Райт.
«Ладно-ладно. Я обещал подумать над его предложением.»
Випридак.
«Да что ты рвёшься, как лосины на жирухе? Я тебя когда-нибудь обманывала? Вред хотела сделать?»
Райт.
«Прости. Просто выглядит, как сюрреализм: сперва этот индивид из организации, о которой почти ни хрена не известно, потом это предложение… Ты сечёшь, что если я его приму, то, узнай про это полицаи или кто-нибудь ещё, меня прикроют за три секунды? Коррупция, Фидель, коррупция — брать дополнительно пушки у почти теневых бизнесменов… я не камикадзе и не суицидник.»
Випридак.
«Пф-ф-ф, Уил, ты как ребёнок. Кто что скажет, если здесь буду Я всем заведовать? Захотят прикрыть? Ну, тогда милости прошу — ко мне в особняк или на заседание в парламент.»
Райт.
«Ты о чём?»
Випридак.
«Боже, Райт, ты ещё не понял? Короче, считай, что они под моим контролем. Шенер тоже участвует.»
Райт.
«Всё под контролем, а? Ты уверена? Я не хочу лишиться звания коменданта спустя двадцать лет и в тюряжку на лет семь по триста четырнадцатой статье.»
Випридак.
«Абсолютно! Так что звони — и принимай. Озолотишься, набьёшь склады пушками, материалами и чем ты там ещё хочешь?»
Райт.
«Провизия не помешает, обыкновенная еда.»
Випридак.
«А, точно — видела, питаетесь консервами двухгодовой давности и отсыревшими сухпайками. Шучу-шучу, но проблемы есть, вижу. Еда, пушки и кирпичи, так?»
Райт.
«Ага.»
Випридак.
«Шикарно! Искренне жду новостей. Я их получу и без твоего звонка, Уил, не забывай.»
Райт.
«Спрошу только одно: это не только мне? Ты ещё другим лагерям впариваешь?»
Випридак.
«Уил!»
Райт.
«Кхм… "продаёшь".»
Випридак.
«Ну да. А что ещё делать, когда ни президент, ни премьер, ни кто-либо ещё ни хера не делают? Я воплю, сенаторы вопят — а им по чёрту это сдалось; у них там типа важные финансовые и общественные реформы, но кто их будет защищать? А меня ещё понизить пригрозили, что я, видите ли, отвлекаю их от важных дел! Скоты неблагодарные.»
Райт.
«До тебя не смогут докопаться? Это благородно, безусловно, но незаконно. Как ни странно, да…»
Випридак.
«Я сенатор Энкели; по мелочи фельдмаршал и третий генералиссимус. Никакой вояка не сдаст ни меня, ни другого. Если найдётся особо одарённый с претензиями — он с ними же и уйдёт. В своей заднице, пха-ха-ха-ха!»
Райт.
«Знаешь, Фидель… иногда я жалею, что мой отец взялся тогда за твоё обучение.»
Випридак.
«Ты мне льстишь. Что же, я надеюсь, что мы всё решили и обговорили. Удачи тебе, Уил. Не разочаруй.»
Райт.
«И тебе.»
Мэйнайо перечитал этот отрывок ещё раз. Затем ещё. И в последний третий для лучшего понимания ситуации. Его лицо не менялось на протяжении всего чтения, но глаза… холодные, блестящие, словно стеклянные; в них чувствовалось настолько насыщенная и богатая гамма эмоций, что от такого стало временно не по себе даже Коленкову и самому Уилсону. Можно было прочитать и недовольство, и обиду, и надежду, и недопонимание, и замешательство.
Что ж, отнюдь не это он ожидал найти, но… тем лучше, картина начала постепенно складываться, словно разорванный паззл, скрепляющийся в одно. Джейкл почему-то был уверен, что этот некий Виндиго может быть связан как с тем помощником Дэспертара, так и с, непосредственно, последним. Это голосила интуиция Мэя, а ей Арканцев привык верить превыше всего. Собственно, именно поэтому он по-прежнему жив.
Пара движений пальцами — и вся переписка Випридак удивительно быстро летит Джейклу в личные сообщения ONITO.
— Спасибо вам, герра Уилсон — вы приблизили нас к разгадке одной из нескольких тайн, — вежливо кивнул Джейкл, а следующим жестом подозвал к себе Элизен…
***
Агенты вышли из комнаты коменданта; Мэйнайо кратко попрощался с Коленковым и взял у того на всякий случай мобильный телефон, медленно направившись с Элизен и Бласковицем в сторону выхода из здания. Сказать, что Джейкл был обескуражен и раздосадован, значит, не сказать ничего. Кайлер-младшая прекрасно улавливала все исходящие из Мэйнайо эмоции и нельзя не отметить, что она полностью разделяла их во всём объёме.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Безумие, — только и мог высказаться на эту ситуацию Арканцев. — Фиделька… вот уж не ожидал.
— Думаешь, она с Виндиго или Дэспертаром заодно? — уточнила Элизен.
— Что? Нет, ни в коем разе, — агента аж передёрнуло. — И думать даже не смей в таком ключе — она бы обезвредила последнего прежде, чем он бы с ней связался, уж я-то знаю характер и принципы этой… бестии, — Джейкл фыркнул на свою чёлку, свисающую на один глаз.
— А что тогда?
— Да по незнанию вляпалась, вот что. Она не сказала, как с ним связалась и что он из себя представляет, а уже строит из себя великую Куллямскую Богородицу. Взяла под своё крыло — и здравствуй, небо в облаках, да пушка в рукавах. В принципе это в её стиле.
— Уже замечал такое за ней?
Джейкл несколько скривился, будто вспоминая что-то не очень приятное для себя.
— Мдам-с, верно. Она частенько финансирует такие группы. При всём этом, как ни странно, приверженка социализма и искренне ратует за Архойза. Чего-то, видимо, по-прежнему недопонимаю, — пожал плечами агент.
Агенты вышли из здания, здесь Джейкл неожиданно ускорил шаг. Он махнул нескольким рядом проходящим военным, давно оповещённым об его пришествии, но продолжил путь к машине Бласковица. Джейклу хватило нескольких часов здешнего времяпровождения, чтобы понять нелёгкое положение дел.
— И что дальше? — спросила Элизен.
— Дальше? — Джейкл замедлился, но не остановился. — Бласковиц, коллега, сколько возьмёшь за переезд обратно до станции? Нужно обратно на Шэйлоккейн попасть по срочным делам.
— Без платы, дружище, — заявил Преод.
— Отсюда примерно километров десять-двадцать, значит. Тысячу пятьсот сурготов возьмёшь?
— Сириусе, Джей… — страдальчески вздохнул Бласковиц.
— Что не так? Работа должна оплачиваться, я тебе и так должен за первую поездку, но на эмоциях был и вылетело из головы.
— Я тебе сказал, что если платы не возьму — я её не возьму. В конце концов, Джей!
— Покажи свой кошель, — попросил агент.
— Дже-е-ей…
— Понял — принял.
Арканцев моментально остановился и, открыв кошелёк, отсыпал себе на руку около тысячи наличных, а затем, игнорируя все недовольные высказывания и претензии друга — вручил ему деньги в полном объёме. Бласковиц завис на месте, словно ему предлагают не тысячу сурготов, а, минимум, полмиллиарда вичервикийских крон.
— Читай — подарок. Бери, пока тебе их за шею не засунул в своей манере, — Джейкл угрожающе сузил глаза. Правда, то, что в них читалась тонкая насмешливость, Преод смог уловить лишь через секунд десять.
— …ладно уж, чёрт, празднуй победу, — не мог не рассмеяться Преод. — Мне просто действительно тебя неловко просить о деньгах. Я тебе жизнью обязан. Особенно после того, как ты меня спас от контроля той шмары. Как её там звали… Велайдера Джентл?
— Прости уж сам, — здесь Джейкл сам усмехнулся. — Вроде да. Вот ты её вспомнил — и сразу блевать охота: ну, кто так, в конце концов, душится до полного отказа рецепторов в носу!? Бррр, — передёрнуло Мэйнайо, вспоминающего случай, что произошёл год назад.
— Можешь спросить у неё самой; ей там хорошо живётся в темнице?
— Не проверял и не горю желанием — эта мразь с набором эльфийских магических штук, как из каких-нибудь ролевых игр, натурально поимеет мозги даже Карту. С моей стороны ей только Фидель окажет достойный отпор.
Неспешно и тепло переговариваясь между собой герои сели обратно в машину Бласковица; оный завёл автомобиль и поехал в сторону вокзала. Оттуда герои должны пересесть на поезд, который отвезёт их обратно в центральный Шэйлоккейнский вокзал.
