Читаем без скачивания Антихрист - Александр Кашанский

Ивана сильно тошнило и кружилась голова. Сергей выключил свет и пошел с ребятами на кухню.

— Миша, до конца месяца ты будешь жить здесь, на этой кухне, — обратился Сергей к своему помощнику. — Сейчас я принесу зарегистрированное на меня охотничье ружье и патроны. Если кто будет лезть в дверь — предупреждай: отойдите, буду стрелять. Если будет лезть дальше — стреляй. Ты защищаешь жилище, я тебя нанял, отвечать буду я. Понял?

— Понял, неси ружье, — ответил Миша, как будто в сказанном не было ничего необычного.

— Завтра вместе со мной придут мужики и установят металлическую дверь. Будешь кормить Ивана и ухаживать за ним. Сиди на кухне, и пока он тебя не позовет, к нему не лезь ни с вопросами, ни с предложениями. Ну, вот и все. Спи чутко, прислушивайся.

— Да что там, я все понял, — уверенно кивнув головой, сказал Миша. — В милицию звонить?

— Сначала мне, потом в милицию.

Голова у Ивана кружилась, и в нее лезли разные, отнюдь не радостные мысли. «Я остался жить, а радости нет, зато узнал, что такое настоящий страх, — думал Иван. — Надо работать, надо заставить себя работать, иначе можно сойти с ума от всего этого».

Как только Сергей и Саша ушли, Иван тут же включил лампу и взял первую папку с документацией. Все было напечатано по-английски. Держать папку одной рукой было неудобно, для того, чтобы перелистывать страницы, приходилось класть папку на живот и потом уж листать. Глаз видел хорошо, но голова вырубалась напрочь. «Как же ее заставить соображать?» — думал Иван. Он прищурил глаз так, что текст был виден как бы через горизонтальную трепещущую щель, прикусил губу и начал читать. Тут его сильно затошнило и вырвало прямо на папки с документацией. Прибежал Миша.

— Возьми тряпку, Миша, все вытри и принеси, пожалуйста, таз из ванной и поставь его рядом, — сказал Иван. Тут его опять вырвало, но голова почему-то прояснилась, и он стал читать.

В папках было общее описание работы системы, рекламные проспекты и технологические инструкции. Когда чтение было закончено, Иван вставил в дисковод дискету и начал медленно просматривать тексты программ. Страшно хотелось спать, голова ничего не соображала. «А и не надо сейчас ничего соображать, главное — загрузить ее всей этой информацией как следует». И Иван загружался — это был его стиль работы: сначала, не думая о решении задачи, накачать себя информацией. Прикладные программы, обеспечивающие расчеты, обработку текущей информации в компьютере, выдачу документов и видеограммы, были несложными, самыми что ни на есть обычными программами, а вот та программа, которая управляла передачей информации, объединяя компьютеры как бы в одно целое, — отсутствовала. Был только загрузочный модуль. Иван просмотрел на экране неотображаемые символы и подумал: «Длинная, зараза, постарались в „Юнайтед Системз“».

Совсем рассвело. Изучение материалов закончилось, можно было начинать думать.

Иван не был программистом, но искусством этим владел очень хорошо: приходилось самому писать программы, моделирующие работу его Системы. К счастью, язык программирования, на котором все было написано, был Ивану хорошо знаком. «Шансы есть, надо определить, сколько этих шансов».

Раздался стук в дверь. Пришел Сергей с двумя рабочими. Начали громыхать по железу, устанавливая новую входную дверь.

— Какое сегодня число? Когда нужен результат? — спросил Иван.

— В понедельник я должен передать заказчику на подписание акт готовности, притом он должен получить программы заранее. Они сказали так: «Ставим десять компьютеров и запускаем фирменный тест, если тест проходит — подписываем акт».

— Отлично, — сказал Иван. — Тест у нас есть. Значит, так… Готовься к тому, что через три дня у тебя должны работать человек восемь хороших профессионалов. Ну вот, все пока. Когда же перестанут громыхать?

— Уже заканчивают, — ответил Сергей.

Иван закрыл глаза. Сергей не уходил, он понял, что всю эту ночь Иван не спал.

— Слушай, Ваня, расскажи-ка мне как на духу, зачем тебе это надо, только не шути.

Иван открыл глаз, ничего не говоря. Он думал.

— Потому, что я так решил, — отрезал Иван и снова закрыл глаз, показывая этим, что разговор закончен.

— Ты решил штурмовать небо. Что ж — дело твое, — сказал Сергей и вышел. «Он сумасшедший, ну и ладно, это его дело, хочет, пусть штурмует, а ты, Сергей Михалыч, займись своими делами».

6

Когда Сергей ушел, Иван задумался: «Говорят: утро вечера мудренее, правда, сейчас как раз утро. Не поспать ли мне? Высплюсь и соображу, что же мне делать дальше».

Иван моментально отключился и крепко спал шесть часов. Проснулся Иван от головной боли, его сильно тошнило.

— Миша, таз! — позвал Иван.

Тошнота отступила, и голова вскоре перестала болеть.

«Я решу эту задачу сам, — так, на всякий случай, чтобы не потерять квалификацию».

Риикрой, который почти неотступно находился при Иване, глубоко вздохнул и вытер лоб: «Сработало… Ну, теперь дело пойдет».

Эта мысль пришла в голову Ивану и не оставила никаких сомнений, что надо делать именно так, а не иначе. Выпив стакан сладкого чаю, Иван принялся обдумывать решение задачи. Время от времени он работал левой рукой на клавиатуре компьютера. Так он работал до самого вечера. К удивлению Ивана, основные алгоритмы программы были найдены им довольно быстро. В алгоритмах был заложен принцип, который был использован Иваном при решении одного из уравнений его Системы, поэтому дело шло очень гладко. «Если и дальше так пойдет, то через пару дней все будет готово», — думал Иван.

Аллеин всегда терялся, когда надо было определять, что свободные люди делают по своей воле и что под влиянием козней слуг Сатаны. От Сергея причинные связи тянулись к Ясницкому, потом куда-то в Америку. Не исключено, что Сатана подготовил какой-то хитроумный план, который приведет Ивана к необходимости решить Систему, и этот план уже приведен в действие.

7

С самого утра Наташа не могла найти себе места. Последние дни не было возможности даже минуту передохнуть, и вот после похорон и поминок все заботы разом куда-то отступили, делать было совершенно нечего, да и делать ничего не хотелось. Наташа легла на диван и закрыла глаза. Она попыталась представить голубое небо, это долго не удавалось, но, наконец, удалось. Перед глазами было голубое небо, по небу плыли белые облака. Наташа мысленно повернула голову: она лежала на траве, а вокруг — и рядом, прямо перед глазами, и дальше, насколько хватает глаз, — было одуванчиковое поле. «Что это за небо и что это за поле? — спросила у себя Наташа. — Это небо и поле из страны моего детства, — ответила она сама себе. — Это страна, где я хотела бы быть всегда».

Среди белых облаков Наташа заметила одно большое темно-серое. Облако приближалось и вскоре закрыло солнце. Стало сумрачно. Наташа встала и огляделась: все краски, такие яркие под лучами солнца, сразу поблекли. На краю поля Наташа увидела силуэт идущего в ее сторону человека. «Этот человек мой будущий муж», — вдруг решила Наташа и стала напряженно всматриваться вдаль, стараясь разглядеть черты лица приближающегося человека. Человек подошел уже довольно близко, но Наташа никак не могла разглядеть его лица. Наконец метрах в десяти человек остановился, приложил левую руку к сердцу и вежливо наклонил голову. «Это Иван! — узнала, наконец, Наташа. — Это он, но почему он такой, откуда такая странная одежда, почему у него нет лица, почему он говорит не своим голосом?»

— Иван, это ты?

— Иван — это я, — ответил человек.

И Наташа сразу четко увидела лицо Ивана. Он улыбался, и одежда сразу преобразилась в ту, которая была на нем, когда они в прошлый раз встретились.

«Ему плохо, я должна увидеть его, — подумала Наташа и открыла глаза. — Что за странное видение, я ведь не спала, я, наверное, видела то, что хотела видеть».

Наташа позвонила Сергею:

— Сережа, как Иван себя чувствует?

— По-моему, неплохо, раз взялся программировать, — ответил Сергей.

— Он что, не в больнице? — удивилась Наташа.

— Удержишь ты его в больнице, как бы не так. Он в своей квартире, лежит на полу на матрасе и работает левой рукой на компьютере.

— А почему левой?

— Потому что правая у него плохо двигается и правый глаз ничего не видит.

— Как он, все же, на самом деле? Что ты думаешь?

— Врачи говорили, что ему месяц надо лежать не шевелясь, а Мишка, который дежурит у него, говорит, что он уже пытался вставать, и что обещал ему, что завтра непременно встанет. Вот так-то.

— А как это все произошло?

— Точно не знаю, но в ближайшее время, по-видимому, выясню.

— Сережа, я хочу сходить к Ивану.

Несколько секунд Сергей молчал.