— Ой, беда, — прошептал ей Крис и усмехнулся.
Лифт открылся, Рис вошел внутрь, и Крис усугубил грех, обняв ее на прощанье и поцеловав в макушку. Последнее, что увидела Салли прежде, чем закрылась дверь лифта и муж исчез из вида, — убийственное выражение его лица.
Глава 5
— Ты спятил, — прошептала Салли Крису, разрываясь между смехом и неподдельным беспокойством.
В ярости Рис очень опасен. Он достаточно сильный, достаточно необузданный, и достаточно неразборчивый в средствах, чтобы справиться с любым, кто встанет у него на пути, кроме того, он прошел специальное обучение. Под безупречным костюмом-тройкой скрывался наполовину цивилизованный коммандос, и он может сильно травмировать Криса.
— Ты пытаешься совершить самоубийство? У Риса очень вспыльчивый характер!
— Не хочу, чтобы он воспринимал тебя как нечто само собой разумеющееся, — лениво объяснил Крис. — И криво усмехнулся. — Не стесняйся использовать меня в любое время, когда понадобится помощь, по крайней мере, смогу отплатить тебе услугой за услуги. Я использовал тебя, ты используешь меня.
У Салли перехватило дыхание. Соблазнительная идея — притвориться перед Рисом, что безумно влюблена в Криса, хотя вряд ли она сможет действовать достаточно убедительно, кроме того она не хотела давить на мужа слишком сильно, вдруг он выйдет из себя и причинит Крису какой-нибудь вред.
— Спасибо за предложение, но не уверена, что очень умно разыгрывать перед ним такое представление, — сникла она. — Мне нравится твое лицо в нынешнем виде. Но если не возражаешь, я подброшу твое имя как дымовую завесу, чтобы скрыться позади.
— Без проблем. — Он оценивающе и серьезно посмотрел на нее. — Почему ты пытаешься убежать от него? У него есть все, что женщинам нравится в мужчинах.
— Я знала Риса до того, как он купил журнал, — осторожно объяснила Салли, не желая выложить слишком многое. — Он хочет возобновить отношения, а я нет. Так что все просто.
— Кроме того, о чем ты не рассказала, но я тебе верю, — задумчиво заметил Крис и, улыбнувшись ей, ушел.
Вернувшись к своему столу, Салли весь день ждала звонка, вызывающего ее в офис Риса, но телефон молчал и, наконец, она поняла, что тот решил действовать более изощренно. Он решил дать ей поволноваться и стать беспокойной и уязвимой. Она ему еще покажет!
Цветисто выругавшись, Салли отодвинула статью, над которой работала, и вставила в пишущую машинку чистый лист. Если Рис ведет грязную игру, то она без угрызений совести может забросить постылую работу. Вместо того, чтобы чахнуть над этой дурацкой статьей, она будет писать мемуары! Если она возьмется описывать историю своей жизни, все события, то к старости как раз закончит и тогда не придется мучиться, чтобы вспомнить какое-нибудь происшествие!
Адреналин мчался по венам, и пальцы летали над клавишами пишущей машинки. Впервые за эти недели слова выплескивались из головы, и она едва успевала печатать. Салли почувствовала себя ликующей и снова живой. Вдохновение придало импульс ее телу.
Внезапно она опустила руки и посмотрела на напечатанное. Зачем забавляться мемуарами? Почему бы не сочинить роман, вплетя в него собственный опыт? Она всегда хотела написать книгу, но вечно не хватало времени. Теперь времени более чем достаточно, и она чуть не расхохоталась при мысли, что на деньги Риса в оплаченное им время начнет строить новую карьеру.
Салли нетерпеливо вставила новую страницу в пишущую машинку, затем несколько минут сидела, озадаченная первой проблемой — какое имя использовать для героини? Может, оставить пока пустое место и вставить имя позже? Потом поняла, что должна придумать имя прежде, чем сможет представить характер, побудительные мотивы и физический облик своего создания. Написать книгу — это не тоже самое, что статью или репортаж. Прежде она имела дело с изложением фактов, но в беллетристике придется изобретать детали самостоятельно. За исключением первой творческой работы на курсах, она описывала только реальные события, так что все оказалось гораздо трудней, чем она воображала.
До конца дня Салли, не отрываясь, нафантазировала восемь страниц и раздраженно глянула на часы, настаивавшие, что время уходить. Она сложила драгоценные восемь страниц в папку и подхватила ее подмышку. Она еще поработает над ними дома, на собственной пишущей машинке.
Редко что-либо держало ее в таком сосредоточенном напряжении и когда Салли, наконец, улеглась спать той ночью, сюжетные ходы и сцены вертелись в сознании. Этот вызов равнялся самому опасному заданию, и она чувствовала тот же энтузиазм, тот же порыв, принимая его. Она почти возмущалась, что вынуждена попусту потратить часы на отдых, но наконец уплыла в глубокий, без сновидений сон, самый спокойный за эти недели.
Почти неделю Салли трудилась над рукописью каждую улученную минуту, забирая с собой, чтобы работать, сидя до поздней ночи и печатая, пока утомление не вынуждало идти спать. Рис не вызывал ее, и она настолько увлеклась своим проектом, что перестала ждать его звонка и каких-то действий с его стороны. Она осознавала его молчание только внешним краем сознания и не волновалась об этом. Пока он не пытается возобновить их отношения, она довольна тем, как проходит время и, судя по тому, сколько раз она замечала Корал Уильямс, входящей или покидающей здание, Рис тоже не видит смысла спешить.
Однажды днем она уже собралась уезжать, когда зазвонил телефон, удивив ее, потому что теперь это случалось редко. Поскольку Бром отсутствовал, она сама сняла трубку и услышала, как Рис голосом будто состоящим из гравия, коротко приказал:
— Салли, поднимись ко мне. У нас проблема.
Глядя на телефон после того, как он повесил трубку, Салли задалась вопросом о характере «проблемы». Он имел в виду, что у них личные проблемы — если так, она вынуждена согласиться, — или он имел в виду, что проблема у журнала? Что-то произошло, что потребовало ее персональных качеств? Рис загнан в угол и вынужден привлечь ее, либо потерять газетный материал? Она смаковала эту мысль, пока поднималась в офис Риса, гадая, как он справится с такой ситуацией.
Аманда нетерпеливо махнула в сторону кабинета Риса с возгласом: «Они тебя ждут!», и когда Салли вошла внутрь, то увидела, что Грэг тоже присутствует, беспокойно бродя по офису, в то время как Рис растянулся в своем большом кресле, положив ноги на стол; он выглядел физически расслабленным, но блеск глаз выдавал напряженную работу мысли.
Грэг повернулся, когда она вошла, и впился в нее взглядом, свирепо выпятив челюсть. Он всегда так держался, когда был расстроен, и у Салли от тревоги перехватило дыхание.
