Главным же бельгийским маньяком, покровительствовавшим африканским людоедам, был король Леопольд. Не нужно путать этого персонажа с котом из мультфильма, прославившимся фразой: «Ребята, давайте жить дружно!». Этот Леопольд принадлежал к династии Саксен-Кобургов, носил порядковый номер «второй», а дружелюбными леопольдовскими фразами прикрывал самые гнусные делишки. Тот еще был котяра!
К моменту вступления нашего Леопольда на трон в 1865 году Бельгия была одним из самых молодых европейских государств. До 1830 года никакой Бельгии не существовало. В средние века эти земли называли Южными Нидерландами. Сначала они принадлежали Бургундии, потом — Испании, а до конца XVIII века — Австрии. Из страны в страну Южные Нидерланды переходили по династическому праву наследования. Не оказалось у бургундского герцога Карла Смелого наследника по мужской линии — так и пошли эти землицы гулять по рукам между его дальними августейшими родственниками.
Бельгийского короля Леопольда называли «маклером на троне». Делал деньги даже из человечины в Африке.
Потом появился Наполеон и все подгреб под Францию. После его успокоения в 1815 году на Венском конгрессе Южные Нидерланды присоединили к королевству Голландия, срочно созданному по английскому заказу. Главной целью существования этой региональной «сверхдержавы» было прикрытие Великобритании от вторжения с континента. Кому ни придет в голову высадиться в сердце британской короны — французам или немцам, а на их пути Голландия, независимость которой гарантирует британский Джон Булль со своим флотом.
ИМЕНИ ЕВРОЛЮДОЕДОВ. Правда, очень скоро англичанам стало казаться, что голландцы слишком задирают нос. И они инспирировали в 1830 году в Южных Нидерландах, населенных преимущественно франкоговорящими гражданами, «национально-освободительную революцию». Когда голландский король ее подавил, заняв Антверпен и уже подойдя к Брюсселю, Великобритания заявила, чтобы он немедленно забирался назад в свою Голландию. Иначе немедленно высадит на континенте свои войска. Так и возникло Бельгийское королевство.
В той же гордой леопольдовской позе красуется брюссельский мальчик — символ столицы Евросоюза.
Название ему в срочном порядке вытащили из учебника истории. Когда-то в стародавние античные времена, которых, если верить московским прохиндеям Фоменко и Носовскому, вообще не было, будущую Бельгию населяло кельтское племя белгов — дикое и кровожадное, любившее приносить человеческие жертвы и отрезать головы. Юлий Цезарь это племя истребил в корень — принес, так сказать, в жертву римским богам. Только память и осталась. В честь этих древних европейских людоедов и назвали страну, где теперь столица Европейского Союза.
РУССКИЙ ПОЛКОВНИК. Корону Бельгии англичане подарили папочке Леопольда II — тоже Леопольду, но Первому. По той простой причине, что он находился в родстве с британской правящей династией. Связи, коррупция, рука руку моет… А как вы думали? Именно то, с чем теперь так борются просвещенные европейцы, и привело старшего Леопольда на трон! Впрочем, первый Леопольд был не только мелким германским принцем, но еще и русским полковником. На службе России он командовал лейб-гвардии Кирасирским полком в наполеоновских войнах, получил за храбрость золотую шпагу и даже дослужился до генерал-лейтенанта.
Кандидатуру этого бравого отставника на бельгийский престол Великобритания, естественно, согласовывала с Россией. Петербург дал добро. Леопольд I устроил всех. Он въехал в Брюссель на белом коне, присягнул на верность бельгийской конституции, срочно написанной по такому поводу, женился на французской принцессе, которая была моложе его на 22 года, и стал мирно править, никого особенно не задирая. Что и понятно — навоевался в молодости. День въезда Леопольда I в Брюссель — 21 июля 1831 года — теперь один из главных бельгийских праздников.
И вот у этого героя-кавалериста родился наследник — маленький мерзавчик Леопольд II. С детства он отличался порочными наклонностями и одновременно талантливым умением выдавать себя за хорошего мальчика. Юному бельгийскому принцу больше всего хотелось кого-то мучить, грабить и наживаться на чужом горе. Видимо, в нем говорила кровь его предков — феодальных разбойников. Но Леопольд II понимал, что в центре Европы после отрубленных голов французского Людовика XVI и британского Карла I особенно разгуляться ему не дадут. Он остерегался мучить бельгийцев. Наоборот, все время расхваливал бельгийскую конституцию и хвастал, как соблюдает права бельгийского народа. Наш Леопольд придумал себе развлечение на стороне — в далекой Африке, где ему никто не мешал.
ХОЧУ ФИЛАНТРОПСТВОВАТЬ! Леопольд стал убеждать всех, что хочет покровительствовать наукам — особенно географическим исследованиям. В 1876 году он организовал за свои средства, не влезая в государственный бюджет, Международную ассоциацию для исследования и цивилизации Центральной Африки. Бельгийских граждан это только радовало. Пусть король развлекается! Лишь бы не лез в наши дела.
Генри Стэнли с негритенком. Открыл дорогу Леопольду II в дебри Конго.
Сразу же после своего возникновения Ассоциация кота, простите, короля Леопольда, направила в Африку экспедицию, которую возглавил знаменитый путешественник и журналист Генри Стэнли — корреспондент лондонской «Дэйли Телеграф» и американской «Нью-Йорк Геральд». Дело было поставлено с размахом. Рыцарь свободной прессы ехал не сам, а под охраной отряда из двух тысяч человек! Официально ребята занимались географическими исследованиями. В реальности же вынюхивали, что где плохо лежит. Путь экспедиции лежал в Конго — огромную центральноафриканскую страну в районе экватора.
Еще с XVI века именно в этих местах добывали негров-рабов. Чернокожие жители США — в основном, потомки выходцев, точнее, «вывозцев» из этих мест. А места там были гиблые для европейцев из-за малярийных болот и мухи цеце — переносчика сонной болезни. Поэтому белые в Конго нос особенно не совали — предпочитали действовать через посредников, нанимая наиболее агрессивные племена негров для отлова других чернокожих.
Подданные короля Леопольда. Под охраной и в цепях — а то убегут.
Но к 1876 году, когда Леопольд основал свою ассоциацию по вопросам дальнейшей цивилизации, этот бизнес захирел. Рабство запретили во всем мире, кроме Бразилии. А рынок той уже был по уши насыщен чернокожими предками будущих великих футболистов. Леопольда интересовало, нельзя ли чем-то работорговлю заменить? Причем, в тех же местах, где она недавно процветала и с использованием тех же местных кадров? Например, можно ли завести в Конго плантации бразильской гевеи, дающей материал для резины — каучук?
ШИНЫ И ПРЕЗЕРВАТИВЫ. Каучук интересовал Леопольда по двум причинам. В Европе, активно ходившей в публичные дома, как раз изобрели презерватив и массово запустили в производство. Но материал для него приходилось завозить из Бразилии — монополиста этого сырья. Бельгийский король ломал голову, как бы ему по логистике найти местечко поближе для производства каучука и нажиться на производстве «резинок»? Такого ремесла король Леопольд совершенно не стеснялся. Его тесть австро-венгерский император Франц Иосиф, выдавший за правителя Бельгии свою дочь, даже называл зятя «маклером в короне».
Кроме того, в Европе входили в моду велосипеды. Вместе со здоровым образом жизни. Для производства велосипедных шин тоже необходим каучук. Все это радовало короля Леопольда. Шины и презервативы — именно то, что было ему нужно для торговых операций. А тут и Стэнли вернулся из Африки с приятной новостью, что Конго — отличное местечко для каучуковых плантаций. И климат, и народ там — что надо!
За Африку шла ожесточенная борьба между великими европейскими державами — Англией, Францией и Германией. Используя противоречия между ними, Леопольд II выпросил себе Конго. Ну зачем вам, великим державам, эта жуткая страна с малярийными комарами и мухой цеце? Там же жить нельзя! Давайте я возьму на себя благородную миссию просвещения всех этих баконго, бапенде, баквезе, баяка, байомбе, басуку, нгомбе, мбуджа, локеле, мабинджа и прочих племен, в которых сам черт ногу сломит! Я, Леопольд, готов нести бремя белого человека! Ну, неси, — сказали великие европейские державы. И Леопольд понес.
В 1885 году Леопольд II на Берлинской конференции, в которой участвовали Германия, Великобритания, Франция и Россия, добился права на создание Свободного государства Конго — своего личного владения, не подконтрольного никому, кроме короля Бельгии. В соответствии с условиями генерального акта Берлинской конференции, Леопольд обещал «подавить работорговлю», содействовать «гуманитарной политике»; гарантировать «свободную торговлю в колонии», не накладывать «никаких импортных пошлин на двадцать лет» и «поощрять благотворительную деятельность и научные предприятия».
