Читаем без скачивания Свита Короля (ЛП) - Сакавич Нора

— Смотритель поставил меня на ворота. Это был единственно возможный вариант.

— Они не хотели выпускать тебя бегать, потому что боялись, что ты навредишь кому-нибудь? — предположил Нил. Эндрю не ответил; Нил интерпретировал его молчание как подтверждение своих слов. Он попытался представить Миниярда на других позициях и не смог. — Мне кажется, это даже к лучшему, когда ты на последней линии защиты. Даёшь нам время набегаться и измотать себя, а сам берёшь на себя все наши ошибки и косяки. Ты играешь так же, как и живёшь. Вот почему у тебя так хорошо получается.

Нил поднял взгляд, когда дверь в холл тихо скрипнула. Уже переодевшись и очевидно возмущаясь вынужденной задержкой, Кевин пришёл по его душу. Заметив, что прервал разговор, Дэй остановился. Он пока не спрашивал Нила о том, что же произошло в пятницу. Нил не знал, спросил ли он Эндрю, но искренне сомневался, что тот стал бы что-то объяснять. По словам Рене, только они с Нилом знали об ориентации Эндрю. Какие на этот счёт были соображения у Ваймака, представить было сложно.

— Иду, — коротко бросил Нил, но так и не выпрямился.

Кевин предупреждающе вскинул палец в жесте «одна минута» и молча вышел. Нил дождался характерного щелчка двери и снова перевёл взгляд на Эндрю.

— Я тоже сначала не хотел быть нападающим, — признался Джостен. — В детской лиге я был защитником. Рико знает об этом, потому что как-то раз я играл с ним и с Кевином. Пока я был у Воронов, он заставлял меня стоять на защите.

Эта фраза неожиданно заставила Эндрю отвести руку с глаз.

— Детская лига, значит. Помнится, ты говорил, что учился играть в Милпорте.

— Частичная правда, — спокойно согласился Нил. — Я умел играть в экси, просто не знал, как играть в нападении. Не хотел быть нападающим, но у тренера Эрнандеза не было мест в защите. Короче, либо нападающим, либо никак, а я так сильно хотел играть, что просто не смог уйти. Сейчас уже не представляю себя на другой позиции.

Эндрю ненадолго замолчал, а затем выдал:

— Да ты скорее енот, чем лиса.

— Кто? — не уловив взаимосвязи, уточнил Нил.

— Енот, — повторил Эндрю, притворившись, что держит невидимый мяч прямо перед лицом. — Экси – твоя маленькая прелесть в этом сером, грустном мирке. Ты знаешь, что тебя преследуют, и понимаешь, что свора гончих уже практически дышит в спину, но ты не оставишь экси даже чтобы спастись. Однажды ты сказал, что не понимаешь людей, которые так старательно пытаются умереть, но только взгляни на себя. Как я понимаю, это была очередная ложь.

— Я не пытаюсь умереть, — качнул головой Нил. — Это мой способ выжить. Во время игры я чувствую, словно могу что-то контролировать. Словно у меня достаточно сил, чтобы влиять на ситуацию вокруг. Там, на поле, я чувствую себя живее, чем где-либо ещё. Полю неважно, как меня зовут, откуда я или где буду завтра. Оно позволяет мне быть самим собой.

— Это всего лишь поле, — напомнил Миниярд. — Оно не может «позволять» тебе делать что-либо.

— Ты понимаешь, о чём я.

— Нет, не понимаю.

— Просто потому, что в твоей жизни нет ничего подобного, так ведь? — в голосе Нила проскользнул тихий вызов. — Ничто тебя так не трогает. Ничто не забирается тебе под кожу.

— Наконец до него дошло, — восхитился Миниярд. — Потребовался всего-то год.

— Чего ты боишься?

— Высоты.

— Эндрю.

— Тебе не понравится, если Кевин придёт за тобой во второй раз.

Не сказав больше ни слова, Нил оттолкнулся от дивана и пошёл переодеваться. Он неосознанно затянул снаряжение туже, чем следовало бы, и, даже когда вышел на поле, всё ещё не мог подавить накатившее раздражение. Замечания по поводу опоздания только усугубили ситуацию. Нил уже был готов напомнить Кевину, что, по факту, их дополнительные тренировки даже жёсткого расписания не имеют, но всё это было бессмысленно. Они здесь, потому что есть работа.

Нил прошёлся по упражнениям с каким-то особым упорством и рвением, прекрасно понимая, что утром пожалеет об этом. Но было плевать. Боль по всему телу неплохо притупляет тягу к размышлениям. Усталость наконец убила остатки былого раздражения, и, выходя с поля, Нил уже вообще ничего не чувствовал.

Приятное апатичное спокойствие продлилось недолго: выйдя из душа, Нил обнаружил в раздевалке Кевина. Суровость во взгляде Дэя как бы намекала, что церемониться он не собирается.

— Разобрался?

— Разобрался с чем?

— Не прикидывайся идиотом. Если ты здесь, я рассчитываю, что ты действительно здесь, — заявил Кевин, делая ударение на последнем слове. — В тот момент, когда твои проблемы с Эндрю начинают оказывать влияние на игру, они становятся нашими проблемами. Ты хочешь, чтобы мы выиграли или нет?

— Не отчитывай меня, словно я не понимаю, что на кону.

— Ты сказал мне сфокусироваться на команде, — напомнил Кевин. — Именно этим я сейчас и занимаюсь: пытаюсь убедиться, что ты не решил, словно мы уже выиграли и не расслабился раньше времени.

— Я не расслабился, я задержался на две минуты, потому что предлагал Эндрю потренироваться с нами.

— На пять минут, и больше не предлагай ему. Нам не нужны его одолжения. Тренировка будет иметь смысл только если он придёт по собственному желанию. — Поднявшись, Дэй коротко махнул рукой. — Пойдём.

Они забрали Миниярда в зоне отдыха и разошлись в коридоре общежития. Мэтт уже лёг спать, однако он оставил лампу на столе включённой, чтобы Нил случайно не убился в темноте. Тот быстро переоделся при тусклом свете и, уже направляясь к кровати, заметил на кнопке выключателя записку:

«Ты был прав»

Нил закинул стикер в выдвижной ящик стола и поплёлся к кровати. Зачем думать об этом сейчас, если подъём уже через пять часов. Оттолкнув любые мысли подальше, он попытался заснуть. Казалось, будильник зазвенел, едва Нил прикрыл глаза. Перевернувшись на бок, он чуть не застонал от чувства общей усталости и разбитости. Придётся сегодня попридержать коней на тренировке, иначе Ваймак заметит и устроит разнос.

Мэтт натянул обувь ещё до того, как был готов членораздельно разговаривать. Завязав шнурки наполовину, он неожиданно замер и перевёл взгляд на Нила.

— Ты был прав. Они дали друг другу обещание. Эндрю и Аарон. В любом случае, это то, что Аарон рассказал Кейтлин. Они с Эндрю заключили сделку ещё в колонии: если им придётся учиться вместе, Аарон будет с Эндрю до самого выпуска. Никаких друзей, девушек, ничего. Аарон не мог общаться даже со своей командой.

Нил пропустил волосы сквозь пальцы и проверил повязку на скуле:

— Должно быть, изначально речь шла о школьном выпускном. А подписав контракт с Лисами, они продлили свой договор.

— Теперь на кону Кейтлин, но Аарон не хочет бороться за неё. — Мэтт покачал головой и окончательно зашнуровал обувь. — Кейтлин рассказала Дэн, что Эндрю делал с бывшими Аарона в старшей школе. Кейтлин в безопасности только до тех пор, пока боится Эндрю. Неужели Эндрю и правда настолько поехавший, что способен кидаться на людей, которые так дороги Аарону?

— Аарон дал обещание, — пояснил Нил, стараясь правильно подбирать слова. — Эндрю заставит его сдержать своё слово. На самом деле, это совсем не так дико, как кажется.

Нил почти забыл, в каком неведении находились старшекурсники насчёт проблем близнецов. Он и сам не замечал этого до их второй поездки в «Райские сумерки», но сейчас это казалось очевидным. Ценность Кейтлин для Аарона напрямую подвергала Её опасности. Аарон не боролся за неё, потому что боялся идти против брата или же он просто понимал, что не стоит втягивать Её в происходящее?

Ещё важнее, почему Эндрю согласился продлить сделку? Он всё ещё наказывал Аарона за то, что тот встал на сторону матери, или же он надеялся, что достаточное количество времени поможет что-то изменить и исправить? Последний вариант казался притянутым за уши, но Нил всё больше склонялся к нему. В Колумбии Дрейк оставил Эндрю сломленным, окровавленным куском мяса; единственной вещью, которая значила что-то для Эндрю в тот момент, единственным человеком, в котором он нуждался, был Аарон. Собственные травмы казались незначительными и неважными; его волновала кровь, забрызгавшая лицо Аарона.