– Паспорт, полис, СНИЛС, – говорит скороговоркой, – оплата наличными или картой.
Прощаюсь и откидываюсь на подголовник, прикрывая глаза и снова успокаивая дыхание. Наверное, стоит съездить по делам, раз я не так всё поняла и Глеб просто записал меня на консультацию. Не дело ставить на паузу жизнь только из-за своих разбушевавшихся нервов.
Решение правильное. Работа позволяет мне немного отвлечься. И каждый раз, когда накатывают неприятные мысли, я гоню их прочь. Приехав домой, принимаю душ и прислушиваюсь к ощущениям.
Мне жутко интересно, как будет проявляться беременность. Это настолько странное чувство – ты точно такая же, никаких внешних изменений, разве что грудь набухла и по утрам тошнит, но в тебе уже живет маленькая жизнь. Это же просто чудо природы. Настоящее чудо.
А потом появится ребенок. Глеб обязательно смирится, он просто еще не понимает, что с нами происходит, я и сама еще не совсем въехала. Но сейчас прекрасно себя чувствую, а впереди еще несколько месяцев, прежде чем я стану мамой.
У меня обязательно получится подготовиться! Рьяное желание доказать Глебу, что я не маленькая девочка, а ответственная взрослая женщина, гонит меня в интернет. Долго читаю статьи, нахожу видеоблогеров, изучаю форумы беременных и, конечно же, скачиваю специальное приложение, отмечая в нем нужные параметры.
Уникальные, непередаваемые эмоции, которые испытываю впервые в жизни… И так хочу разделить их с Глебом. Со счастливой улыбкой засыпаю, прикорнув на диванчике в гостиной, из-за беременности меня так сильно клонит в сон.
Хлопаю глазами, проснувшись от шума подъезжающей машины и не сразу соображаю, где я. Глеб тем временем заезжает в гараж, а потом входит в дом, бросая ключи на тумбу в прихожей, раздеваясь и проходя ко мне.
– Привет, – говорит довольно прохладно, или же мне так кажется.
– Привет, – подставляю губы для поцелуя, чувствуя небольшой озноб. Тело еще не проснулось, и кровь не разогнало по организму. Ежусь и засовываю руки в длинные рукава шерстяного домашнего платья. – Как дела?
– Я записал тебя к врачу, – Глеб сразу переходит к насущным вопросам, с нахмуренными бровями глядя исподлобья.
Разворачиваюсь к нему, усаживаясь ровно на диване.
– Я знаю.
– Откуда?
– Прогресс, дорогой мой, – беру телефон и слегка трясу его в воздухе. – Мне скинули СМС. Глеб, – перехожу на серьезный тон. – Спасибо за старания, но я бы хотела сама записаться к врачу, а не узнавать из сообщения о приеме.
– Я выбрал лучшего специалиста и сразу же записал тебя. У нее не так много свободных дат. Мне предложили на завтра, потому что одна пациентка отменила прием, я решил, что лучше не откладывать на потом. Хотел тебе позвонить, но замотался.
– То есть ты даже извиниться не хочешь? – вздергиваю подбородок, готовясь к конфронтации.
– А ты решила снова поиграть на нервах? – Глеб делает выпад, сидя напротив и разминая пальцы друг до друга. Так он ведет себя, когда нервничает.
– Мне даже вопрос задать нельзя? Сразу записываешь меня в жены-истерички?
– Я назвал тебя истеричкой? Ксюша, не перегибай палку, я выкроил время в своем плотном графике и записал тебя на необходимую, – давит на это слово голосом, – консультацию. Зачем ты нагнетаешь? Пусть тебя посмотрит специалист. У нее лучшие рекомендации.
– Этот врач, возможно, будет вести мою беременность, поэтому я бы хотела выбрать его сама! – Вижу, что завожусь и завожу Глеба, но мне важно донести до него мысль.
– Если она тебе не понравится, ты сможешь выбрать другую. Я хотел как лучше, – ощутимо недовольным голосом продолжает нашу напряженную беседу.
Дыхательная гимнастика сопровождает меня сегодня весь день, и я снова к ней прибегаю, привлекая внимание Глеба.
– Ксюш, давай не будем нагнетать обстановку, – просит устало муж, пересаживаясь ко мне и ловко устраивая меня на коленях. – Может, пойдем поедим? Я бы принял душ и завалился спать. Сегодня были чертовски долгие переговоры.
Вплетаю в его волосы пальцы и опускаю взгляд.
– Ну что ты, блондиночка? Напридумывала себе чего-то? – говорит ласково и тянет вверх мой подбородок. Его губы находят мои, муж срывает легкий поцелуй и сжимает меня за талию. – Это всего лишь консультация. Узнаем, всё ли в порядке с тобой и…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Скажи это, Глеб, – прошу тихо, – признай, что у нас будет ребенок.
Муж каменеет, на лицо падает непроницаемая маска, а взгляд подергивается странным блеском.
Глеб
Умом я понимаю, что моя реакция неадекватная. Возможно, позже я об этом даже пожалею. Но в тот момент, когда Ксюша произносит это слово «ребенок», оно действует на меня как триггер. В голове звучит сирена, а в виски бьет навязчивая мысль: «Не допусти этого!»
– Да что с тобой не так?! – кричит на меня жена, когда я продолжаю молчать.
Ксюша вскакивает с моих коленей, ударяясь ногой о журнальный столик, из-за чего чашка недопитого чая летит на пол, разбиваясь с громким звуком. Она игнорирует ее, обходя осколки и вставая за диван напротив, глядя на меня с яростью на лице и сжимая его спинку до побелевших костяшек.
Я знаю, что должен успокоить ее. Просто не могу. Сейчас перед моими глазами картинка, на которой ребенок забился под стол, пока вокруг него летают осколки разбитой посудой и раздаются крики разъяренных родителей.
Это наше будущее. Его будущее. Она просто не понимает этого, зациклившись на своем внезапном желании иметь ребенка.
– Я просто поверить не могу, что ты такая эгоистичная свинья! – кричит Ксюша, зло вытирая слезы, капающие из глаз. – Пошел ты, Глеб! Слышишь? Пошел. Ты.
Она убегает в спальню, захлопывая за собой дверь, а я медленно тру лицо ладонями, не зная, что делать. Моя жизнь так запуталась сейчас, что впервые за долгие годы я перестал чувствовать себя хозяином положения. Словно кто-то руководит мной, как человечком на шарнирах, переставляя в самые стрессовые локации и с интересом наблюдая, как я буду все это расхлебывать.
А ведь даже наши ссоры с Ксюшей начались из-за ребенка. Из-за Вовы. А теперь продолжаются из-за этого нерожденного еще мальца. Как нам жить дальше, если станет только хуже? Потому что я точно знаю, что станет.
Ложусь спиной на диван и тупо смотрю в потолок, прикидывая, как минимизировать потери. Проблемы с Вовой скоро завершатся. У него есть родители и есть мои деньги на лечение столько, сколько понадобится. Я не люблю этого ребенка, но испытываю к нему жалость. Он не виноват в том, что болеет и что из-за этой болезни я вынужден был принимать участие в его жизни.
Но наш с Ксюшей ребенок…
Не факт, что ему повезет так же, как Вове. И если раньше меня приводила в ужас одна только мысль в принципе быть чьим-то родителем, то теперь прямо в лоб бьет проблема посерьезнее.
Неожиданно в голове словно загорается лампочка, и я вспоминаю реакцию мамы на беременность моей жены. Что, если она знает? Что, если это была не просто боязнь вечно молодящейся женщины стать бабушкой?
Оказываюсь на ногах быстрее, чем мысль полностью формируется в голове, и, захватив ключи, решительно несусь к выходу. Мне нужно получить хоть какую-нибудь ясность немедленно!
* * *
Мамы не оказывается дома. Я идиот, что не позвонил заранее, но теперь поздно думать. Еду обратно домой, набирая номер отца по пути. Они с мамой развелись, когда мне было девять, и, так как он бросил ее ради другой женщины, я не общался с ним несколько лет, пока на мое пятнадцатилетие он не изъявил желание вновь стать мне родителем.
Наши отношения похожи на отношения давних приятелей, которые видятся несколько раз в год и поздравляют друг друга с праздниками, исключительно отдавая дань вежливости. Других детей у папы нет, зато есть часто сменяющие друг друга жены – исключительно высокие блондинки модельной внешности. Правда, сейчас он в очередном разводе и живет один.
– Привет, Глеб, – слышится жизнерадостный голос в трубке, когда отец отвечает на звонок.
