придали однозначную направленность на Советскую Россию, тем более что внутриполитическое положение того времени казалось очень подходящим для подобного тезиса.
В очень многих случаях Гитлер отказывался от называния имен. Он делал это только тогда, когда упоминание какого-то имени не могло повредить ему в его роли «фюрера». В некоторых случаях в более поздних изданиях имена заменялись при переписывании, что мы покажем на двух примерах. Фраза «Каждый год увеличивает их [евреев] контроль над рабочей силой 120-миллионного народа [США]; один только магнат Форд остается сегодня, к их ярости, независимым» стала (после изъятия имени Форда) такой:«… лишь очень немногие остаются сегодня, к их ярости, независимыми»142. По поводу отвергаемого Гитлером, особенно для практической политики, понятия «народный» в изданиях 1925 и 1928 годов говорилось: «Один баварский профессор по имени Бауман, известный и вооруженный духовным оружием борец, достигший больших успехов в тоже духовном марше на Берлин, придает понятию “народный” смысл, близкий к “монархический”»143.
Иногда обработчики текста вносили значительные стилистические и количественные изменения, как это наглядно144 видно на следующем примере цитат из изданий 1925 года (второе издание 1-го тома) и 1939 года («народное издание»),
«Народное издание» 1939 года, с. 321 и далее.
«… Если бы этот час испытания не пришел, то едва ли кто-нибудь догадался бы, что в безбородом мальчике скрывается юный герой. Почти всегда любое столкновение вызывает на первый план гения. Удар судьбы, сбивающий одного на землю, в другом бьет по стали и, разбивая оболочку обыденности, представляет взору изумительный облик скрытого до сих пор ядра. Мир сопротивляется и не хочет верить, что кто-то, казавшийся таким же, как все, вдруг превращается в совершенно другое существо; процесс, повторяющийся, вероятно, для каждого значительного сына человечества.
Хотя изобретатель, например, завоевывает славу только в день, когда становится известно о его изобретении, неверно думать, что гениальность пришла к нему лишь теперь — искра гения есть в голове по-настоящему творческого, одаренного человека уже с момента его рождения. Настоящая гениальность всегда врожденная, и никогда — приобретенная или изученная.
То же самое справедливо, как уже говорилось, не только для отдельного человека, но и для расы. Творчески деятельные народы с самого начала наделены этим качеством, даже если это и не видно поверхностному наблюдателю. Здесь тоже международное признание является лишь следствием выполненных дел, так как остальной мир не способен узнать гениальность саму по себе, а лишь — по видимым ее проявлениям в форме изобретений, открытий, построек, картин и так далее…»
Второе издание 1-го тома, с. 309
«… Если бы этот час испытания не пришел, то едва ли кто-нибудь догадался бы, что в безбородом мальчике будет скрыт юный герой. Почти всегда любому столкновению нужен гений. Удар судьбы, сбивающий одного на землю, в другом бьет по стали и, разбивая оболочку обыденности, представляет взору изумительный облик скрытого до сих пор ядра. Мир сопротивляется и не хочет верить, что кто-то, казавшийся таким же, как все, вдруг превращается в совершенно другое существо; процесс, повторяющийся, вероятно, для каждого значительного сына человечества.
Хотя, в теперешних обстоятельствах, изобретатель, например, завоевывает славу только в день, когда становится известно о его изобретении, неверно думать, что гениальность пришла к нему лишь теперь — искра гения есть в голове по-настоящему творческого, одаренного человека уже с момента его рождения, хотя часто в течение многих лет она находится в состоянии полусна и поэтому остальному миру не видима. Но в один прекрасный день, каким-то внешним поводом или толчком искра становится пламенем и только теперь начинает постепенно привлекать внимание других людей. Только самые глупые из них всерьез верят, что тот, другой, лишь сейчас стал умным, хотя в действительности они сами, наконец, начали видеть его величие; потому что настоящая гениальность всегда врожденная, и никогда — приобретенная или изученная.
То же самое справедливо, как уже говорилось, не только для отдельного человека, но и для расы. Творчески деятельные народы с самого начала наделены этим качеством, даже если это и не видно поверхностному наблюдателю. Здесь тоже международное признание является лишь следствием выполненных дел, так как остальной мир не способен узнать гениальность саму по себе, а лишь — по видимым ее проявлениям в форме изобретений, открытий, построек, картин и так далее…»
Сравнение двух формулировок Гитлера по одному из принципиальных партийных вопросов, который входе времени получил два принципиально различных ответа, наглядно показывает, что при введении этой корректуры изменили даже типографский набор.
Текст 2-го издания 1-го тома, с. 364 и далее.
«Движение ни в малом, ни в большом не отступит от основного принципа германской демократии: Выбор вождя, но при непременном условии его авторитета.
Практически следствия этого принципа в движении таковы:
Первый председатель местной группы выбирается, а затем только он становится ответственным руководителем группы. Все комитеты подчинены ему, а сам он не подчинен какому-либо комитету. Комитетов для согласования нет, они существуют только для работы. Работу разделяет между ними ответственный руководитель, первый председатель. Такой же принцип действует для организации следующего, более высокого, уровня, района, округа или области. В любом случае выбирается первый председатель, обладающий неограниченными полномочиями и авторитетом. То же самое действует для руководства всей партией. Председатель выбирается, он — абсолютный и исключительный вождь движения. Все комитеты подчинены ему, а не он — комитетам. Он определяет политику, но, поэтому, несет на своих плечах также всю ответственность. Если он нарушает основные принципы движения или плохо служит его интересам, то участники движения перед новыми выборами председателя на съезде имеют право привлечь его к ответственности и лишить его поста председателя, который он занимает. Только в этом случае на его место приходит более умелый, новый человек, который имеет равный авторитет, но также и равную ответственность.
Одна из важнейших задач движения — сделать этот принцип определяющим не только в своих собственных рамках, но и для всего государства».
Текст из «народного издания» 1939 года, с. 378 и далее.
«Движение ни в малом, ни в большом не отступит от основного принципа безусловного авторитета вождя, сочетаемого с высочайшей ответственностью.
Практически следствия этого принципа в движении таковы:
Первый председатель местной группы назначается вождем следующего, более высокого уровня, он становится ответственным руководителем группы. Все комитеты подчинены ему, а сам он не подчинен какому-либо комитету. Комитетов для согласования нет, они существуют только для работы. Работу разделяет между ними ответственный руководитель, первый председатель. Такой же принцип действует для организации следующего, более высокого, уровня, района, округа или области. Всегда вождь назначается сверху и наделяется
