Девушки болтали на кухне, а Лиз находилась в гостиной. Она не могла видеть их лиц, но прекрасно слышала разговор.
— Я знаю, о чем ты говоришь, — заметила Мэри. — Да, думаю, если он серьезно увлечется кем-то, то станет просто необузданным. Я рада, что мой Эндрю не такой. Одно дело восхищаться неукротимым темпераментом дикаря, и совсем другое — жить с ним бок о бок. Нет уж. Я предпочитаю хорошо выдрессированных и предсказуемых мужчин.
Лиз вспомнила этот разговор сейчас, когда предмет обсуждения сидел напротив нее и преспокойно пил кофе. В принципе она была согласна с соседками.
— У тебя другие духи, — неожиданно произнес он. — Это не «Фаруш».
Лиз было приятно, что он запомнил запах и название духов, подаренных ей герцогиней.
— Это «Мадам Роша». Тебе нравится?
— Не так, как те.
— Мне их подарил Гарри, — заносчиво сказала она.
На самом же деле это был подарок от администрации магазина за сделанные Лиз в нем покупки. Солгав, она тут же горько пожалела об этом.
Она не умела врать, но почему-то присутствие Ника иной раз заставляло ее совершать необдуманные поступки.
Но Ник либо пропустил ее слова мимо ушей, либо сделал вид, что не расслышал. Если бы она могла прочесть его мысли и выяснить, что все-таки он испытывает к ней! Только лишь братские чувства? Простую ответственность? Или он держится с нарочитым равнодушием, скрывая истинные эмоции?
Наступил май, когда Ник вновь прилетел в Женеву. Испытательный срок для Лиз давно и успешно закончился, и теперь она с нетерпением ждала обещанного отпуска.
— Как у тебя со временем? — спросил он.
— Не очень. А что?
— Моя кузина Агнесс в сентябре выходит замуж. Она приглашает тебя на свадьбу. Все транспортные расходы я беру на себя.
Лиз не скрывала своей радости: она всегда мечтала побывать в Америке и познакомиться с родственниками Ника.
— Я поговорю с начальником. А за кого выходит Агнесс?
— За своего шефа мистера Дениса. Он вдовец с двумя маленькими детьми. Агнесс любила его с юности, но он женился на другой. Кузина же отказывала всем претендентам, она предпочитала одиночество браку без любви. Потом жена шефа серьезно заболела и год назад умерла. Не уверен, любит ли Гордон Агнесс по-настоящему или просто знает, что она способна заменить его детям родную мать…
— Она догадывается об этом?
— Думаю, да, но она беззаветно любит его и считает такое положение дел наилучшим для себя. Кроме того, вокруг него вьется множество других женщин, готовых броситься ему на шею.
— Бедная Агнесс! Ей пришлось многое пережить, когда Гордон женился на другой.
— Полагаю, она поведает тебе о том, что намного страшнее видеть страдания своего возлюбленного, теряющего любимую жену. Хочешь еще кофе?
Все последующие за его визитом недели Лиз размышляла над словами Ника о своей кузине. Было ясно, что он восхищается Агнесс и по сравнению с ней Лиз выглядит эгоисткой. Так за что же Ник должен ее полюбить? Как ей завоевать его любовь?
В конце концов она пришла к заключению, что надо не только думать о себе, но и стараться приносить радость и пользу другим людям. Она раздобыла адреса разных клиник и домов для обездоленных людей и собиралась уже поехать в один из них, когда случилось нечто такое, что сыграло важную роль в ее жизни.
Как-то в субботу, когда наступила ее очередь идти за продуктами, нагруженная пакетами Лиз возвращалась из супермаркета. Неожиданно какой-то пожилой человек, шедший впереди нее, споткнулся и упал. Девушка поставила свои покупки у стены дома и поспешила ему на помощь. К счастью, неподалеку была скамейка, и Лиз довела старика до нее и усадила. Несмотря на то что его одежда была ветхой и потрепанной, старик отличался учтивыми манерами и весьма галантным обхождением. Оказалось, что он жил в том же доме, что и она, в одной из самых маленьких квартир почти под самой крышей. Звали его Сальвадор Санчес.
С этого дня Лиз стала проводить почти все свое свободное время с ним. Зрение у него было слабое, и он уже не мог самостоятельно читать. А книги занимали большую часть его старомодно обставленной комнаты. Лиз готовила и приносила ему супы и такие блюда, которые он мог быстро разогреть на плите. Иногда она стирала ему белье и прибиралась в квартире.
Сеньор Санчес принадлежал к тому же поколению, что и герцогиня. Ему было девяносто лет. Когда-то он вел активную жизнь, но сейчас стал затворником. Больше всего на свете он боялся очутиться в доме для престарелых.
Лиз познакомила с ним Гарри. Мужчины долго говорили об институте Пастера, врачебной этике и о многом другом. Но ни Нику, ни своим соседкам по квартире Лиз не обмолвилась о сеньоре Санчесе ни словом. Те и не подозревали, что она проводит столько времени с этим пожилым человеком.
За несколько недель до отлета на свадьбу Агнесс сеньор Санчес сильно простудился, болезнь переросла в бронхит. Он запретил Лиз вызывать врача.
— Если я умру, значит, так и должно быть. Моя миссия на Земле завершена, и мне пора отправляться дальше.
Он выздоровел, но болезнь истощила его силы, сделав еще более слабым, чем прежде. Лиз понимала, что не может оставить его и лететь на свадьбу. Если бы он умер в ее отсутствие, она бы никогда себе этого не простила. Между ними установились необычайно теплые, почти родственные отношения. Лиз не могла покинуть старика, понимая, что жертвует столь желанной для нее поездкой в Америку. Она решила написать Нику письмо и объяснить сложившуюся ситуацию.
Лиз начинала работу в десять часов, и у нее имелась возможность сходить утром в булочную и купить еще теплых слоек для сеньора Санчеса, исхудавшего за время болезни и ставшего похожим на мумию.
У нее был запасной ключ от его квартиры. Обычно она приходила утром, готовила ему настой ромашки, выкладывала булочки на тарелку и несла готовый поднос в постель, где он и завтракал. Так было и в то утро. Когда она вошла в спальню, то увидела, что сеньор Санчес сидит на кровати, подпертый со всех сторон подушками. Шторы на окнах были раздвинуты, и солнечные лучи лениво скользили по книгам, дивану и зажженной лампе у кровати. Рука его покоилась на груди, лицо было умиротворенным. Обычно он очень чутко спал и просыпался при малейшем шорохе. Предчувствуя недоброе, Лиз коснулась его руки: она была холодна как лед.
Гарри поехал на похороны вместе с ней. Кроме них на кладбище был только нотариус сеньора Санчеса. После похорон по его настоянию они все вместе вернулись на квартиру старика для оглашения завещания.
— Возможно, он был скрягой при жизни и теперь тебе предстоит унаследовать его несметные сокровища, — шепотом высказал предположение Гарри, когда они сели в машину нотариуса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
