именно Гитлер фактически называл здесь «изучением», сомнений нет. Многочисленные неудачные словообразования, такие, например, как «негерманский» (undeutsch), и плохие формулировки типа: «раздавать милости» (Gnaden verteilen), «я был избавлен от того, чтобы социальные вопросы изучать таким образом», вместо познакомиться; национал-социалисты как внутренние «агенты разложения» (Zersetzer) профсоюзов, «заправилы одного из таких профсоюзов — мошенники», «обманут авторами прежних объяснений», «неидеальный» (unideal), «чванство» (Eingebildetheit), «научное школьное образование, которое сегодня фактически бродит вокруг да около всей государственной воспитательной работы» и «я потерял отца внезапно»61, однако, не были заменены другими, более удачными. Точно так же сохранены многие явно неудачные формулировки. Например, рассказывая о своем переселении в Вену (после смерти матери), Гитлер пишет, что он приехал в Вену, «чтобы делать приемные экзамены в Академию»62, это исправили только в 1945 году. Так же обстоит дело с формулировкой Гитлера «цель воспитания женщин непоколебима — приходящая мать (вместо: будущая. —
Примеч. авт.)». Остались неизмененными и следующие неудачно выбранные слова в выражениях Гитлера: «Общее политическое мышление в старой дунайской монархии было… более сжимающим, чем в старой Германии», «ели и пили, пока хватало денег», «…потому что не для сохранения беспутной династии (Австро-Венгрия. —
Примеч. авт.) миллионы привязывают себя к стальному шлему, а для спасения германской нации», «или никто не знает, какое проклятие нагружено на детей и внуков», и «сначала меня охватила тревога, может быть, пули выпущены из пистолетов германских студентов»63. В связи с проблемой сифилиса, единственной, которую Гитлер в книге «Майн Кампф», по его собственному высказыванию в 1938 году, осветил неправильно64, еще в издании 1943 года вместо слов «Это сводится… к концу», написано: «Но это, однако, в конце выходит наружу»65. Не изменилась также неудачная формулировка: «свободно предавались греху»66. Подобным же образом корректоры просмотрели, что Гитлер говорит не о «праве личной свободы»67, а о праве наличную свободу, когда рассуждает о «долге по отношению к сохранению расы»68. Неточной по содержанию является формулировка Гитлера: «Потому, что здесь этот вопрос (сифилис), в первую очередь, касается потомства, он относится к тем, о которых со страшным правом можно сказать, что грехи отцов мстят за себя вплоть до десятого поколения»69. Во второй книге Моисея — Исход 34: 7, на которую Гитлер, несомненно, хотел сослаться, в этом месте написано: «…до третьего и четвертого рода».
И наоборот, корректоры изменили некоторые из самых безобразных ругательных слов Гитлера, превратив их в более переносимые. Вместо слова «чумная проститутка» (Pesthure) уже во втором издании 1-го тома они писали «чумная зараза» (Pestilenz)70, вместо «кинопошлость, дрянная пресса и подобная навозная жижа» «кинопошлость, дрянная пресса и подобное»71. «Эстетствующих голодных обезьян» (ästhetischen Schmachtaffen) они превратили (точно так же, уже во 2-м издании 1-го тома) в «эстетствующих юношей» (ästhetischen Jänglinge)72, из «сферы его собственного свинского существа» сделали «сферу его собственного низкого существа»73 и из «идиоты — усовершенствователи мира» (во 2-м томе) — «великолепные усовершенствователи мира»74. И наоборот, в 1-м томе они сохранили: «выковыривать из тумана этого литературного дадаизма “внутренних переживаний”»75. Рейхсканцлер Вильгельм Куно (1876–1933), призвавший к пассивному сопротивлению французским и бельгийским войскам во время занятия ими Рурской области, начавшегося 11 января 1923 года (и этим также вызвавший недовольство Гитлера), в первом издании 2-го тома постоянно носил кличку «господин фон Куно». Но уже в следующих изданиях его называли правильно, хотя и иронично, «господин Куно» и «рейхсканцлер Куно»76.
Исправлены также многие орфографические ошибки77, неправильно использованные иностранные слова заменены правильными. Например, сначала у Гитлера стояло: «духовные кентавры» (geistige Zentauren; греческое мифическое существо, полуконь-получеловек. — Примеч. авт.). Корректор заменил эту формулировку на «духовные циклопы»78 (geistige Zyklopen; одноглазый великан. — Примеч. авт.). Еще во 2-м издании 1-го тома имевшаяся в наличии формулировка «водный берег Северного моря» (Wasserküste der Nordsee) была изменена на «побережье Северного моря» (Küste der Nordsee)79, существительное «трюфельный инстинкт» [журналистов] (Trüffelinstinkt) — на «инстинкт поиска трюфелей» (Trüffelsuchinstinkt)80, очевидную опечатку «чрезвычайно изумлен» (auf das höchlichste erstaunt) — на «в высшей степени изумлен» (auf das höchste erstaunt)81. В 1-м издании 1-го тома, там, где Гитлер описывал свое первое большое публичное выступление от имени Германской рабочей партии, значилось: «через 30 минут небольшое помещение, заполненное людьми, уже наэлектризовалось»82, чем Гитлер хотел сказать, что участники собрания оказались «наэлектризованы» мощью его речи. В изданиях 1930, 1933 и 1939 годов уже написано: «через 30 минут люди в небольшом помещении были уже наэлектризованы»83. Очевидно, читателям трудно было понять формулу Гитлера: «В течение немногих летя создал… основы учения, которыми я живу и сегодня»84; поэтому в издании 1939 года стоит формулировка, хотя и совсем не лучше прежней: «В течение немногих лет я создал… основы моего учения, которыми я живу и сегодня»85.
Там, где речь идет о похоронах весьма почитаемого Гитлером бургомистра Вены д-ра Карла Люгера86, в изданиях 1925–1933 годов читаем: «Я был также среди многих сотен тысяч, наблюдавших за трагедией». Позднее стало: «…наблюдавших за похоронной процессией». В «тонком издании» 1942 года снова, как и до 1933, стояло: «наблюдавших за трагедией»87! Впрочем, в 1942 году не было буквы «е» в конце слова «трагедия» (Trauerspiele).
При случае редакторы пытались улучшить неубедительные формулировки Гитлера путем перестановки предложений, что, однако, не всегда было удачным, как, например, в приведенном ниже фрагменте.
Первый текст взят из 2-го издания 1-го тома (с. 286).
«Эти люди настолько глупы для того, чтобы думать самим, и слишком высокого мнения о себе, чтобы учиться у других необходимому. Почти в каждом министерском советнике сидит атом древнейшей правды, которая Оксеншерну заставляет выкрикивать: “миром правит частица мудрости ”— но уже с момента образовании республики Германия это больше не соответствует действительности. Именно поэтому закон о защите республики запрещает думать о чем-то подобном или даже говорить об этом. Ио для Оксеншерны было счастьем жить тогда, а не сегодня в этой смышленой республике».
Второй текст взят из «народного издания» 1939 года (с. 296).
«Этилюди глупы для того, чтобы думать самим, и слишком высокого мнения о себе, чтобы учиться у других необходимому — древнейшая правда, которая Оксеншерну заставляет выкрикивать: “миром правит частица мудрости ”, из этой частицы, разумеется, почти каждый министерский советник представляет собой лишь один атом. Впрочем, с момента образовании республики Германия это больше не соответствует действительности — поэтому также запрещено законом о защите республики думать о чем-то подобном или даже высказываться об этом. Но для Оксеншерны было
