говоря, я решила потом подумать, почему такая дура, и так легко поверила, что меня в деканат вызывают прямо срочно, и побежала туда прямо перед парой, потеряв бдительность.
А сейчас надо было решать более насущные проблемы.
Например, как себя вести, когда находишься с разъяренным зверем на одной территории.
Не показывать страх, это первое.
Перестав дергать ручку двери, я выпрямилась и холодно посмотрела в желтые тигриные глаза.
Он стоял напротив, заложив свои огромные кулаки в карманы джинсов и чуть сгорбившись, словно к броску готовясь.
И смотрел на меня, яростно и жестко.
Я не уступала ему в жести, даже подбородок выше еще задрала.
Ну… Чего молчим-то?
Нахрена все эти ухищрения?
Спрашивать первой я не хотела, предоставив это право тому, кто у нас тут инициатор общения.
А сама, пользуясь моментом, рассматривала, внимательно и жадно, своего бывшего парня.
Он похудел?
Или мне казалось?
Честно говоря, я впервые за эти недели вот так пристально его изучала. Все как-то набегом до этого, старалась проскользнуть мимо, боясь сорваться, расплакаться.
Хоть и давала себе зарок, ни в коем случае не радовать этого гада слезами, но… Но как себя сдержать, когда он… такое делал?
И вот теперь я смотрела на него, машинально отмечая, что выглядит Тигран плоховато. И то, что раньше не отмечалось мимолетным взглядом, сейчас выступило на передний план.
Тени под глазами, небритость, уже не ухоженная, сексуальная, а такая… жесткая даже на вид. Щеки черные, заросли полностью. Еще чуть-чуть — и борода прямо будет.
Глаза красноватые, с прожилками, словно не спал несколько суток.
И взгляд… Больной какой-то. Яростный и голодный.
Именно этот голод и заставил прийти в себя, вздрогнуть, машинально сжать пальцы на вороте блузы. Очень уж он откровенно туда пялился.
И на губы мои тоже.
И в глаза.
В глаза — дольше всего.
И молчал.
Вот… Гад.
Тяжесть взглядов стала физически ощутимой, и я поняла, что с этим надо что-то решать.
Он меня сюда притащил, дверь закрыл, стоит, молчит.
Ждет, что я к ногам его свалюсь от переизбытка эмоций?
А не охренел ли?
— Ты охренел? — не стала придумывать я новых слов, перетопчется потому что, — Какого черта делаешь? Отпускай меня!
Он усмехнулся, облизнулся, чуть подался вперед. Просто качнулся, скорее обозначая движение, но у меня все внутри замерло.
Чего это он?
Не надо мне такого…
— Смотрю, быстро в себя пришла, да, киса?
У Тиграна даже голос изменился, стал более низким и хриплым. Надломленным каким-то.
Он больно царапнул мне по сердцу, и я отклонилась еще, упираясь затылком в дверь.
— Отпусти, — резко сказала ему, с тревогой, перемешанной с болезненно-жгучим возбуждением наблюдая за малозаметными на первый взгляд движениями в свою сторону.
А они были, эти движения, я не обманывалась!
— Поговорим, — отрезал он властно. И чуть придвинулся еще.
Он что, подкрадывается ко мне? Словно огромный кот, на мягких лапах…
— Не о чем! — попыталась я повторить его тон, — все сказал уже!
— А я в тебе ошибался, оказывается… — усмехнулся Тигран язвительно, — и словам твоим зря верил…
В его голосе сейчас отчетливо прорезался акцент, и это придавало звучанию грубоватой сексуальности.
Так, стоп!
Какая, нафиг, сексуальность?
Все, для меня эта тема закрыта!
— Я в тебе тоже! — громче, чем требовалось, сказала я.
Тигран снова оказался чуть ближе.
Точно, подкрадывается!
Осознание этого окончательно добило, и сердце, и без того заполошное, совсем дико застучало.
— Спишь с ним? Уже? — Тигран, видимо, исчерпав запас нормальных слов и вопросов, перешел сразу к сути.
Причем так, что я вообще эту суть не уловила!
— С кем? — с бесконечным удивлением спросила я.
— Ты знаешь, с кем!
Я моргнула, изумленная его словами, а в следующее мгновение вскрикнула, прижатая к двери здоровенным жестким телом.
— Сучка ты, киса, врала мне, что любишь, да? Врала… — рычание Тиграна у уха было бы страшным до жути… Если бы не заводило до безумия.
Я ненавидела его, всей душой! Ненавидела! За его тупой, самодовольный, чисто мужской эгоизм! За то, что врал! За то, что мучил!
Но боже…
Как же мне башню сносило от его запаха! От тяжести его тела! От хриплого, грубого голоса! И взгляда, больного и горячего!
Не выдерживая напряжения, я отвернулась и уперлась изо всех сил ладонями в его плечи.
И ни слова не могла вымолвить, в горле было сухо и больно.
А вот он говорил.
— Я ненавижу тебя, слышишь? Ты — ведьма… Башню мне снесла… Ни на кого смотреть не получается! Вообще! — рычал у моего уха Тигран, а руки его безостановочно скользили по телу, втискивая, сжимая, до боли, до острой потребности ответить. — А ты ходишь… Такая… Блядь… Не могу… Сучка… Ненавижу… И с этим… Трахаешься, да? Трахаешься? Я убью его, если да… Скажи мне! Скажи, что нет! Скажи!
— Пус-ти… — шептала я, уже сама себе не веря, не доверяя, со всей кристальной ясностью понимая, что не выдержу, не смогу просто больше…
— Нет… Нет… — он, полностью сходя с ума, принялся скользить по моей шее горячими губами, запуская такие мурашки по всему телу, что даже больно становилось! — Не пущу больше… Моя, была и будешь… Поняла? Моя… Я подыхаю, киса… Хочу тебя…
О-о-о… Бо-о-оже…
Я просто хотела его оттолкнуть! Клянусь! Только это!
Каким образом мои руки оказались на его шее? Мои пальцы — принялись царапать бритый мощный затылок?
Когда я умудрилась ответить на его поцелуй?
Я этого так и не смогла потом вспомнить.
Все одновременно случилось.
Внезапно.
Лавиной с гор, диким селем с вершин.
Тигран рычал, вжимаясь в меня всем телом, безжалостно трахал языком прямо до горла, заставляя задыхаться и ловить звездочки перед глазами.
А руки его, казалось, вообще везде были: сжимали талию, скользили по груди, стягивали, без всякой нежности, бойфренды с моих подрагивающих бедер.
Он как-то очень быстро это все проделал, я даже опомниться не успела, как меня развернули лицом к двери, широкая пятерня по-хозяйски прошлась по пояснице, заставляя прогнуться, а в следующее мгновение я вскрикнула от горячего, жесткого до боли проникновения.
До искр! До феерических вспышек!
— Тш-ш-ш… Ти-хо… — на мой распахнутый в крике рот легла тяжелая ладонь, запечатывая наглухо, и Тигран, мягко укусив меня в шею, вторым толчком заполнил до самого конца.
О-о-о… Это… Это… Так нельзя же… Так…
Я могла бы это сказать… Если бы хоть одно слово вспомнила.
Но я не вспомнила.
Тигран вышел и толкнулся снова, что-то пророкотал на своем, перехватил поудобней, полностью обездвиживая…
И дальше я могла только бессмысленно таращиться
