В конце 1937 г. анализируя итоги войны в Испании, Главное артуправление РККА на основании письма-представления начальника АБТУ Д. Павлова приняло решение о разработке для тяжелых танков 76-мм пушек с баллистикой дивизионной пушки обр. 1902 г. (длина ствола – 30 калибров). В начале 1938 г. задание на проектирование такой артсистемы для вооружения танков Т-28 получило КБ Кировского завода.
За основу была взята конструкция пушки Л-10, но увеличена длина ствола и усилен казенник для использования выстрелов дивизионного орудия (Л-10 могла использовать выстрелы, предназначенные только для "полковой" пушки). По завершении испытаний Л-11 была рекомендована для принятия на вооружение с условием устранения отмеченных недостатков, и в этом же году начался выпуск установочной серии пушек для проведения войсковых испытаний. В апреле пушка Л-11 была принята на вооружение танков Т-28, БТ-7А в ходе их планировавшейся модернизации, а также для оснащения перспективных тяжелых и средних танков.
Но еще до начала советско-финской войны Главное арт-управление РККА потряс скандал. Как вспоминал Л. Горлицкий: "Случилось то, чего мы все боялись!" В то время он был заместителем главного конструктора ЛКЗ С. Маханова по артиллерийскому вооружению и принимал участие в разработке танковой пушки Л-11. В ходе летних учений 1939 г. вдруг обнаружилось, что многие танки Т-28, вооруженные 76,2-мм пушкой Л-10, не могут считаться боеспособными.
Дело в том, что конструкция указанной пушки имела одну неприятную особенность. Объем ее тормоза отката был связан посредством малого отверстия с агмосферным воздухом, и если в процессе эксплуатации приходилось попеременно вести беглый огонь при различных положениях ствола (вверх – вниз), отверстие перекрывалось и жидкость вскипала при выстреле, разрывая тормозной цилиндр. В движущемся по пересеченной местности танке такая "болтанка" со стрельбой была не редкостью (упражнения по стрельбе с хода, и с коротких остановок), и потому ни один танк из числа вооруженных орудием Л-10 не мог считаться застрахованным от такой неприятности. Конструкция же новой пушки Л-11 была подобна Л-10, и потому она была отставлена в сторону вплоть до устранения отмеченных недостатков.
Задания на проектирование новой танковой пушки калибром 76,2 мм с длиной ствола 30 калибров получили ОКБ-92 Горьковского артиллерийского завода № 92 имени И. Сталина под руководством В. Грабина и группа КБ Мотовилихинского завода под руководством Сидоренко. В. Грабин использовал в проекте качающуюся часть своей дивизионной пушки обр 1936 г. (Ф-22) и уложился в очень короткие сроки. Кроме того, поскольку в пушке использовалась хорошо отработанная конструкция массового дивизионного орудия, ее работоспособность не вызывала сомнений, а освоенные в серийном производстве детали делали ее стоимость весьма низкой. Все эти факторы привели к тому, что уже осенью 1939 г. новая пушка, получившая индекс Ф-32, вышла на параллельные испытания с изделием Кировского завода (Л-11). Согласно заданию, орудия испытывались в башнях танков БТ-7А и Т-28 и показали сходные результаты.
Танк БТ 7А, вооруженный 76,2-мм пушкой Ф-32, на испытаниях. 1940 г.
Танк БТ-7А, вооруженный 76,2-мм пушкой Л-11, на испытаниях. 1940 г.
Танк Т-28, вооруженный 76,2-мм пушкой Ф-32. 1939 г.
Танк Т-28, вооруженный 76,2-мм пушкой Л-11. 1939 г.
Поскольку тормоз отката Л-11, для исправления недостатков, выявленых в Л-10, был дополнен резервным отверстием с клапаном для сообщения с воздухом при стрельбе с углом склонения, разрушений тормоза отката в ходе совместных испытаний с Ф-32, обнаружено не было. Но, несмотря на некоторое упрощение конструкции, сложность и стоимость Л-11 были высоки!
Для производства механизмов Л-11 требовалась широкая номенклатура легированных сталей, цветных металлов, изготовление львиной доли узлов требовало фрезерных работ высокой точности и чистоты. В то же время узлы и механизмы Ф-32 (которая сама по себе имела меньшее число деталеи) могли быть изготовлены из дешевых сортов конструкционной стали, допуски на изготовление деталей были более щадяшими по сравнению с Л-11, что вполне логично привело к рекомендации по приему на вооружение танков БТ-7А, А-32, Т-28, КВ именно Ф-32 взамен Л-11. В январе 1940 г. пушка Ф-32 была принята на вооружение бронетанковых сил РККА с началом серийного выпуска на ЛКЗ во 2-м квартале.
После окончания советско-финской войны в апреле 1940 г. военное руководство СССР, базируясь на приобретенном боевом опыте, занялось очередным реформированием системы артиллерийского, танкового и авиационного вооружения РККА. В наибольшей степени грядущие перемены коснулись артиллерийского вооружения танков, прежде считавшегося более чем достаточным.
По инициативе председателя Совета обороны С.Тимошенко, направившего 13 июня 1940 г. в ЦК ВКП (б) и СНК СССР докладную записку о "…недостаточной мощности вооружения новых танков КВ и Т-34, а также иных образцов перспективных танков, находящихся в проектировании", 27 июня было назначено специальное заседание СНК и ЦК ВКП (б), посвященное этому вопросу.
На этом заседании 45-мм танковые орудия были признаны неперспективными, а для вооружения тяжелых танков активно "продвигались" тяжеловесы – пушки калибра 85-107-мм, а также гаубицы 122-152-мм.
К концу лета 1940 г. (по-видимому, после заседания ГАУ 17-19 августа) существовавшая в РККА классификация танковых пушек по калибрам была пересмотрена. Если прежде калибр 45-мм считался "средним", то теперь относился к "малому". Принятая 1 октября 1940 г. классификация танковых орудии по калибрам выглядела следующим образом:
"1.) малокалиберные танковые орудия – до 45-мм (считать временной мерой вплоть до разработки специальных танковых пушек калибра 55-60-мм);
2.) танковые орудия средних калибров – от 76-мм до 95-мм;
3.) танковые орудия больших калибров – более 95-мм (с 1941 г. более 107 мм)".
Но если с малокалиберными и среднекалиберными пушками все было более или менее ясно, то крупнокалиберные пришлось создавать заново.
Еще в марте 1938 г. Главным артиллерийским управлением были выданы предварительные ТТТ на дивизионную и танковую пушку калибра 95-мм и 76-мм танковую пушку большой мощности. Вскоре В. Грабин начал проектные работы по танковой пушке "с баллистикой зенитного орудия обр. 1938 г." (зенитная пушка обр. 1938 г. имела баллистику орудия 3К обр. 1931 г.). Проект велся под индексом Ф-27, но танк под него выделен не был. Вскоре проект был остановлен, так как в начале 1939 г. принимается решение о прекращении выпуска 76-мм зенитных пушек и переходе на 85-мм орудие.
В. Грабин пошел практически таким же путем и весной 1939 г. предложил на суд ГАУ 85-мм пушку Ф-30, отличавшуюся от Ф-27 только 85-мм трубой ствола и немного удлиненным тормозом отката. Образец пушки был установлен в башню танка Т-28, в которой прошли его испытания возкой. Но испытания стрельбой не проводились, так как, во-первых, не было необходимого количества выстрелов и, во-вторых, реакция отдачи орудия на погон ожидалась несколько выше, чем то допускалось проектом. Проведенные испытания на искусственном откате и на интенсивное заряжание-разряжание на различных углах возвышения на месте и в движении в сентябре 1939 г. орудие выдержало, и в следующем году было рекомендовано передать орудие "для проведения полигонно-войсковых испытаний в тяжелом танке Кировского завода".
85-мм пушка Ф-30 в башне танка Т-28 на испытаниях возкой. Коллаж из отчета ГАУ, 1939 г.
Однако в башню танка КВ-1 установить указанную пушку не удалось (сказались большие габариты казенной части, так как по заданию не допускалось выдвигать тормоз отката за пределы башни). В августе 1940 г. были даны уточненные ТТТ на 85-мм пушку Ф-30 в башне танка КВ, но только в начале 1941 г. она была смонтирована в башне нового танка Т-220 (КВ-220), имеющего увеличенный круг обслуживания. Установка оказалась неуравновешенной, и танк отправился на завод № 92 для доработки артсистемы. Только в марте 1941 г. пушка успешно прошла первый этап испытаний и была рекомендована для принятия на вооружение. Однако к тому времени для вооружения тяжелых танков уже рассматривались более мощные артсистемы калибра 107-мм, и дальнейшего развития пушка Ф-30 не получила.
В январе 1940 г., используя баллистическое решение НИИ-13, выстрел калибра 95-мм и конструкцию 85-мм пушки Ф-30, ОКБ-92 спроектировало и изготовило опытный образец танковой пушки Ф-39. Испытания возкой и на искусственном откате орудие прошло осенью 1940 г. в башне танка Т-28 (по-видимому, того самого, в котором до того обкатытывались Ф-32 и Ф-30), но до конца года вопрос с продолжением работ над орудием калибра 95-мм решен не был, а весной 1941 г. КБ было сориентировано на разрабтку танковой пушки калибра 107-мм для танка КВ-3.
