Эти вопросы пробирают меня на смех. Истеричный смех. Они звучат с очевидной издевкой. С большим и жирным намеком на безвыходное положение моей семьи.
— Нет, не отказалась бы, — ответила, отсмеявшись. — А друзей мне можно иметь? Куда-нибудь ходить? Видеться с подругами?
— Не в ущерб семье можно.
— Спасибо.
— Даша, ты своей злостью портишь нервы только себе, — обратил внимание на сарказм в моем голосе. — Мы сможем хорошо и счастливо жить, если не будет никаких протестов и истерик с твоей стороны. Я не тиран и не диктатор, но в моей семье всегда будет патриархальный уклад, нравится тебе это или нет. Занимайся детьми и домом, встречай меня с работы, не лезь с лишними вопросами — и все у нас будет в порядке.
Эту длинную речь Марат мог бы сократить до одной фразы: «Знай свое место».
— Почему ты захотел на мне жениться? — задала последний вопрос. — Почему именно я?
На несколько секунд воцарилась тишина.
— Нет какой-то одной причины.
— Ну озвучь несколько.
— Если коротко, то я думаю, что ты мне подходишь.
— А если не коротко?
— Минуту назад я сказал, что не следует лезть с лишними вопросами, — снисходительно напомнил.
— Мне просто очень интересно. Женское любопытство, ничего более.
— Ты мне понравилась, когда я тебя первый раз увидел. Наши семьи много лет близки. Твой отец курирует важнейший блок на наших предприятиях. Я посчитал, что мы идеально подходим друг другу для заключения брака. По-твоему, нет?
— Не знаю… Я не думала об этом.
— Не забивай свою красивую головку ненужными вопросами. Лучше расскажи, как дела с помолвкой. Все по плану?
— Да… Но я выбираю все на свой вкус, раз тебе некогда этим заниматься.
— Я доверяю твоему вкусу.
— Спасибо.
— Пока, Даша, — зевнул на том конце провода. — Скоро увидимся.
— Угу. До встречи.
— Целую тебя.
Я отбила звонок и еще несколько минут простояла, как ведром ледяной воды облитая.
Я не то что бы какая-то очень амбициозная карьеристка, но и в роли домохозяйки тоже никогда себя не видела. Мне всегда казалось, что у женщины должно быть какое-то занятие. Пускай оно не будет приносить миллионы и кормить всю семью, но нужно же как-то профессионально развиваться.
Неприятный осадок после разговора с Маратом сохраняется долго. Я удивлена таким взглядом на жизнь и на семью. Хоть Марат и из восточной семьи, но все же родился и вырос в Москве, много лет живет в Лондоне. Разве его представления не должны были измениться под влиянием внешней среды?
Возможно, в этом плане на Марата повлияла его собственная семья. Насколько я знаю, моя будущая свекровь не работала ни дня в своей жизни. Родила троих детей, старший из которых Марат, и всегда занималась семьей. У Керимовых нет повара, готовит мать Марата. И на огромный особняк у них только одна горничная. Моя будущая свекровь делает уборку преимущественно сама.
Перед помолвкой мне удаётся убедить себя, что все не так уж и плохо. Миллионы женщин, работающие с утра до ночи, мечтали бы оказаться на моем месте. Ну а что? Марат
